24 глава.

В дверь вошёл хмурый страж, поклонившись он сказал:

– Ваше величество, мы не смогли попасть в спальню лэйры, чтобы убрать ее личные вещи.

– Как это не смогли попасть?– прошипел император нависнув над стражем. Я даже моргнуть не успела, с такой скоростью он пересёк комнату.

Страж сглотнул и вытянулся по струнке.

– На двери непонятное плетение. Взломать мы его не смогли собственными силами и вызвали главного мага, он разбирается в людской магии. Он сказал, что никогда не встречал таких плетений и предположил, что лэйра использовала неизвестный охранный артефакт. Мы позвали главного артефактора, но и он не смог помочь. Мы пытались попасть через окна и сломать стену из коридора. Ничего не вышло.

– Главного мага и артефактора в темницу, я потом решу, что с ними делать. Лэйру Магариет отвести в мои покои. Если сбежит, шкуру с вас спущу,– взбешенно заорал дракон.

Страж поклонился и посмотрел на меня. Я с улыбочкой медленно поднялась и пошла на выход.

Покои императора занимали целый этаж в замке. Спальня находилась в конце длинного коридора. Пока шли, я насчитала семь дверей. Недурно живут императоры. В спальне преобладали цвета, неожиданные для мужчины. Кремовый, зелёный и золотой. Обстановка была довольно скромной и лаконичной, как говорится ничего лишнего. Каждая вещь лежала на своем месте и создавалось впечатление, что я нахожусь в отеле. Из спальни можно было попасть в роскошную ванную и гардероб, в котором лишь четверть места занимали монаршие наряды. Везде царил идеальный, даже можно сказать армейский, порядок.

Заперев дверь, навесила на нее защитное плетение, для надежности и полезла в большой камин, в надежде, что его не чистили, после последней топки. Надежды мои не оправдались, но сдаваться я не собиралась. Взяла кочергу и пошебуршила по трубе изнутри. Сверху, в подставленный мной подол посыпалась сажа. Когда набралась целая горсть, я осторожно откинула ковер и стала чертить портальный треугольник. За пределы замка построить портал невозможно, как и извне, портальную магию глушат защитные плетения драконьей магии, но в пределах замка можно перемещаться без ограничений. Начертив последний символ, высыпала остатки сажи, обтерев о платье руки, потом почищу, и достала из – под подола, привязанный к нижнему белью мешочек с накопителями. Расставила их по вершинам треугольника, активировав портал в спальню, где остались мои вещи.

За дверью слышались голоса. Разговор явно шел на повышенных тонах. Я, посмеиваясь, достала из сундука свой саквояж, проверила содержимое и добавила к нему ещё два десятка накопителей. Ну все, к «ночи любви» с пуделем я была готова. Вернувшись в императорскую спальню, тщательно оттерла магией портальный треугольник, почистила платье, вернула ковер на место и сняла с двери охранные плетения. Нужно было спрятать саквояж, но ни шкафов, ни комодов в комнате не было. Подумав, я поставила его за штору и решила вздремнуть. Сняла защитное плетение с двери и завалилась на кровать.

Разбудил меня тихий стук в дверь. В комнате было темно, и я не сразу сообразила, где нахожусь. В комнату вошла молоденькая служанка и сообщила, что ужин подан. Я, зевая слезла с кровати и пошла в ванную умыться. Увидев потекшую физиономию, даже немного испугалась, потом вспомнила, что спать легла с макияжем и быстро привела себя в порядок. Ужин мне накрыли в личной столовой императора. Я с большим удовольствием поела, с интересом разглядывая обстановку. Здесь также преобладали все оттенки зелёного, золотой и цвет слоновой кости. Мебели было немного. Длинный стол на двенадцать персон, два изящных светлых буфета с посудой и длинный низкий шкаф с напитками. Похоже император поклонник минимализма.

Пока я трапезничала спальню видимо навестили служанки. Кровать была застрелена, и на ней лежала алая ночная сорочка самого развратного вида, на зелёном покрывале она смотрелась весьма вульгарно. Шторы были задернуты и в комнате тускло горели две лампы, создавая таинственную и романтичную атмосферу. Я переполошилась и метнулась проверить саквояж, хорошо никто не додумался заглянуть за штору, саквояж стоял на месте. Выдохнула, взяла его, ночнушку и пошла в ванную, готовиться.

Заперев дверь, приняла ванну, натерлась притирками для красоты, высушила и расчесала волосы. Взяв в руки красное безобразие, повертела, соображая, как это надевается. Натянув кружевной ужас, осмотрела себя в зеркало и скривилась. Будь я полностью голая, то не выглядела бы настолько вызывающе. Распределив волосы, так, чтобы грудь была прикрыта достала средство защиты от дракона. Тонкий плетеный, шнурок с охранным артефактом, радужными кристаллами и накопителями. Выглядел он не так симпатично, как ожерелье, но был не менее надежным. Обмотав шнурок вокруг щиколотки, завязала тугой узел, достала зелье, которое использовала, чтобы наносить плетения на артефактах и нарисовала им у себя на лбу защитный символ, надпись вспыхнула и исчезла. От ментальной магии я себя защитила. Достала мел и несколько накопителей, собрала саквояж, прихватила платье и вернулась в комнату. Повесив платье в гардероб, я и оказалась под кроватью, чтобы начертить с обратной стороны настила несколько рун для крепкого сна одного гадкого дракона.

Для крепления накопителей к рунам использовала слизь твари, похожей на улитку, только с глазами и размером с собаку. На воздухе эта дрянь быстро засыхает, и склеивает любые материалы, но ненадолго, часов на шесть – восемь, потом рассыпается в пыль. Осторожно намазав центр рун слизью, прикрепила накопители и вылезла из – под кровати. Закрыв саквояж, спрятала его за штору и встала у окна, обхватив плечи руками, вглядываясь в темноту ночи. Снова поднялась метель и огни столицы скрыла белая пелена. В комнате было прохладно и я очень быстро замёрзла. Ни халата, ни тапочек мне не выдали.

Тихо открылась дверь. В окне отразился высокий силуэт с золотым облаком, вокруг головы. Я с болью в сердце рассматривала отражение мужчины, который однажды стал моим наваждением, сладким сном. Теперь этот сон превратился в ночной кошмар.

– Повернись, я хочу посмотреть на тебя, – раздался его хриплый голос. Медленно повернулась. Император лениво обвел меня взглядом от макушки до пальцев ног, которые виднелись из – под развратной ночнушки,– Ты очень красивая,– с придыханием сказал он и проникновенно заглянул мне в глаза. Я скривилась. Соблазнитель хренов.

– А совсем недавно я слышала от вас совсем другое, – спокойно сказала, сложив руки на груди,– что мной невозможно соблазниться, даже под внушением.

Император очаровательно улыбнулся и стал расстёгивать свою рубашку.

– Я был не прав. Меня ввело в заблуждение твое невзрачное платье, но, если тебя приодеть, ты очень даже ничего.

Он снял рубашку и повесил ее на вешалку для одежды. Это стало приятной неожиданностью, я – то думала, что порядок поддерживают слуги, а оказалось, что император и сам весьма аккуратный. Он тем временем стянул сапоги и взялся за штаны. Я следила за стриптизом со смешанными чувствами. Его тело я знала наизусть. Во второй реальности у меня было много времени, чтобы исследовать его. Я помнила каково это прикасаться к его золотой, горячей коже, целовать и проводить по ней языком. Помнила мягкость волосков на груди, руках и ногах. Помнила, как нам было хорошо вместе. Но сейчас передо мной раздевается не любимый мужчина, который боготворил меня, а незнакомый мужик, который не остановится ни перед чем, чтобы добиться своего.

Полностью обнажившись, император выпрямился и посмотрел на меня. У меня взмокла спина и дыхание участилось. По телу расползался яд желания, а сердце стыло от его пустого оценивающего взгляда. Так смотрят на кусок мяса, а никак не на желанную женщину.

Император поднял руку и провел большим пальцем по моей щеке, погладил губы и зарылся пятерней в мои волосы, откидывая их назад и притягивая меня в свои объятия. В его глазах горело торжество, он резко наклонился и поцеловал меня. Его губы двигались уверенно, покоряя, принуждая отвечать, гибкий язык хозяйничал у меня во рту. Я провела ладонями по его плечам, зарылась пальцами в золотые кудри и поцеловала в ответ. Руки императора блуждал по моей спине, сжимали ягодицы очень технично соблазняя меня отдаться страсти. Под прикрытыми веками вспыхивали искры, по телу прокатывались горячие волны желания. Сорочка стекла к моим ногам, кожа покрылась мурашками от первого соприкосновения наших тел. Император подхватил меня на руки и опустил на кровать, не переставая целовать и ласкать мое тело. Все было так же, как раньше, и в тоже время все было совсем не так. Движения рук становились все медленнее, дракон приподнялся на локтях и посмотрел на меня мутным взглядом. Я улыбнулась, провела ладонью по его шее, волосам, притягивая ближе.

– Спи, мой золотой мальчик,– прошептала в его губы и он отключился, придавив меня всем своим немаленьким весом к кровати.

– Дышать, – прохрипела я изо всех сил толкая его и извиваясь, как змея,– не могу.

Кое как выбравшись из – под императорской туши, я хлебнула воды из кувшина, который стоял на столе у камина, натянула сорочку и прилегла рядом с драконом. Осторожно отвела волосы, упавшие на лицо, с грустью разглядывая любимые черты. Легла на спину и уставилась в потолок, пальцами перебирая золотые кудри.

– Так приятно,– вдруг застонал дракон, я медленно повернула голову и уставилась в зелёные глаза с вертикальным зрачком.

– Твою мать,– выругалась я слетая с кровати и глядя круглыми глазами на императора. Он повернулся на бок и подпер голову рукой, выглядел при этом сонным и расслабленным, но это обманчивое впечатление. Передо мной лежал зверь. В засаде.

– Куда же ты убежала? – пророкотал дракон и грустно вздохнул,– Мне нравится когда меня гладят.

Я лихорадочно вспоминала, какие руны чертила, где могла допустить ошибку. Нет вроде все правильно. Может накопитель отклеился? Гадство. Я медленно подняла ногу, не спуская с дракона глаз и быстро активировала артефакт. Сразу стало спокойнее. Встала на четвереньки и заглянула под кровать. Точно, один накопитель валялся на полу. Снова выглянула, настороженно глядя на дракона.

– Не бойся меня, я не буду тебя обижать,– снова вздохнул зверь,– Может поговорим?

– О чем?– спросила я присаживаясь на кровать.

– Ты когда – нибудь летала на драконе?

Я улыбнулась и обняла колени руками.

– Летала.

– Правда? – удивился зверь,– Хотя ты сама дракон, наверняка отец катал.

– Нет, не отец. Любимый,– теперь уже я вздыхала,– Это было волшебно. Внизу метель, пурга, а мы летали над облаками, только звёзды в вышине и бескрайнее ночное небо, жаль это было сном.

– Ты странная,– вдруг выдал зверь,– обычно его самки глупые, крикливые и от них ужасно пахнет.

– А от меня как пахнет? – улыбалась я. Дракон принюхался.

– От тебя пахнет пылью и магией, – удивлённо сказал он, хлопнув глазами,– а ещё ветром.

– А как пахнет ветер?

– Как ветер,– пожал плечами дракон,– приятно. Я люблю запах ветра и люблю летать над облаками.

Мы помолчали.

– Зачем ты его усыпила?

– Не хочу быть его самкой,– хохотнула я.

– Почему? Все свободные самки хотят принадлежать ему.

– А я не хочу. Я семью хочу, детей хочу, а он из меня одноразовую подстилку сделать хочет, – вздохнула я.

– Я тоже детей хочу, а он ищет глупых вонючих самок, мне назло,– обиженно сказал дракон,– каждой бы голову откусил.

– А ты ему говорил?– сочувственно спросила у зверя.

– Говорил, но он меня не слушает. Может ты меня ещё немного погладишь? – хитро улыбнулся зверь,– А то меня последний раз мама гладила, когда я маленьким был.

– Эм... Нет, прости, но...

– Я буду хорошо себя вести,– быстро сказал дракон и так жалостливо посмотрел на меня, что я не удержалась и прыснула от смеха.

– Хорошо, но сначала ляг под одеяло, закрой глаза и не подглядывай,– строго сказала я. Вид голого императора меня нервировал. Дракон залез под одеяло, лег в позе Ленина и закрыл глаза. Я достала из саквояжа пузырек со слизью, залезла под кровать и приклеила накопитель на место. Оставив пузырек на столике у кровати, отключила охранный артефакт и легла возле дракона. Запустила руку в его волосы и немного помассировала голову. По губам мужчины расползлась блаженная улыбка, он поймал мою вторую ладонь и прижал к своим губам, сонно глядя мне в глаза.

– Очень приятно, – пробормотал дракон и уснул.

Я ещё долго лежала, глядя на него, пропуская шелковистые пряди, сквозь пальцы. Водила кончиками пальцев по его носу, щекам, подбородку и украдкой целовала закрытые веки, сладкие губы. Они сейчас были именно такими, как в первый раз, когда я его поцеловала. Сухими, горячими и потрясающе мягкими. Слеза скатилась по щеке и упала ему на нос, я с грустной улыбкой вытерла ее пальцем.

– Мой золотой мальчик,– повторила я слова, сказанные однажды, – мой золотой дракон.

С тихим вздохом встала, убрала клей, поправила штору и хлебнув снотворного, активировала артефакт и забралась под одеяло.

Во сне я снова летала на золотом драконе и целовала мягкие губы, но это был лишь сон. Сладкая грёза, растревоженная воспоминаниями.