Смерть Девочки. Часть 1.

Гуляла девочка одна средь руин пустых,

Заброшенная больница прятала секреты свои.

Хотела проверить легенды, что шепчут в тиши,

Но стены молчали, глотая шаги в глуши.

Уж с неделю лазила она по этажам сырых,

В пустых палатах, в коридорах, в тенях глухих.

Всё тщетно: ни знака, ни тайны, ни следа,

Лишь пыль оседала на плечи, как горькая беда.

Пошла по коридорам, где эхо плачет в ответ,

Стук сердца отбивал в висках немой, пустой секрет.

И вдруг — в палате восемь, на первом этаже,

Там, где время застыло в мёртвой тишине уже,

Увидела старушку в балахоне седом,

С косой в руке, с лицом, укрытым тёмным плащом.

Холодный взгляд пронзил насквозь, как лезвие во тьме,

И страх сковал всё тело в ледяной, глухой тоске.

Девчуля вскрикнула, рванулась прочь, не чуя ног,

Сквозь провалы лестниц, мимо стен, что шептали вслед укор.

Вырвалась на воздух, глотая ветер, дрожа,

А ночь над городом сгущалась, словно чёрная душа.

Прибежала в дом свой, упала на кровать,

Дрожащими руками пыталась всё описать.

Слова путались, срывались, как листья на ветру,

Будто правда была слишком страшной, чтобы быть наяву.

Прошёл день, наступила ночь, тяжёлый, липкий мрак,

Девочка легла в постель, надеясь, что это лишь пустяк.

Но сон пришёл не тихий, не добрый, не простой —

Он был как тень той палаты, как холод за спиной.

И снилось ей: опять палата, тот же серый свет,

Старушка в балахоне шепчет: «Ты искала ответ?

Ты хотела тайн и легенд — так вот он, твой финал,

Твой путь закончился здесь, среди этих пустых зеркал».

Девочка кричала, но голос тонул в тишине,

Тени сплетались в узоры на холодной стене.

Проснулась в поту, хватая воздух, дрожа всем телом,

А за окном рассвет вставал над миром опустевшим, серым.

И с той поры она обходила заброшки стороной,

Не искала тайн, не верила легендам под луной.

Ведь поняла: не все загадки стоит открывать,

Когда за ними прячется то, что нельзя назвать.