
Вероника Стужева, корректор третьего разряда из маленького издательства, полгода вычитывала чужой роман про Багряную герцогиню Изольду Морвейн: самую ненавистную злодейку королевства, которая в финале красиво умирает от яда на зимнем балу. Вероника знала эту рукопись наизусть, до последней запятой, и трижды писала автору на полях, что мотивация у злодейки картонная и что живой человек так не делает.
А потом очнулась внутри книги. В теле Изольды, посреди бального зала, с отравленным бокалом в руке, прямо в той самой сцене собственной смерти. Двести человек стоят кругом и ждут, когда она упадет на мрамор. Кронпринц улыбается ей улыбкой палача. Родной дядя уже знает, что она не умерла.
Бокал она уронила, и с этой секунды сценария больше нет: тридцатая глава обрывается на середине фразы, и что стоит за этой строчкой, не знает никто. Зато у Вероники есть то, чего не было у настоящей герцогини: пятнадцать лет чужих текстов и привычка проверять каждую букву. Подделанное завещание с титулом, которого еще не существовало. Ижица, пропавшая из старого обряда. Одна короткая черточка, потерянная переписчиком двадцать один год назад.
Из этого и придется собирать новый финал, пока весь двор считает, сколько она еще протянет.
Лилиана Даркмор пишет тёмное фэнтези про попаданок в тела злодеек — с интригами, ядами и героинями, которые наотрез отказываются играть по чужому сценарию. По о…
Нравится книга? Угостите автора — это мотивирует писать дальше.
Первым делом я почувствовала вкус чужой помады и запах горячего воска от сотни свечей. Вторым то, что иду.
Я не решала идти. Ноги шли сами, ровно, красиво, с той разболтанной уверенностью, с какой ходят женщины, привыкшие, что перед ними расступаются, и я поймала это движение уже на середине шага, как ловят падающую чашку. Нога встала не туда. Каблук поехал по мрамору, и я споткнулась на совершенно ровном полу.
Третьим я почувствовала руку. Правая держала тяжелый серебряный бокал, слушалась меня и мне не принадлежала.
Пальцы были длиннее моих. Ногти идеальные, будто их полировали три горничные по очереди. На безымянном тускло горел перстень с черным камнем, и этот перстень я узнала раньше, чем поняла, где нахожусь.
Кто-то справа тихо сказал: «Смотрите, она пьяна». Кто-то слева ответил: «Она никогда не пьет на людях, в том и дело».
Я подняла голову.
Зал плыл в золоте и багрянце. Лепнина под потолком, свечи в человеческий рост, зеркала в золоченых рамах между высокими окнами, музыка, от которой звенело в висках. В ближайшем зеркале стояла женщина в бордовом с кровавым отливом платье, и я посмотрела на нее, и она посмотрела на меня.
Эксклюзив69 ₽
ЭксклюзивБесплатно
ЭксклюзивБесплатно
Эксклюзив89 ₽
Эксклюзив89 ₽
Эксклюзив149 ₽
Эксклюзив80 ₽
БесплатноАккаунт нужен, чтобы сохранить прогресс и вашу библиотеку. Бесплатно, без подтверждений и рассылок.