Глава 4

Я тоже отступила. Не то чтобы мне хотелось составить рыжему компанию, но если даже местный авторитет предпочитал держаться от Лысого подальше, у меня тем более не было причин изображать героиню.

– Вишня, – проскулила я, – а давайте мы с ним просто не будем связываться? Подумаешь, встретились. Бывает. Можно ведь культурно разойтись?

Однако Лысый, похоже, придерживался иного мнения, поскольку стоило мне заикнуться о культуре, как он немедленно двинулся в нашу сторону.

Вишня тут же шагнул вперёд, заслоняя меня собой. Из его груди вырвался низкий, вибрирующий звук. Не совсем рычание. Скорее предупреждение, от которого у меня неприятно засвербело где-то между лопатками.

Лысый остановился.

На мгновение показалось, что он сейчас развернётся и уйдёт. Как те двое, которых Вишня совсем недавно заставил освободить проход.

Но нет.

Лысый оскалился, обнажив неожиданно белые и вполне человеческие зубы, а затем издал короткий, резкий вопль.

Ему с энтузиазмом ответили. Сначала из-за угла. Потом откуда-то сверху. И наконец – из тёмного прохода у нас за спиной.

Я повернула голову. Там, где минуту назад никого не было, уже маячили несколько фигур.

– А вот и группа поддержки, – пробормотала я.

Вишня резко рыкнул. Ближайшие заражённые замерли. Один даже попятился, но тут Лысый снова подал голос. И всё началось заново.

Люди беспокойно переступали с ноги на ногу, дёргали головами, принюхивались. Кто-то издавал тихие хриплые звуки. Их становилось всё больше, и я с ужасом понимала, что мы постепенно оказываемся в окружении.

– Слушайте, – шепнула я рыжему, – у меня предложение. Может, вы договоритесь? Ну, по-своему. Объясните, что я совершенно невкусная. Одни кости, нервы и профессиональное любопытство.

Вишня на мои слова никак не отреагировал.

Зато Лысый вдруг рванул вперёд.

Я вскрикнула и отшатнулась.

Рыжий, наоборот, рванул навстречу.

Они встретились на полпути, сцепились и врезались в бок припаркованного у тротуара технического электрокара. Металл глухо бухнул. Вишня перехватил запястье Лысого, резко вывернул руку и толкнул противника прочь.

Я невольно присвистнула.

Вот это приёмы!

А ведь на вид обычный парень. Вернее, зомби. Высокий, но довольно худощавый. С такой фигурой и яркой внешностью по подиуму ходить, а не кулаками размахивать. Тем более Лысый явно превосходил Вишню в силе.

Противники между тем снова бросились друг на друга.

На этот раз Вишня не стал встречать Лысого в лоб. Уклонился, подставил ногу, толкнул в спину, и тот растянулся на асфальте.

– Есть! – радостно воскликнула я.

Хотя нашла, чему радоваться. Эти двое дрались за меня, как собаки за лакомую кость. Кому достанется, тот и съест. Так не всё ли равно, будет победителем лысый или рыжий?

Вишня вдруг обернулся, словно хотел проверить, всё ли со мной в порядке. И я про себя решила: если уж и выбирать из двух зол – пусть будет рыжее.

Лысый поднялся. Причём слишком быстро для человека, который только что со всего размаху приложился о дорожное покрытие. Но почему-то не спешил снова бросаться в атаку. Вместо этого отступил на пару шагов, запрокинул голову и издал очередной хриплый вопль.

Я поморщилась.

Зачем так орать?

И тут заметила, что окружавшие нас заражённые снова пришли в движение. До сих пор они держались на расстоянии, а после крика Лысого начали подходить ближе.

Вишня резко повернулся к ним и издал короткий предупреждающий рык.

Ближайшие остановились.

Лысый завопил снова.

И они опять двинулись вперёд.

Ну прям зомбированные какие-то! Хотя…

Вот теперь стало по-настоящему страшно.

Потому что одно дело – наблюдать за дракой двух зомби, стоя в относительной безопасности. И совсем другое – обнаружить, что остальные участники этого увлекательного мероприятия тоже решили присоединиться.

Я попятилась.

Вишня тут же сместился, заслоняя меня от ближайшего заражённого.

И именно этого, похоже, Лысый и добивался.

Он бросился вперёд.

Рыжий успел развернуться, но недостаточно быстро.

Удар пришёлся в плечо. Вишню отбросило к стене, и он с глухим стуком врезался в неё спиной.

– Вишня!

Лысый уже наступал.

Рыжий выпрямился.

Медленно.

Очень медленно.

А потом поднял голову.

И посмотрел на противника.

Вот тут я впервые пожалела, что стою так близко.

Потому что вишнёвые глаза моего защитника вдруг показались мне совершенно нечеловеческими.

Он оскалился.

Из груди вырвался низкий, протяжный звук.

Заражённые вокруг замерли.

Даже Лысый остановился.

На несколько секунд всё стихло.

А потом Вишня шагнул вперёд.

И я поняла, что до сих пор он, кажется, просто сдерживался.

Малодушно захотелось отбежать подальше и спрятаться за спинами обступивших нас со всех сторон зомби. Но в этот момент кто-то коснулся моего плеча.

Я дёрнулась и обернулась.

Рядом стояла женщина – бледная, красноглазая и очень голодная с виду.

Она потянулась ко мне, жадно принюхиваясь.

– ВИШНЯ-А-А!

Женщина вздрогнула от моего вопля, однако не отступила. Напротив, подалась ещё ближе, продолжая шумно втягивать носом воздух.

– Нет! – Я выставила перед собой ладони, а она схватила меня за рукав.

Я завизжала ещё громче.

Женщина дёрнула ткань, подтягивая мою руку к своему лицу, и снова принюхалась.

Да что ж такое?!

Я рванулась, пытаясь освободиться. Женщина держала крепко. Неожиданно крепко для такой худенькой особы.

– Отпустите! – потребовала я.

Она вдруг издала жалобный, почти умоляющий звук и опять потянулась носом к моему рукаву.

Я замерла.

Что-то здесь было не так.

Женщина не пыталась меня укусить. Не царапалась. Даже не смотрела в лицо. Её интересовал исключительно мой комбинезон. Точнее, рукав.

– Слушайте, – осторожно начала я, – если вам понравилась ткань или фасон, могу подсказать магазин, где я его купила…

Договорить не успела. Меня схватили за шиворот и резко дёрнули назад. Женщина разжала пальцы и отшатнулась.

А схватил меня не кто иной, как Вишня.

Выглядел рыжий весьма потрёпанным: куртка порвана, бровь рассечена, а выражение лица такое, что я благоразумно проглотила рвущиеся на язык замечания о его внешнем виде и впервые оценила мамины наставления о том, что молчание – золото.

Вишня коротко рыкнул.

Женщина попятилась.

Остальные заражённые тоже начали отступать.

– Спасибо, – пискнула я.

Вишня перехватил меня за руку и потащил прочь.

Интересно, где лысый?

Я оглянулась.

Лысый стоял посреди улицы, тяжело дыша и глядя нам вслед. Его губы подрагивали, будто он с трудом сдерживал очередной рык. Не удержалась и приложила указательный палец к тому месту, где под респиратором прятались губы, жестом призывая шумного зомби к молчанию. Сомневаюсь, что он меня понял, однако больше не рычал.

– А мы всё-таки куда? – поинтересовалась я у рыжего, когда мы свернули в очередную тёмную подворотню, и, не дождавшись ответа, продолжила: – Нет, я, конечно, допускаю, что это такая экскурсионная программа, но хотелось бы ознакомиться с маршрутом. Желательно до того, как нас снова попытаются съесть.

Вишня покосился на меня.

— И не смотрите так! Между прочим, вы сами предложили мне пойти с вами. А теперь ведёте неизвестно куда и ничего не объясняете. Очень невежливо.

Вишня остановился у выхода из подворотни и выглянул за угол.

Я тоже попыталась выглянуть, но он неожиданно выставил руку, преграждая мне путь.

– Да что опять?!

Рыжий смотрел куда-то вверх.

Я проследила за его взглядом.

Над противоположным тротуаром висела небольшая камера наблюдения. Её объектив медленно поворачивался, осматривая пустую улицу.

– О! – обрадовалась я. – Камеры работают! Значит, за городом всё-таки следят!

Я уже потянулась к диктофону, когда Вишня ухватил меня за локоть и оттащил обратно в тень.

– Эй! Я вообще-то материал собираю!

Он посмотрел на меня.

Потом на камеру.

И снова на меня.

– Что? Вы не любите сниматься?

Вишня медленно прикрыл глаза и тяжело выдохнул.

Я прищурилась.

– Вы сейчас вздохнули?

Он отвернулся.

– Нет, подождите! Вы действительно вздохнули! Значит, я вас достала?

Вишня ускорил шаг.

– О! Так вы всё-таки понимаете человеческую речь!

Я поспешила следом.

Мы миновали ещё несколько зданий, свернули за угол, и я вдруг обнаружила, что места подозрительно знакомые. Вон и мой флаер. Всё такой же перекошенный, с помятым корпусом и совершенно не располагающим к полётам внешним видом.

Я бы даже обрадовалась такому повороту событий, если бы не толпа заражённых, проявляющая повышенный интерес к чужому транспортному средству.

Одни просто стояли и смотрели, другие бродили вокруг, третьи заглядывали внутрь через иллюминаторы, словно что-то искали. Неужели меня?

Получается, рыжий всё-таки привёл меня сюда на коллективный ужин в качестве главного блюда. Или десерта. Потому что, чтобы утолить голод, на всех меня вряд ли хватит.

Вдруг один из заражённых забрался на корпус и принялся с подозрительным усердием обнюхивать вентиляционную решётку. Я ощутила внезапный приступ фатализма и устало произнесла:

– Да нет меня там. Здесь я. Здесь.