Глава 10. А может, это любовь?

Рассказываю подругам, что произошло.

Настя задумчиво смотрит на меня:

– Студёный точно живой? Ты не притопила его в бачке?

– Нет, – смеюсь, радуясь тому, что рядом со мной замечательные подруги. – Хотя, признаться, очень хотелось!

«А ещё сильнее хотелось, чтобы он меня поцеловал», – мелькает мысль.

Но я поджимаю губы, не желая признаваться в этом даже самой себе. Влюбиться в того, кого так сильно ненавидела все эти годы? Вот ещё! Я себя уважаю.

Антонина подаётся к нам и загадочно шепчет:

– А вам не кажется, что Тимур был влюблён в Мику?

– Бред, – фыркаю я, но сердце замирает.

– Почему бред? – обиженно тянет подруга и начинает загибать пальцы: – Он тебя за хвостики дёргал? Портфель пинал? Карандаши ломал? Лямки фартука сдёргивал на школьных праздниках?

– О, да! – не сдерживаю сарказма. – Великие проявления любви! Дон Кихот Ламанчский, версия два-ноль. Собственно, два за креативность, ноль результата!

Тоня пожимает плечами:

– Мальчишки! Они иначе не умели. Именно так и выражали симпатию. Мне кажется, Тимур немного комплексовал, ведь он стоял на физре последним, а ты первой. И когда вас посадили вместе, не знал, как привлечь твоё внимание.

– Потому и кекс-бомбой начал обзывать, когда у меня грудь появилась? – не сдаюсь я, хотя очень хочется поверить, что стала первой любовью этому потрясающему мужчине. – Мне и так было непросто, ведь в одиннадцать лет я выглядела на восемнадцать! А ещё из-за быстрого роста груди начались проблемы с позвоночником.

– Да, я помню, – вздыхает Настенька. – Ты тогда три месяца пролежала в больнице. Нам было скучно без тебя.

– Нет, – подытоживаю я. – Он точно меня за что-то возненавидел. Всё же наступила я на него, не заметила, вот и мстил. Солгал, что это я с ним на выпускном танцевать отказалась. Представляете?! Сам же меня игнорировал.

– Вообще-то, – задумывается Тоня. – Вроде припоминаю, что Тимур подходил, но ты разговаривала с братом Насти. Он как раз пришёл и подарил каждой из нас по букету, но комплимент сделал лишь тебе.

– Точно! – подскакивает Настя. – Я его за это потом… Ух!

Грозит кулачком, а мы улыбаемся. Когда собирается семья нашей подруги, в которой все мужчины крупные и высокие, то на фоне отца, брата и мужа Настя кажется Машенькой в компании трёх медведей. Но эта мелкая пигалица в детстве так гоняла своего старшего брата, что тот прятался от своей хрупкой сестрёнки.

– У него девушка, а посмел заглядываться на мою подругу, – продолжает злиться Настя.

– Да оставь уже, – миролюбиво просит Тоня. – Столько лет прошло. У тебя уже племяшки выросли!

– Да, – она счастливо жмурится. – Такие милахи! Старший правда проказник, Лизу уже несколько раз в школу вызывали за то, что сын задирает соседку по парте. Миша провёл с ним беседу о том, что девочкам нужны цветы и комплименты, а не… Ой!

Округляет глаза, а Тоня согласно кивает:

– Вот и я о том. – Смотрит на меня. – Сама подумай. Тимур согласился на оперу, хотя уснул во время твоего исполнения в клубе. Это ли ни проявление интереса?

– Сравнила, – горячо возражаю я, ведь мне неприятно вспоминать об этом. – В клубе шумно, акустика никакая, да и я больше в попсу уклон сделала. Всё же исполнение на сцене эффектнее. Не уснёт!

Последнее предложение произношу с сомнением. А что, если ошибаюсь? Что, если не получится произвести на Студёного впечатление, которое хочется? Я уже столько раз опозорилась перед мужчиной, что мечтаю исправить это одним роскошным выходом. Но если Тимур не проникнется моим исполнением, это будет полнейшим фиаско.

– На самом деле не могу понять этого человека, – жалуюсь подругам. – Появился ни с того, ни с сего, уронил в торт, потом деньгами осыпал. А вскоре мы случайно сталкиваемся в магазине. Что военный забыл в женском отделе?

– Это судьба! – твёрдо заявляет Антонина и прищуривается: – Писала благодарности?

– Не было времени, – отмахиваюсь, а потом честно признаюсь: – Не верю я в это, Тонь. Ерунда какая-то. Чувствую себя идиоткой.

– Я знала, что ты не послушаешь, – ухмыляется она. – Зефирка наша нежная, как пион, а ты эффектная и колючая, как роза с шипами…

– А я? – ревниво встревает Настя.

– Лилия, – восхищённо отвечает Тоня. – Стойкая и блистательная.

– А ты сама? – любопытствует наша довольная стройняшка.

– Люпин, – мрачнеет подруга. – Самый живучий цветок.

За нашим столиком воцаряется напряжённая тишина. Мы редко касаемся прошлого Антонины, очень уж болезненным оно было. Спорт стал отдушиной для девушки и позволил ей набраться сил, чтобы вырваться из удушающей обстановки «семейного гнезда». Тем радостнее, что наша подруга встретила замечательного мужчину.

Обстановку разряжает звонок Зефиры. Мы болтаем обо всём на свете, а подруга под конец разговора извиняется, что и сегодня не сможет к нам присоединиться.

– После работы я встречаюсь с Русланом, – виновато тянет она. – У нас дела.

– Парень для тебя важнее подруг, – ворчу я, а потом восклицаю: – Тогда мы поедем к вам!

– Вообще-то мы идём в собачий приют, – сообщает она. – Галине нужна помощь.

Содрогаюсь от ужаса:

– Ой, тогда я пас.

Прощаюсь, а Настя интересуется:

– Так и не вспомнила, почему так боишься собак?

Качаю головой, а потом задумываюсь о Тимуре. Что, если девочки правы, и он был влюблён в меня? Студёного отправили в кадетский корпус, где были одни мальчишки, потом он сразу отправился служить. У мужчины не было времени встречаться, возможно, он до сих пор не знает, как правильно подойти к девушке.

Но он пришёл сразу, как его перевели в наш город. Нашёл меня… Вдруг я ошибаюсь на его счёт? Если всё возьму в свои руки, то у нас что-то сложится? Может, когда Тимур в меня влюбится, я уже не захочу его бросать?

– Ой, смотри, как она улыбается! – хитро прищуривается Настя.

– Как? – Тоня с любопытством смотрит на меня. – О, да!

– Что? – непонимающе хмурюсь.

– Похоже, ты уже забыла Марата, – смеётся подруга.

И я осознаю, что она права. Я действительно за эти дни ни разу не вспомнила мужчину, который отверг меня, потому что в мыслях всё время был другой. Так может моё ненавистное прошлое станет счастливым будущим?