История 5-я: Тень миньонов и мальдивский побег (Пятница)

Часть 1. Паук Хорхе: Верность, тень и шпионские сети

Пятничное утро в спальне шестикомнатной «сталинки» началось с бесшумного дежурства. Бархатисто-чёрный паук-птицеед Хорхе замер на массивном тёмном карнизе, подпирающем тяжёлые портьеры. Его многочисленные глаза-бусинки следили за пылинками, танцующими в полумраке комнаты. В быту Хорхе отличался педантичностью: его правый верхний угол всегда содержался в идеальном порядке, а паутина плелась исключительно сухая, матовая и невидимая для невооружённого глаза — настоящий наблюдательный пункт высочайшего класса.

Отношение Хорхе к Жожжетте оставалось сложносочинённым коктейлем из благородного презрения и жгучей ревности. Эту назойливую цокотуху с кухни в качестве официальной дислокации паук считал легкомысленной выскочкой. Она вечно выставляла напоказ свои маго-рунические крылышки, тогда как истинный разведчик, по глубокому убеждению Хорхе, должен растворяться в тени. Каждое жужжание мухи под самым его носом воспринималось им как личное оскорбление, на которое он отвечал демонстративным, угрожающим щёлканьем хелицер.

Шпионские возможности Хорхе простирались далеко за пределы простого сидения в углах. Его мохнатые лапки улавливали микровибрации вентиляционных шахт всего дома, а через сеть маго-сенсорных паутинок он мог считывать шаги, шепотки и скрытые страхи жильцов на расстоянии нескольких кварталов. Но главным двигателем его бытия была искренняя, граничащая с фанатизмом преданность Тёмному Лорду. Ониквелс для Хорхе был не просто хозяином — он являлся абсолютным идеалом гармонии, великим архитектором смыслов и единственной сущностью, чьё одобрение стоило любых трудов.

***

Часть 2. Муха Жожжетта: Руны, вёрткость и абсолютный слух

Пока Хорхе нес службу в спальне, муха Жожжетта обустраивала свой быт на кухне. Ее «резиденция» в декоративной корзинке с искусственными фруктами на матово-чёрном холодильнике была оборудована с максимальным комфортом. Жожжетта любила эстетику: она чистила лапки, устроившись на искусственном винограде, и с высоты наблюдала за утренними ритуалами Ониквелса.

К Хорхе она относилась с ироничным превосходством. Для неё паук был медлительным, ворчливым и чересчур пафосным «матрасом», который только и умеет, что топать мохнатыми лапами и пугать пыль в углах. Жожжетта обожала подлетать к нему на расстояние миллиметра, провоцируя на выпад, и в последний момент делать изящную петлю, наслаждаясь его бессильной злобой.

Главным достоинством и гордостью Жожжетты были ее прозрачные крылья. При определенном угле освещения на них загорались микроскопические маго-рунические узоры, позволяющие ей развивать молниеносную скорость, становиться полностью невидимой и мгновенно транслировать ментальные видеоотчёты прямиком в разум Тёмного Лорда. Жожжетта была идеальной «камерой кругового обзора». В её юрком брюшке билась безусловная преданность Ониквелсу: ради его скупой похвалы или лёгкого взмаха руки она была готова проникнуть в самый защищённый сейф альтернативной Москвы.

***

Часть 3. Метания Артура Борисовича и мальдивский план

К пятнице жизнь Артура Борисовича превратилась в сплошной гардеробно-финансовый кошмар. Маго-кармический конструкт Ониквелса работал с беспощадной точностью: при каждой попытке выкроить «скидку» или сэкономить на сотрудниках, в голову жадного дельца — владельца холдинга «Вектор» —поступал ментальный сигнал и тому казалось, что его брендовая одежда моментально сжималась, превращаясь в трещащие по швам удушающие тиски, а его язык сам по себе вслух выбалтывал при подчинённых реальные размеры доходов.

Убытки росли геометрически. Партнёры (такие же грязные деляги) по подпольным казино и залоговым конторам завалили Артура Борисовича жёсткими претензиями. По столице поползли слухи, что глава «Вектора» повредился умом: на всех переговорах он сидит, то держась руками за одежду, то зажимает рот руками и выкрикивает неадекватные признания в собственной жадности. Крупные инвесторы один за другим начали разрывать контракты, не желая иметь дел с «нестабильным» дельцом.

Издёрганный, измотанный и одетый в безразмерный трикотажный балахон (единственное, что пока, как ему казалось, не трещало), Артур Борисович сидел в тёмном углу своего кабинета. Из вентиляции за ним пристально наблюдал Хорхе, а над потолком бесшумно кружила Жожжетта.

— Всё, хватит... Это сглаз, это заговор конкурентов! — нервно зашептал Артур Борисович, судорожно открывая ноутбук. — Надо уехать. Да, на Мальдивы! В частный ресорт, где из одежды только шорты и пальмовые листья. Там нечему сжиматься! Забронирую виллу на месяц, пусть всё горит огнём!

Он судорожно ввёл данные карты для покупки билетов и брони виллы, совершенно не подозревая, что оба миньона Тёмного Лорда уже отправили ментальную молнию со срочным отчётом на шестой этаж «сталинки».