Милаха, крысы и Тихий Пожиратель.

Мы наконец-то снижались. Место катастрофы виднелось в иллюминаторе, всё ближе и ближе. Столько неудачных попыток с предыдущими вызовами, но в этот раз нам точно повезет!

Поверхность планеты – безжизненная, раскалённая пустошь, изрезанная каньонами и застывшими лавовыми потоками, – медленно приближалась. Слишком медленно. Казалось, «Милаха» нехотя опускается в ад. Точно сам корабль знает, что нас ждёт внизу, и сопротивляется.

Я сжал кулаки, чувствуя, как под скафандром холодеет спина. Отец бы назвал это трусостью. «Мужчины не дрожат перед работой», — сказал бы он своим ровным, как траектория истребителя, голосом. Последний раз мы виделись три года назад – через решётку в зале суда. Его глаза были пусты, будто я уже умер. Лётчик, герой Третьей Лунной, полковник Космического флота не мог иметь сына-преступника. Иногда мне снится, как он сам ведёт «Милаху» – тогда корабль слушался бы чётко, без скрипов и осечек. Но это лишь сон. В реальности я здесь, среди обломков. С ногой, которая ноет при каждом шаге. И с желудком, готовым предать меня в любой момент.