Глава тринадцатая

— Знаешь, ты и без силы отлично справляешься с работой! — восхищённо отметила Санни, каждый раз поражаясь работе элементалия. Конечно, они мало знакомы, но в тоже время буквально все нашли общий язык с Эмиллией.

Только студенты и преподаватели до сих пор не ведали, что их завхоз тайно является инвентарём столовой, хотя стоп. Уже не инвентарь, а работник. Сонорх Фейл со скрипом в зубах добился, чтобы документы заменили. Потому что выяснилось, что горгулья не только тщательно следит за деньгами, но и охраняет их от бессмысленных трат, а замена документа, трата ценных академических денег.

Только почему-то академия до сих пор не смогла стать самой обеспеченной, не смотря на все манипуляции горгулии. Зато из неё выходили лучшие адепты и профессионалы своего дела. Может, и благо всё, что есть, большего по идее и не нужно. А то чем легче, тем разнеженнее становятся адепты. И происходят после такого всякие казусы.

Но.

К сожалению, сейчас навалилось всё остальное в плане зачётов и экзаменов. Помимо этого об убийстве человека пришлось огласить и сделать защитные амулеты людям. Без магического вмешательства в смерти Кристины не обошлось, и это понимали все.

— Спасибо, — от всей души поблагодарила Эмиллия сетуя про себя, что один тайплейс никак не находит времени с ней позаниматься. А ведь он обещал и ни разу не сдержал слово. Но она отлично его понимала, потому что происходящее в этом мире не выходило из головы элементалия так же, как и у Сонорха Фейла.

После утренней работы в столовой Эмиллия направилась к себе в кабинет. Рядом шла раздосадованная демоница. После появления единорога, император не давал той проходу, и обычная умеренная жизнь покатилась к чертям собачьим. В такие секунды Лина хотела поведать Эмиллии секрет, скрываемый ото всех, но в тоже время боялась реакции той. Конечно, много времени прошло с тех событий, но не для элементалия, и она осознавала это. Поэтому ждала подходящего момента, чтобы передать кое-что значимое и в то же время уже не нужное девушке.

— Тебе не зачем меня провожать, — робко обратилась Эмиллия к Лине. Иначе к императрице элементалий обращаться не решалась. Заученный этикет никак не выходил из головы. Поэтому ей казалось, что такая особа не должна провожать незначимую пылинку как она.

— Шутишь? — недовольно буркнула Лина, нарочно запрокинув голову назад, чтобы капюшон упал, и можно было распустить закрепленные шпильками волосы. — Ты хоть знаешь, что со мной потом твой Сонорх сделает?

— Он не мой! — выпалила Эмиллия, густо краснея. Комнату ей до сих пор не выделили. Она, конечно, могла сделать всё сама, но подписанная бумага, постоянно пропадала таинственным образом. Куда элементалий только не прятала лаваш, но по возвращению его не было на месте. Можно взять с собой, только тот был слишком хрупким и дорогим. Такими темпами все заработанные деньги за несколько дней можно потерять. Да это не лаваш прямо, а слойка какая-то!

— Совсем-совсем? — начала дразнить демоница элементалия поймав смену настроения.

— Да!

— Тогда я его себе заберу?

— У вас император есть!

— Сегодня есть, а завтра уже нет, — шутки ради сказала Лина, не замечавшая уже ничего вокруг, кроме пыхтящей Эмиллии.

— Вот значит как? — разнёсся неожиданно голос рядом с девушками, от чего демоница вздрогнула.

— Упс, — как-то вся сжалась Лина, сразу узнав голос своего мужа. Ну как мужа, если бы он не был истинным для неё, то послала бы его далеко и надолго. Не то чтобы демонице противен император, нет, просто судьба любит шутить злые шутки с теми, кто однажды очень сильно напортачил. А она напортачила и сожалела потом о тех поступках каждый прожитый миг. Только уже не исправить ничего. Время не позволит такого деяния грешным существам, а боги проследят, чтобы никто не вмешался в механизм времени.

Эмиллия остановилась как вкопанная, не веря своим ушам. Они только пару дней назад разговаривали друг с другом. А теперь он рядом. Обернувшись, элементалий рванула к сапфиру, который не только не постарел, так ещё и свёл пару шрамов с лица. Хотя те его не устрашали, а наоборот, красили. Да и какая разница как выглядит человек. Самое главное в каждом — это душа. Потому что человек может быть красив снаружи, зато внутри гнилой и мерзкий тип, с которым не то что говорить неприятно, так от него ещё несёт фальшью за версту.

— Госпожа? — ничуть не удивляясь, Кай обнял Эмиллию. Пусть уже свободный от оков и прожил мужчина множество лет, но юла в виде элементалия всегда останется госпожой.

— Ты жив! — слёзы полились из глаз Эмиллии, благо никто не проходил по коридорам и не видел трогательную встречу давних друзей. Но скоро могло всё измениться, близилось время завтрака, позднего, если вспомнить, что накрывали они на столы после первого занятия.

Память, которую сам себе блокировал Кай, стала возвращаться, причиняя боль. Сапфир осел бы, если бы не помощь недоумевавшей Эмиллии и решившей загладить свою вину Лины. Теперь мужчина понимал своё отношение к жене и в тоже время принимал факт, что демоница изменилась. Простить не сложно, если ты готов пойти на такой шаг, сложнее пытаться найти поводы ненавидеть, сгорая с каждым днём и убивая себя жаждой мести.

— А теперь ещё и с памятью, — хватаясь за голову, простонал император.

— Память памятью, но не лучше ли нам отсюда убраться? — порядком напрягаясь, предложила Лина. Оставалось мало времени, вот-вот хлынут потоки адептов и преподавателей, а идти до кабинета завхоза далеко.

— Не успеете, — усмехнулся Сонорх Фейл, который ждал элементалия и забеспокоился, когда той долго не было.

Закукарекали петухи, аналог старинных колоколов, только вместо того чтобы в них бить, теперь приходилось сыпать горсти фиолетового гороха и те начинали издавать звуки.

— Ну что величественная чета, через портал пройдёте или спортом займётесь? — создавая дверь, бросил шпильку тайплейс семье императора, Сонорх успел услышать, как Кай назвал Эмиллию госпожой и теперь у него имелись вопросы, особенно в плане памяти, которую тот каким-то образом смог вернуть.

Проведя опрос близких и знакомых, Сонорх Фейл узнал, что у многих такие потери, его дедушка копнул дальше и сообщил, что большинство древних страдают от этого недуга. Но самое главное, что каждый из них косвенно был связан с семьёй Эмиллии. Либо служил высшей знати. Чего стоят только воспоминания грифонов, многие отказались говорить правду и наотрез не пускали на порог. Даже письмо от императора оказалось им неважно. Один ответ: «Пусть сам явится и спросит!». Сапфир бы и кинулся, но положение не позволяло, а обижать свой народ он не намерен. Не так его воспитывала богиня.

— Ирод ты! — констатировал факт император, давно привыкший к выходкам тайплейса.

Они успели как раз вовремя. Но за дверью их ждал неприятный подарок. Кто-то нарочно совершил новое злодеяние.

— А-а-а! — заверещала Эмиллия, впервые увидев попытку убийства вживую. Лина прикрыла рот ладошками, а мужчины кинулись спасать вояку.

Кичинэ Даске из последних сил старался не умереть. Его шею сжимала толстая лиана, служившая прочным металлом в их мире. Такую не то что не разрубишь, её и не каждый зверь зубами возьмёт. Такие использовались лишь в тюрьме для особо буйных преступников, которые, к сожалению, были и будут. Но надежда жила, что когда-нибудь наступит полное благополучие, и другие перестанут совершать опрометчивые поступки.

Сонорх Фейл знал, что ничем не сможет помочь, кроме как встать на колени и стать подставкой для болтавшихся из стороны в сторону ног. Лучше бы Даске ими и вовсе не болтал, но что не сделаешь, когда жить хочется. А вот императору пришлось сложнее. Слишком давно Кай не призывал свой артефакт, меч стихии воды. Тот возник из воздуха, призванный своим хозяином, с виду самый обычный железный меч с рукояткой, усыпанной кристальными всполохами внутри стеклянной полости. Но как только Сапфир влил в него свою силу, тот заискрился, преображаясь в водный клинок, который может менять свою форму, независимо от конструкции меча, и становиться как пластичным, так и превращаться в кусок непробиваемого льда. Лишь раз стоило полоснуть по лиане, как та со скрежетом разломалась надвое, отпуская пленённого дракона на свободу и рассыпаясь в пыльцу, из которой состояла.

Только на этом неприятности не закончились. Если бы не наблюдательность тайплейса с немедленной остановкой времени, то осталось бы от них одно мокрое месиво. С виду могло показаться, что это самая обычная пыльца из пустыни, но в ней сверкали алые всполохи кровавого заклятия, иначе названого «Пески смерти», которое уносило множество жизней невнимательных путников. Вместо того чтобы засасывать жертву, песок взрывает ту, превращая в вязкую красную жижу. Жестоко, как почти и весь этот мир, но к нему привыкли и научились жить. А когда появились знания, то стали активно их использовать для своего благополучия и обучения остальных.

— Кто-то основательно подготовился, — скрипя зубами произнёс Сонорх Фейл, стараясь не двигаться. Даже остановка времени не мешала этой заразе активироваться. Нужно было срочно найти синее пятно и сдавить его пальцами, чтобы уничтожить пыльцу. Только как назло тайплейс находился в самом эпицентре. Дальше всех стояла испуганная Эмиллия, и навряд ли ей удастся помочь. Максимум можно позволить элементалию вызвать Юлия, гадкого единорога, который посмел оставить свои контакты для связи его истинной. Ведь специально сделал так, чтобы позлить тайплейса.

— Эмиллия, — прошептал Сонорх, прикрывая глаза, чтобы сконцентрироваться и направить магию именно к ней. Сила времени заструилась тонкой змейкой к названой, обходя все препятствия, как на полу, так и в воздухе, а рядом с девушкой активировала той возможность разговаривать и шевелить руками, всё остальное тело осталось неподвижным, чтобы элементалий не сделала ошибки.

— Что…

— Эмиллия, — прервал Сонорх Фейл и мягче, как маленького ребёнка попросил. — Тебе нужно позвать через кристалл Юлия. Сейчас ни ты, ни я ничего не сможем сделать. Только он.

Эмиллия кивнула, прикрыв глаза. Девушка чувствовала подавляющий страх и панику. А картина перед ней не давала спокойно набрать нужный контакт. Руки дрожали, и дважды она набрала Сонорха, прежде чем смогла попасть именно к нужному существу звонком.

— Да, — ответил Юлий, который надеялся, что его никто не потревожит в ближайшее время.

— Свяще…

— Юлий! — крикнул Сонорх, чтобы тот точно услышал. — Нужна твоя помощь, мы в кабинете завхоза.

— И? — послышался звук положенного талмуда, сделанного из слоек.

— Я же сказал! — раздражённо рявкнул Сонорх и продолжил более сдержано. — Эмиллия не сможет отыскать синее пятно, никак. Нужно воспользоваться силой.

— Ну, это не ко мне, — с некой печалью признался Юлий. — К вашему сожалению или благу я дальтоник. Вижу всё в серых тонах, поэтому и пытаюсь решить эту головоломку сидя в императорской библиотеке. Но! — сделав паузу и вздохнув, он предложил. — Могу отправить вам на помощь Акитцу Фейла.

Помощь поспела незамедлительно. Несмотря на то что один вредный священный единорог соизволил обратиться к Акитцу после томительных тридцати минут. Кто-то, конечно, будет недоумевать: почему же во всём мире не остановилось время? Но на то и раса тайплейсов нужна, чтобы уметь накладывать свою магию на определенную местность и время. Если у них будет желание, они действительно могут остановить время всего мира, но в таком случаи будет сложно восстанавливаться после этого из-за сильной траты своих резервов.

— Давненько я такого не видел, — присвистнул Акитцу Фейл, настраиваясь зрением на поиск, и лицо его помрачнело.

— Что-то не так? — взволнованно поинтересовалась Эмиллия, уставшая находиться в одной позе. Частичный возврат действий не исключал усталость, а вновь останавливать время для элементалия Сонорх не стал.

— Лучше тебе, девочка, не знать, — смотря в спину внука, ответил Акитцу. — Лучше не знать и простить за то, что я сделаю.

Решение Акитцу Фейлу далось с трудом. К счастью или несчастью, но внук не мог увидеть спиной переплетения, опутавшие всех присутствующих. Даже если сейчас найти синюю точку, то всё окажется бессмысленным по одной простой причине: синие узы — узы привязанности и любви, окрашенные в тот же злосчастный цвет. Отрубая их всех разом можно лишиться всего: любви, счастья, жизни или намного большего. Но если не сделать этого все они рано или поздно погибнут. Ведь рядом с ними находился червь высасывающий энергию. Его было почти не слышно, только тайплейса-старшего закалённого временем не обмануть, он встречал таких тварей в их мире не раз и не два. Поэтому прикрыв глаза, возвёл раскалённое железо вверх и рубанул с плеча, влив всю силу духа.

Замершее время восстановило ход. Были разрушены не только путы, но и нити протянутые Сонорхом к Эмиллии. Механизм, защищающий кабинет, сработал, воспламеняя червя и избавляясь от того с яростной прытью. Улика была уничтожена. Все рухнули вниз, тяжело дыша. Опасность миновала, но каждый ощутил пустоту, что-то важное пропало, исчезая с проклятием, и это пугало не на шутку.

Первым пришёл в себя Кай. Он поднялся, упираясь о стол, и был готов казнить своего верного поданного Акитцу Фейла за опрометчивый поступок. Всё это время сапфир слышал и мог видеть происходящее, понимал колебания тайплейса, но не сумел предотвратить совершенного. В таких ситуациях всегда есть второй вариант. Но жалость в том, что не все им пользуются, а многие и вовсе не знают. Хоть насколько древними не бывают тайплейсы или любая другая раса, только раса сапфиров, следующих за богиней, знали о лазейке. Сами могли ей воспользоваться, а рассказать нет, только намекнуть остальным.

— Император простите, — опустился на колени Акитцу Фейл. Вначале тайплейс думал, что пострадает внук и элементалий. Но больше всех отдачи ушло на Кая и Лину. Как такое возможно, он не понимал, пока краем глаз не увидел защитное плетение Даске, под правильным углом его можно разглядеть, а после использования почувствовать, что и произошло спустя несколько минут. Плетение изначально защищало Эмиллию, не позволяя никому причинить ей хоть какую-либо боль, и связь осталась не разорванной.

— Не извиняйся, — поднял руку Кай и, заметив вопросительный взгляд Эмиллии, сказал. — Вот так получилось, я стал императором этих оболтусов. Да простит меня богиня. За сегодня я исчерпал всё своё терпение и имею права говорить, что велит сердце. Особенно когда рядом освободившая меня и мой народ от клейма, дарованного ей.

— Мама?

— Ты же встретилась с ней? — всё понял Кай без лишних слов, значит, Эмиллия уже догадывается, что её мама была богиней.

Этот разговор вызвал изумление у всех, кроме Лиины, таившей секрет. Таких случаев никогда не происходило. Чтобы богиня жила в мире смертных и пока никто не начал задавать вопросы, сапфир поведал:

— Моя богиня всегда была слишком азартной и любопытной. Порой ей хотелось разрушить весь мир либо создать в нём что-то новое. Вы все её знали, может мельком видели рядом. Но её ошибкой стала любовь. Влюбилась богиня в элементалия и решила стать одной из них, а мы как верные слуги спустились с ней. Заклеймённые служить их семье верой и правдой, пока кто-то из них не отпустит на волю.

— Прям сказка какая-то, — придя в себя и потирая пятую точку, вмешался в речь Даске, для которого император перестал быть чем-то важным. Словно что-то сковывающее ушло и подарило свободу выбора. Не зря же драконов называли напыщенными индюками и чаще всего они жили в своей стране, но были такие исключения, как он.

— Сказка? — задумчиво повторил Кай, зная, что теперь не властен перед этим дитём. — Наверное, для вас всё так. И однажды вы будите пересказывать её своим детям. Только для кого-то это станет историей семьи. Не так ли Эмиллия Грант? — выдержав паузу, император продолжил. — Так требует такт о новых расах, и я верю, что скоро вы снова сможете жить с посланным даром. Надеюсь, я ответил на все ваши вопросы, особенно твои Сонорх Фейл.

— От вас ничего не утаить господин император, — ухмыльнулся тайплейс и, направив свой взор на вояку, возмутился. — Скажи мне на милость, кто просил тебя ставить заклинания на кабинет завхоза? Моих не видел?

— Вот из-за ваших и поставил, — насупился Даске, ничуть не жалея о поступке.

— Ты!

— Угомонись! — прервал внука Акитцу, добавив. — Твоя выходка дракон стоила потере улики, в следующий раз делай ловушку так, чтобы никто не сгорел в твоём пламене.

— Учту, — поклонился Даске, приняв наставление бывалого воина.

— А теперь кто-нибудь расскажет, что произошло? — вернул всех к самому началу Акитцу Фейл, вспоминая, в каких позах замерли присутствующие из-за остановки времени.

— Кичинэ Даске хотели убить, — прозвучал тихий голос Эмиллии. Силы покидали элементалия в эмоциональном плане. Хотелось кричать и выть от безысходности. Вновь девушка не смогла помочь. Ей казалось, что все несчастья происходят из-за неё.

— Глупышка, — уловил состояние Эмиллии Даске и, очутившись рядом с ней, погладил по щеке, единственная слабость, которую позволил себе дракон рядом с посторонними. Руки чесались обнять элементалия, прошептать слова утешения. Но здесь был Сонорх Фейл, декан тайплейсов, который явно сойдёт с ума от ревности, если вояка поступит так прямо сейчас.

— Но…

— Ты ни в чём не виновата, — приложив палец к губам Эмиллии, Даске заметил, как переместились Акитцу и император чтобы сдержать тайплейса.

— А-ха-ха, — смех Лины зазвучал перезвонами. — Всё-таки тебя смогли сделать Сонорх, как же я давно ждала этого. Ты бы видел себя со стороны, прям ревнивый цербер, не дающий к хозяйке подойти.

Для кого-то насмешка демоницы могла показаться намеком на драку мужчин. Но только таким способом Лина смогла применить магию и успокоить каждого. Рискованный шаг, но лучше так, чем лишиться жизни с неизвестным вихрем позади Сонорха Фейла.

— Понял, — скрипя зубами Сонорх сжал кулаки, алые дорожки побежали по светлой коже. Заметив это, Эмиллия очутилась рядом с ним, волнение в глазах элементалия заставило корить себя за вспышку ревности. Так не должен поступать мужчина.

— Теперь можешь продолжать Даске, — урегулировав ситуацию, предложила Лина. Пока голубки не начали утешать друг друга.

— Ну что же, — начал издали Даске. — Утро было как всегда. Я вновь и вновь возвращался к тому моменту в кладовке. Пытался понять, что привело меня туда и почему не смог предотвратить случившегося. После решил вернуться к самому началу. К кабинету. Обнаружил приоткрытую дверь, а после всё как в тумане. Кажется, кто-то подошёл сзади и ударил по голове, но могу и ошибаться. А дальше вы и сами видели.

— Значит опять тупик, — задумчиво прошептал Акитцу.

— Почему же? — помотал головой Кай. — Если его ударили или как-то воздействовали, то это можно проверить в лазарете.

— Вы правы, — стукнул себя по лбу Акитцу. Со всеми этими неприятностями и работой тайплейс начал пропускать мелкие детали, ранее у него не случалось таких промахов.

— Не переживайте, — приободрил Кай управляющего ищейками. — Порой нужен хороший отдых, чтобы разрешить нерешаемые загадки.