Пролог

_________________________________

Пролог.

— Куда бежишь? По сторонам смотри! — грубо крикнул мне водитель.

— Здесь вообще-то пешеходный переход! — не осталась я в долгу.

Еще он будет беспричинно на меня орать у всех на виду. Шапку нацепил, как будто достал из раритетного шкафа. Помню, отец в такой ходил, модный был. Только было это в девяностых.

Водитель объехал меня, и я замерла, глядя вслед на его машину. Зеленая «копейка», четырехзначный номер... Я понимала с самого начала – что-то не так. Но как такое может быть?

Я огляделась. Гастроном, шашлычная, киоск «Союзпечать». Их не должно быть. Что за декорации? Здесь снимают кино про девяностые?

Я снова потянулась за телефоном в надежде увидеть заветные палочки сигнала связи. Нет сети.

— Нет, нет. Ну нет же…

Все вокруг — обстановка, люди, даже воздух — вещали о том, что я в своем городе, я знаю его. Но только он стал таким, как тридцать лет назад. Как такое возможно?

Я тихо побрела. Через три улицы мой родительский дом. Сейчас там живут другие люди, потому что после смерти папы нам пришлось его продать и переехать в квартиру, доставшуюся от дальней родственницы, имени которой я даже не знала.

— Сейчас и посмотрим, — уговаривала я себя. — Вот сейчас и посмотрим.

Шла я быстро и, наверное, слишком нервно. Не заметив встречного прохожего, слегка врезалась в него плечом, но тут же развернулась и извинилась:

— Простите, пожалуйста, я задумалась…

Мужчина, придержавший меня за локоть, поспешил успокоить:

— Все нормально, предновогодняя суета, она такая, — улыбнулся он. — Красивая у вас… куртка.

— Спасибо… — пролепетала я, понимая, что знаю его.

Черт возьми, я знаю этого мужчину. Он иногда ездил с отцом в командировки, помогал ему закупать товар для продажи на рынке. И его уже нет в живых!

Ну все, я точно умерла. И что мне делать, я не представляла. Почему такая паника, ведь, судя по книжкам и всему, что я когда-либо читала о загробной жизни, я сейчас должна ощущать покой. Но почему внутри меня такое огромное беспокойство?

Я вдохнула и медленно выдохнула, как всегда учили всякие психологи и практики. Помогло не особо, от глубокого дыхания слегка закружилась голова, но я хотя бы решила попытаться успокоиться. Да, все происходящее не укладывалось в мое привычное понимание, но страдания и страх мне точно не помогут.

Взгляд упал на голубой облезлый до ржавчины ларек с газетами, примерзший к тротуару. Казалось, что он стоит тут вечность. Осмотревшись по сторонам, чтобы снова не попасть под колеса нервных водителей, я приблизилась к киоску.

— Говорите скорее, я уже закрываюсь, — из маленького окошка послышался не очень приветливый голос уставшей за день работы женщины.

— Нет, спасибо, я просто… смотрю, — тихо сказала я, не поверив в то, что увидела.

«Московский комсомолец», издание от 25 декабря 1995 года…