ГЛАВА 14

Конечно, я была согласна, что печать усталости и загнанности на моем лице видна невооруженным глазом. Но совсем уж бедной родственницей перед соперницей выглядеть не хочется. Да-да! Именно соперницей, потому что я не просто буду бесстрастно выполнять функцию жены «на выход», я буду стараться соответствовать изо всех сил. Не надеясь ни на что, греясь в лучах вот такого изувеченного счастья быть рядом с любимым человеком. Поэтому я опускаю неприятную часть и задаю провокационный вопрос.

- А где Савелий разрешил одевать меня?

Лори на миг растерялась, понимая, что наш спонсор может потребовать отчет. И суммы, потраченные на необходимые вещи в ЦУМе и в «Zara», будут кардинально отличаться.

- Он не сказал, где конкретно, главное, чтоб было прилично. Я думаю, в торговом центре возле салона мы найдем все, что нужно.

Да, господин Строгов…Как говорят, зуб даю, что ваши родственники – прямые потомки Святой инквизиции. Это же как можно одарить и одновременно так изощренно унизить?! Ну походила бы я в своих вещах, привезенных из дома, пока не освоилась бы! Нет же! Все мое на помойку, а меня поставил в зависимость от своей любовницы!

Чувствую себя приживалкой – попрошайкой при богатой барыньке, и так паршиво на душе становится, что с трудом удается удерживать вежливо-приветливое выражение на лице. Уж перед кем – перед кем, но перед этой сытой кошкой точно нельзя показывать слабинку.

Она хоть и недалекого ума, но интуиция у нее работает, как эхолот – ее мое общество заметно напрягает. И как мне что-то покупать? «Лариса, можно мне вот эти джинсики?» Брр! Ни за что! Я лучше уеду и позвоню Саве. Скажу, что в состоянии сама выбрать себе вещи. Словно спортсмен перед соревнованиями, я буквально давала себе установку не пасовать перед ней, убеждая, что я не недоженщина. С толстым кошельком легко быть ухоженной, элегантной и уверенной в себе. А попробуй с грошами сохранить кокетство, легкость и беззаботность! Вот и мне не удалось. Но, может, что-то изменится?!

И как только Лори решила загнать меня в примерочную, чтобы совать мне то, что сама выберет, я воспротивилась.

- Лори! Я ценю твой вкус и умение быть элегантной, но вещи носить мне, и я должна чувствовать себя в них комфортно. Вот этот пиджак поросячьего цвета я не надену. Давай ты полистай журналы или сходи кофе выпей, а минут через тридцать я буду ждать тебя у кассы.

Фьюх! Я это сделала! И от собственной наглости барометр настроения рванулся к крайней плюсовой точке. Я уверенно улыбнулась опешившей Лори и пошла выбирать вещи. Ну как пошла?! Я едва себя удерживала, чтоб не поскакать вприпрыжку.

Конечно, я щедрой рукой добавила негатива в свой адрес, но зато начала понимать, как выживать в гареме.

Оглядывая длинные ряды джинсов, блузок, джемперов, я прикидывала, что мне нужно на первое время. Ничего лишнего, только самое необходимое. Я не помешана на тряпках и никогда не покупала сразу много вещей, поэтому возможность полностью обновить гардероб приводила меня в восторг.

Какое ж это потрясающее состояние – покупать то, что нравится, не считая копейки! Покупать качественное, а не дешевое. Выбирать красивое, а не практичное. И еще одна стыдливая мысль не покидала голову. Я выискивала вещи, которые должны понравиться Саве.

И пусть впереди меня ждет немало неприятных событий, я не собираюсь портить настоящий момент – мне нравится быть женщиной. Не пони-трудяжкой, бегущим по кругу, а женщиной, заботящейся о себе.

Быстренько перемеряв все, на что глаз лег, я выбрала себе самое «душегрейное» и, счастливая, отнесла на кассу. И даже кислая физиономия Лори не могла испортить мою радость. Красивые бумажные пакеты, в которых упаковали мои покупки, так приятно шуршали, словно купюры, дарящие возможность попасть в другую жизнь.

И вторым шагом в нее был салон. Что значит релакс! Открыв массивную деревянную дверь, мы словно очутились на востоке. Низкие диванчики, в мягкой нежности которых можно утонуть, низкие стеклянные столики, на которых стояли вазочки с конфетами, вдоль стены – ряд роскошных живых орхидей.

Лори, оставив меня наедине с ощущением неизведанной сказки, сама подошла к рецепшен, не ожидая, пока кто-то метнется к нам. Хотя другая девушка к нам уже спешила.

- Добрый день! Очень рады, что вы решили посетить наш салон. Пока вы определяетесь с процедурами, можете выпить чашечку чая или кофе, немного отдохнуть. Что вы будете? У нас есть чай черный, зеленый, травяной.

Девушка улыбалась так искренне, будто я была самым дорогим гостем. Аккуратный пучок на голове, неяркий макияж, сиреневый костюм – форма – все было настолько органично, что в сочетании с улыбкой создавало образ человека, который видит свое счастье в прекрасном отдыхе других. И я с головой утонула в ее обаянии. Даже не будь у меня финансирования, я даже за последние деньги готова была бы заказать хоть какую-нибудь процедуру.

Блаженно улыбаясь в ответ, попросила зеленого чаю.

- Одну минуточку! – все еще отсвечивая солнышком, она удалилась, оставив после себя ауру самой настоящей душевной заботы.

- Лариса Алексеевна! Как приятно, что вы решили посетить нас вне записи! – Лори обхаживала уже взрослая женщина, очевидно, мастер.

Лори снисходительно улыбнулась.

- Я сегодня только массаж и шоколадное обертывание. А вот проблема с моей протеже. Ей нужно все. И тело, и волосы, и особенно лицо. Там прямо срочно химический пилинг с максимальной концентрацией. Запущено все безумно.

Несмотря на то, что нас разделяло довольно большое расстояние, я расслышала все. Музыкой я много лет не занималась, а музыкальный слух никуда не делся. Неприятно, конечно, когда говорят, что у тебя все запущено. Благодаря тому, что уловила суть диалога, я и заметила, как Лори сунула в карман мастеру красную бумажечку, определенно с видом Хабаровска.

Надо же, даже на чаевые расщедрилась. Понятно, что не из своего кармана, но еще и Саве похвастается, что меня обслужили как родную.

Мастер подошла ко мне вместе с улыбчивой девушкой, принесшей мой чай.

- Добрый день, Алена. Вы к нам на полную программу. Предлагаю сначала волосы, спа и уже затем лицо. Потому что процедура довольно неприятная, и уже не захочется, чтобы после них еще что-то делали. Но результат стоит того. Будете, как Афродита. Но для начала давайте проясним некоторые моменты. У вас на что-нибудь есть аллергия?

- Нет!

- Вы не беременны?

Я отрицательно покачала головой и боковым зрением заметила, как исчезло напряжение с лица Лори, как случайно появившаяся на небе туча под порывами ветра.

- Тогда еще одна формальность. Ознакомьтесь с возможными последствиями и списком заболеваний, при которых данная процедура противопоказана. Прочитайте внимательно и,если все перечисленное отсутствует, подпишите.

Я взяла бланк и, пробежавшись по строчкам с названиями страшных заболеваний и ставя галочку в колонке «нет», почувствовала укол совести. Ведь я еще жаловалась на жизнь, забыв о том, что здоровье – это часто важней богатства.

Поставив свою подпись и допив чай, я прошла вслед за Татьяной, так звали мастера, в святая святых. Меня передавали, как эстафетную палочку, из рук в руки, а я ловила каждое мгновение, проведенное в этом раю.

Приятная, расслабляющая музыка, легкий, какой-то волшебный аромат, теплые прикосновения умелых рук - и я практически выпала из реальности и ощущала себя на седьмом небе.

Однако, когда перешла к завершающей процедуре, почувствовала себя не на седьмом, а просто на небе. Мне показалось, что я сейчас умру – лицо горело огнем от нанесенного препарата. Татьяна, а именно в ее руки я попала, включила вентилятор, который несколько отвлекал от жгучей боли.

Я хотела сказать, что не хочу быть красивой, а хочу уйти отсюда живой и здоровой, но не могла пошевелить губами. По выступившим слезам, Татьяна поняла, что я не адепт боли, но прервать процесс не посчитала целесообразным.

- Красота требует жертв, моя хорошая! Старая кожица слезет, а новая будет, как у младенца.

Меня не привлекала кожица, как у младенца, я просто хотела слегка освежить лицо. Вместо этого стали лезть в голову ужасы, типа «Железной маски». Я потеряла счет минутам, и подумала, что застряла здесь навеки, как в преисподней. Только жарят меня не черти на сковородке, а милая улыбчивая женщина, обладательница иконостаса из дипломов на одной из стен этой пыточной.

Наконец, меня выпустили, и я чуть ли не упала в фальшивые объятия Лори.

- Ну что, поедем обедать?

Я так дико посмотрела на нее, что сразу стало понятно – есть я не захочу еще долго.

Усилием воли сдерживаясь, чтоб не заплакать - боялась, что соленые слезы попадут на обожженную кожу. И хоть Татьяна меня заверила, что такое бывает, легче от этого не становилось. Весь мой боевой настрой, вся моя воздушно-зефирная радость от СПА и покупок исчезла, как мокрое пятно на асфальте под лучами солнца. Я чувствовала, что, если Лори сейчас скажет что-то обидное, я не в состоянии буду ей ответить. Хотя приятного в том, чем она делилась, не было совсем. По дороге домой, словно не замечая моих страданий, она рассказывала, как на Новый год они с Савой летали в Доминикану, какие подарки он ей дарит и вообще, как ее любит.

Словно лишившись брони, я чувствовала, как каждое ее слово, словно ядовитая иголка, втыкается в мою кровоточащую душу.

Едва переступив порог квартиры, я метнулась в ванную, чтоб рассмотреть «красоту». Собственно, мои наихудшие опасении оправдались. Лицо походило на кусок сырого мяса. Нечего сказать, хороша Русалочка! Я готова была тут же стечь на пол и умереть от тоски. Саве я не могу показаться в таком виде. Идти мне некуда. Втянув носом запредельную порцию воздуха, я кое-как подавила желание разрыдаться. Хотя бы на время.  

Во-первых, боюсь боли, а во-вторых, и это самое главное - только не на глазах Лори.

- Алена, давай закажем доставку. Что ты будешь? – масляным пирожочком подкатилась она ко мне.

- Ничего. Спасибо. Я устала и хочу спать, - с трудом выговорила я, давая понять, что не горю желанием общаться.

Подобрав пакеты, я прошла в гостиную, куда меня временно отправил Сава, закрыла дверь и забралась с ногами на диван. Несмотря на жару, меня трясло, как от холода. Потянула край пледа, и забившись в уголок, уже не смогла удержать слез. Обжигающими дорожками они беспрепятственно стекали по щекам, и я боялась их даже вытереть.

От боли и расстройства я, действительно, забылась тревожным сном. Правда, пока мама болела, я привыкла спать, как кошка, просыпаясь от малейшего шороха. И сейчас меня разбудил веселый голос Савы.

- Ну что, девчонки! Как провели день?

- Савочка, все просто замечательно ! – Лори, очевидно, по привычке повисла у него на шее.

- А где Алена?

- Она устала и легла отдохнуть.

Я хотела выскочить на балкон, спрятаться за штору, залезть за диван, но только успела натянуть плед на голову, как услышала звук открывающейся двери и голос Савы.

- Ау, Алена! Ты в Гюльчатай решила поиграть?!

- Савелий! Уйди, пожалуйста!!! – голос мой дрогнул. - Я урод.

- Алена, что случилось? Девочка, которая прячется под пледом, меня пугает. К тому же она за целый день ничего не ела, как мне доложили. Перестань впадать в детство – сейчас выясним твои проблемы. И решим. - Сава говорил негромко, но уверенно и так убедительно, как переговорщик с террористами. В голосе не было привычного сарказма. Очевидно, он понял, что произошло что-то предельно неприятное.

Я всхлипнула.

- Не решим, - потерянно ответила я и испугалась – ведь Сава может просто дернуть этот плед и невольно задеть им мое пострадавшее лицо.

Осторожно скинув с себя паранджу, как он выразился, я, кусая губы, показалась на свет.

- Вот почему!

На лице Савелия на миг отразился ужас, но он почти сразу взял себя в руки. Однако голос выдал волнение – послышалась хриплые нотки, будто в горле запершило.

- Что это?! – спросил он, кашлянув.

- Химический пилинг, - ответила я и тут же отвернулась, для верности еще закрывшись руками.  

- Алена! Без паники. Сейчас.

Что «сейчас», я могла только догадываться. Очевидно, беседа с Лори. Только теперь не для моих ушей. Он закрыл дверь не только гостиной, но очевидно, и в комнату своей пассии, потому что я расслышала глухой стук.