Тревога
Райно Майс, подстегнутый резким звуком сигнала, мгновенно стряхнул дремоту. Опять кто-нибудь заблудился в горах? Свалился в ущелье, сломав себе пару конечностей? Пострадал от зубов баадара?...
— Сиовайно корос. Райно Майс найсар.
Служба спасения. Дежурный Райно Майс. Вас слушают. Разговор фиксируется. Говорите!
— Райно, это я, Эттао Ниссэй.
Они вместе учились в школе, но скорее приятельствовали, чем дружили по-настоящему. Эттао происходил из знатной семьи и мог позволить себе заниматься наукой. Он построил небольшую частную обсерваторию на высоком плато горы Седжэхх. А Райно пошел служить туда, где прилично платят за риск. У спасателей — то затишье, то срочные вызовы, и тогда уж держись!
— Что случилось, Ниссэй?
— Не хотел бы сеять напрасную панику, но к нам летит нечто странное. Инопланетное. Возможно, межзвездное.
— Астероид?
— Я сам поначалу подумал, что астероид. Или маленькая комета. Оно появилось внезапно, словно бы ниоткуда. Вероятно, в первое время объект оставался невидимым, поскольку двигался со стороны Айни. Прошлой ночью я обнаружил, что неизвестное тело несется с огромной скоростью, но его траектория все еще позволяла думать, будто оно пролетит мимо нас. А сейчас стало ясно, что залётный гость перестраивал ключевые параметры своего движения. Совершил ряд искусных гравитационных маневров, многократно снизил скорость и движется по дальней орбите вокруг Тиатары, постепенно сужая круги.
— И что это значит? — напряженно спросил Райно Майс, не очень хорошо представлявший себе, что такое «гравитационный маневр».
— Будь объект просто камнем из космоса, я сказал бы, что его притянуло к нам гравитацией, и со временем он либо рухнет в необитаемой зоне, либо рассыплется при вхождении в атмосферу и просто сгорит над планетой. В самом катастрофическом случае — врежется в Тинду или Сатинду.
— Но ты полагаешь, что это не природное тело?
— Нет. Я думаю, это корабль. Управляемый. И нацеленный прямо сюда.
— Йоннайо! — позабыв все инструкции, просторечно ругнулся Райно Майс. — Эттао, тебе это точно не померещилось?
— Райно, я совершенно в здравом уме. И я разбираюсь в типах небесных тел. Мне кажется, нужно немедленно оповестить центральную Службу спасения. Пусть созовут Совет шести и решают, что делать.
— У нас нечем сбивать ни залетные астероиды, ни инопланетные корабли, — напомнил Райно Майс.
— Зачем непременно сбивать? — возразил Эттао Ниссэй. — Может быть, пришельцы — такие же бесприютные беглецы, какими были наши предки, прибывшие на Тиатару на «Солле».
— А если они захотят уничтожить нас?
— Тогда бы прислали флотилию, а не единственный звездолет.
— Это не автоматический зонд-разведчик?
Ранее Эттао уже докладывал Совету Шести о сигналах непонятного происхождения, которые он иногда улавливал в космосе, но не мог ни определить их источник, ни расшифровать — его техника не была настолько мощной, а новую ему никто предоставлять не собирался.
— Совсем исключать такое нельзя, — согласился Эттао Ниссэй. — Но мне кажется, там внутри живой экипаж. И они управляют своим звездолетом вручную, гибко подстраиваясь под условия нашего мира. Нам нужно быть готовыми ко всему.
— Ты прав. Я немедленно доложу центральной Службе. Оставайся на связи.
Ас-майсар Симмао Каррон, глава планетарной Службы спасения и нынешний председатель Совета Шести — высшего органа власти на Тиатаре — отнесся к докладу Райно Майса с предельной серьезностью и тотчас потребовал разговора с Эттао Ниссэем. Хотя астроном заверил ас-майсара, что посадка инопланетного звездолета не может произойти немедленно — его скорость остается пока запредельно огромной, и таких перегрузок не выдержит при столкновении с атмосферой даже самая прочная техника — Симмао Каррон решил, что лучше опередить пришельцев, чем бездействовать.
Совет Шести был спешно созван прямо ночью, ибо ситуацию сочли чрезвычайной и требующей принятия неотложных мер.
Эттао Ниссэ й не мог немедленно прибыть из Севайи. Он перебрался в местный пункт Службы спасения, к Райно Майсу, и говорил с Советом оттуда, поскольку там имелась видеосвязь.
Он рассказал о наблюдениях за чужеродным объектом, показал снимки со своего телескопа (увы, недостаточно четкие) и привел собственные предварительные расчеты орбиты космического пришельца. Вывод Эттао Ниссэя остался прежним: это не астероид. И не сбившийся с курса автоматический зонд неизвестной цивилизации. Никакое небесное тело, лишенное управления, неспособно двигаться столь осмысленно и целенаправленно. К Тиатаре приближается инопланетный корабль, который, скорее всего, методично сбавляет скорость и одновременно ищет место для удобной посадки. Конечно, есть некоторая вероятность, что тот звездолет предпочтет сесть вдали от обитаемой местности. Может быть, даже в другом полушарии. Но это лишь отодвинет срок неминуемого контакта. А скорее всего, инопланетяне не захотят рисковать и направят свой звездолет примерно туда, где виднеется остов заброшенной «Соллы».
— Если их логика сходна с нашей, то — да, — согласился ас-майсар Симмао Каррон. — Выбор места посадки в условиях незнакомой планеты требует крайней точности. Плоская полупустыня без торчащих скал, без густой растительности, без ущелий с сыпучими склонами — подойдет. Может быть, они сядут севернее, на равнине под Суссуманом. Или восточнее, за хребтом Удунусир.
— Или прямо на наши головы, — мрачновато заметил представитель тагманской общины, старейшина Джарг.
— Это небезопасно для них самих, — возразил Симмао Каррон. — Звездолеты строятся и управляются не глупцами. Неверный расчет приведет к катастрофе. При подобной посадке они сметут Тиастеллу с лица планеты, но и сами могут погибнуть.
— Но если пришельцы способны дышать нашим воздухом и есть нашу пищу, они могут напасть на нас, — предположил представитель тагманских охотников, Харн.
— Вряд ли их настолько много, чтобы сразу же затевать войну на чужой территории, — предпочел успокоить его Каррон. — Однако нам следует приготовиться дать им отпор. Положение очень тревожное. Предлагаю сейчас же созвать расширенный совет Тиастеллы, а утром — общий сход.
— Всецело поддерживаю, — согласился принц Ульвен Киофар, главный судья Тиатары.
Собрались прежние члены Совета Шести и приглашенные специалисты. Из Севайи служебным транспортом срочно доставили Эттао Ниссэя — единственного профессионального астронома планеты. Он сам предпочел бы продолжать наблюдения из своей обсерватории, но объект, нацеленный на Тиатару, стал отчетливо виден даже без телескопа.
Эттао был молод, но пользовался уважением в обществе и как ученый, и как потомок ас-майсара Эллуэна Эттая, который, собственно, открыл систему Айни и сумел привести сюда «Соллу» сквозь пространственно-временной туннель между двумя разлетавшимися галактиками. Навигатором «Соллы» был Найро Доэн, но без знаний и вычислений Эллуэна Эттая звездолет сюда не добрался бы. Все решения ас-майсара и все действия экипажа фиксировались в бортовом журнале «Соллы», копия которого сохранялась в семье как реликвия. Эттао Ниссэй знал те записи наизусть и мог без запинки процитировать описание всех этапов посадки «Соллы» на Тиатаре: поиск ровной площадки, переход на третью систему двигателей, выпуск двух очередей тормозных парашютов, включение виброполя и создание воздушной подушки, призванной максимально смягчить неизбежный удар о поверхность…
Примерно так же должны были действовать и пришельцы, если их звездолет принадлежал к классу техники, сопоставимому с «Соллой». И, похоже, они действительно проходили все стадии шаг за шагом.
— А не могут ли это быть наши с вами собратья с Уйлоа? — спросила госпожа Ринна Моан, входившая в прежний состав Совета Шести. — Вдруг они сумели построить второй звездолет и каким-то образом отследили путь «Соллы»?
— Невозможно! — возразил Эттао Ниссэй. — Обычное путешествие между Уйлоа и Тиатарой заняло бы тысячелетия. Построить корабль, способный на сверхскоростное перемещение, на Уйлоа уже не успели бы. Вы же знаете, достопочтенная госпожа Моан, что живым существам оставалось существовать всего несколько лет.
— Значит, это чужие, — заметил инженер Ноффо Гиссар. — Но сопоставимые с нами по уровню знаний. Коллега Ниссэй, вы не заметили исходящих от их звездолета сигналов? Они не пытались дать знать о своих намерениях?
— Мой телескоп ничего подобного не зафиксировал, — ответил Эттао Ниссэй. — Однако с последнего сеанса наблюдений прошло уже несколько часов. Может быть, кто-то из вас уловил хотя бы намеки на инопланетные сообщения?
— Я услышал помехи в эфире, но не понял их происхождения и не озаботился расшифровкой, — признался Уллио Файру, специалист по электронике и компьютерам, заведующий ТИАССО — службой коммуникаций и сообщений. — Потом меня подняли по тревоге и вызвали для консультаций, и я выключил аппаратуру.
— В нашем центре есть нужная техника, — напомнил Симмао Каррон. — Пусть уважаемый Уллио Файру попробует связаться с пришельцами или просто поймать их сигнал.
Уллио отправился в студию, из которой обычно велось вещание ТИАССО. Помещение, заставленное довольно старой техникой, было маленьким, всё собрание там не поместилось бы. Поэтому Уллио оставил на столе в совещательном зале карманный транслятор.
Через некоторое время транслятор заговорил: «Есть сигнал! И он повторяется». Последовала довольно долгая пауза — Уллио пытался понять суть инопланетного сообщения. Затем осторожно предположил: «Кажется, это просто ряд чисел. Они пользуются двоичной системой. «1, 1, 2». «2, 2, 4». «1, 2, 3». Возможно, присутствует и словесный шифр, только язык непонятен».
— Математика — лучший на свете язык! — воскликнул Ноффо Гиссар. — Мне кажется, пришельцы ищут контакта. Иначе зачем бы они слали нам сообщения, подтверждающие их способность мыслить разумно?
— Мы можем им чем-то ответить? — осведомился Симмао Каррон.
— А стоит ли? — усомнился Тайо Таллар, начальник службы охраны порядка. — Пока они ничего не знают о нас, мы имеет свободу действий.
— Они уже убедились, что этот мир обитаем, — напомнила Ринна Моан. — И явно рассчитывают на какой-то отклик.
— У нас нет средств космической связи, — с сожалением произнес Эттао Ниссэй. — Сколько я ни пробовал убедить администрацию создать аппарат для радионаблюдения за объектами ближнего космоса, мне всякий раз отвечали, что эта задача отнюдь не насущной важности, и вообще она вызвана лишь моими научными интересами, а не острой необходимостью. С кем нам связываться через космос? Зачем? И какие сигналы транслировать? Если мне очень хочется получить такое устройство и запустить его на орбиту, я вправе заказать его за свой счет. Однако все мои деньги я вложил в телескоп и обсерваторию.
— А обойтись существующими радиостанциями для связи с тем звездолетом нельзя? — спросил Гиссар.
— Об этом лучше спросить коллегу Уллио Файру.
— «Я как раз сейчас пытаюсь послать им ответный математический код», — отозвался голос Уллио в трансляторе. — «Не знаю, способны ли они уловить такой слабый сигнал. Возможно, они уже переключились на другие задачи — готовятся к скорой посадке. Их собственные сигналы становятся все более быстрыми, неразборчивыми и не похожими на прежние».
— Самое время поспешить навстречу гостям, — произнес Тайо Таллар. — Я бы не стал относиться к визиту столь беспечно, как наши коллеги из числа ученых. Хотя мы многие годы не обновляли доставленное на «Солле» оружие и не проводили учений, оно сохранилось на складах и может быть пущено в дело при крайней необходимости.
— Вы собираетесь напасть на пришельцев первыми? — насторожилась заведующая медицинским центром Ильоа Линнур. — А если их вооружение сокрушительней нашего? Мы не имеет право так рисковать, не выяснив, кто и зачем сюда прибыл.
— На первых порах достаточно будет одной демонстрации силы, — пояснил ас-васай Таллар. — Они должны убедиться, что мы не беспомощны.
— Выдвигаться нужно немедленно, — согласился Каррон. — Я думаю, Совет Шести не будет спорить о том, что командование надлежит поручить ас-васаю Тайо Таллару.
— Отправить только вооруженных военных? — озабоченно спросила Ильоа Линнур.
— Нет, конечно. Ученых и специалистов тоже, — подал голос принц Ульвен Киофар. — Предлагаю включить в отряд Эттао Ниссэя, Уллио Файру, Ноффо Гиссара…
— И меня! — внезапно воскликнул Балаф Доэн.
Молодой преподаватель Курсов учителей, он недавно стал переводчиком при Совете Шести, поскольку свободно владел обоими языками, уйлоанским и тагманским, и пользовался уважением тагманских старейшин.
Тагманцы, участвовавшие в собрании, одобрительно зарокотали.
— В самом деле, — заметил ровным тоном принц Ульвен Киофар. —Если гости из космоса захотят изъясняться не только математическими примерами, переводчик там не помешает. В способностях господина Балафа Доэна мы все давно убедились. Почему бы ему не попробовать найти общий язык с пришельцами?
— Предложение принято, — подсчитал голоса Симмао Каррон.
— А женщин в отряде не будет? — спросила Ринна Моан.
— Если выяснится, что пришельцы не собираются вести боевые действия, то женщин тоже направят на переговоры, — ответил принц Ульвен Киофар. — Пока положение дел непонятно, риск чрезмерно велик.
Принц Ульвен не обладал никакой личной властью, титул был лишь данью старинной традиции, однако его слово нередко имело решающий вес.
И на сей раз к нему прислушались.