Глава 2. Интересная компания
Еще один лагерь. Бараки. Гряда гор, словно изъеденных короедом. Шум ударов железа о камень. Серые строения, серые лица. Яркое солнце не исправляло мрачной картины. Жалобные стоны — все это обычный день на «Руднике исправления».
Элиас смотрел на Стоуна. Тот слегка улыбался и бил киркой по камню. Отдача от ударов, дрожь от усталости.
— Хм, не сходится… Улыбка выбивается, — Элиас оперся на кирку. Пристально уставился прищуренными, голубыми глазами.
Стоун повернулся:
— Я сегодня жив, работаю с товарищем — уже неплохо, — он улыбнулся, на щеке проступила ямочка, и продолжил работу.
— Верю, верю, — Элиас ухмыльнулся и ударил по камню.
Стоун замер на миг.
— Говорить можно не только словами, — Элиас вытер пот со лба.
Стоун улыбнулся, слегка подняв брови:
— Любопытно. А еще как? — он потер подбородок.
Элиас не ответил.
Рабочий день закончился. После тяжелого дня наступил долгожданный вечер, и появилась возможность немного расслабиться. Все собрались поесть. Столовая, если ее можно так назвать, была просто подобием столов на открытом воздухе.
Элиас сел на стул в углу, с которого было видно всю столовую. Стоун принес две миски похлебки и сел рядом.
— Вот видишь, я же говорил, все неплохо! — Стоун поднял миску и отхлебнул бульон. — Едим в компании и отдыхаем.
Не отрываясь от лиц людей, Элиас произнес:
— Хм, с тобой многие не согласятся.
Послышался шум. Они отвлеклись и обратили внимание на парня, сидящего поодаль от остальных. Он смотрел в миску.
— Помои моих лошадей пахли аппетитнее, а запах потного, грязного люда напрочь отбивает желание есть! — опальный дворянин окинул столовую взглядом. — Не то что есть — жить!
— Заткнись уже, хвост кончай! — здоровяк за соседним столом ударил кулаком по столешнице.
Он развернулся, сел лицом к дворянину и скрестил руки на груди.
— Ты каждый день ноешь и ноешь, дворяночка, — здоровяк сморкнулся и сплюнул.
Дворянин презрительно оглядел груду мышц по прозвищу Стена. Скорчил гримасу, словно заметил на ботинке дерьмо.
— Опять ты, смерд, — он задрал подбородок. — Ты не достоин разговора, — дворянин пренебрежительно отмахнулся.
Стена встал, сжал кулаки. Глубоко вдохнул, сильнее сжал кулаки.
К ним приблизился монах и жестом остановил его. Он укоризненно поглядел на обоих. Стена нахмурился.
— Окститесь, — причитал монах.
Элиас внимательно наблюдал за этой сценой. Жила на лбу здоровяка вздулась, рука дворянина чуть дрожала, глаза бегали. Монах переводил взгляд со Стены на дворянина.
Монах откашлялся.
— Дети мои, мы братья. Оставим же дрязги.
Он сжался под свирепым взглядом Стены и отвел глаза, посмотрев на дворянина.
— Сядь ближе. Удружи старому монаху, — улыбнулся он дворянину.
Посмотрев на Стену, дворянин поставил стул в двух шагах от стола, скрестил руки, закинул ногу на ногу и отвернулся.
Стена посмотрел монаху в глаза, нахмурился и опустился на стул.
Монах отряхнул старую робу и присел рядом со Стеной.
Стоун тревожно улыбнулся, поднялся и направился в сторону спорщиков.
— Постой. Драки не будет, просто спускают пар.
— Просто поговорю, и, может, получится завести новых товарищей.
Стоун продолжил идти. Элиас встал, сделал долгий выдох и пошел за ним.
Они подошли к столу. Стоун кивнул в знак приветствия. Дворянин и Стена уставились на них.
— А ты что улыбаешься, рожа лошадиная? — Стена плюнул Стоуну под ноги. — По зубам решил получить?
— Нет, я просто рад встретить таких, э-э... — Стоун приподнял голову, взялся за подбородок, — интересных людей.
Дворянин в более-менее чистой робе принял это за оскорбление, но отвлекся на Элиаса, спокойно севшего напротив Стены.
— Ты зол и хочешь, чтобы мы ушли? — Элиас зачерпнул ложкой.
— Конечно, Конь ты беззубый! — Стена не вскочил, расслабил руки и начал ковырять ложкой в миске.
— Хм, спасибо, что не против, — Элиас продолжил есть.
Стена смутился. Все молча переглядывались. Тишину нарушил монах. Он встал.
— Дети мои, вы за одним столом, — он перевел взгляд на дворянина. — Почти за одним столом.
Дворянин встал и придвинул стул чуть ближе к остальным.
Все утихли. Все же монах. Не верить в Бога — не равно проявлять неуважение к монахам.
— Примиритесь. Мы тут, — монах шмыгнул носом, — умрем все, не время препираться.
Он посмотрел на пальцы, почти сделал знак веры.
— Бог отвернулся от нас, но культуру никто не отменял.
Рука упала, вторая легла на стол. Монах положил на нее голову.
Молчание. Косые взгляды. Элиас продолжал спокойно есть. Стоун плюхнулся на соседний стул.
— Копыто мне в рот, ты же монах?! — Стена почесал затылок. Открыл рот и сразу закрыл.
К столу подошла девушка. Нелепая прическа, странная улыбка, ясные зеленые глаза.
Элиас смотрел на нее. В ее жестах не было логики, в мимике — сумбур. Но глаза… глаза следили за всем, будто невзначай. Слишком внимательно.
— Хм, интересно. Даже занимательно, — улыбнулся девушке Элиас.
Стена посмотрел на Элиаса.
— Да что ты несешь, хвост кобылий! — Он повернулся к девушке. — А ты что за пони внезапный? — нахмурил он брови.
Девушка приложила палец к губам.
— Сегодня хочу быть, м-м-м... — наклонила голову влево, потом вправо. — Сегодня буду Амелией. — Захлопала ресницами и уставилась на Стену.
— Привет! Рад знакомству, Амелия! — Стоун указал на стул напротив дворянина.
Амелия улыбнулась, плавно направилась к стулу. Оглядела его, кивнула сама себе и села.
— Так, стоп, простолюдины, — дворянин двумя пальцами взялся за переносицу. — Что вообще происходит? — он перевел взгляд на девушку.
От удивления Стена пропустил оскорбление мимо ушей.
Монах приподнял брови:
— Что тебя привело сюда, дочь моя?
— Хм, забавно и непонятно. Впервые, — усмехнулся Элиас. — Компания девушки вам всем по душе. Только один Стоун честен, — продолжал он есть, периодически бросая взгляд на Амелию.
Девушка приподняла подбородок и тихонько постучала пальцем по губам.
— Что же меня привело? О! — хлопнула она в ладоши.
Все затаили дыхание.
— Я тут потому, что пришла сюда, — она мечтательно взглянула вверх.
— Здорово, Амелия. Рад, что у нас за ужином еще один компаньон!
— Стоп, стоп, — дворянин положил ладонь на глаза. — Все, я уже ничего не понимаю, — он взял миску и начал есть.
— Табун меня подери, — Стена вернулся к своей миске.
Ужин прошел тихо.