Глава 1. Рука на трапе
Ветер на лётном поле пах керосином и остывающим асфальтом. Марина стояла у нижней ступени трапа, придерживая на плече форменный платок, и в третий раз проверяла список пассажиров - хотя знала его наизусть. Частные рейсы она любила именно за это: тишину, отсутствие толпы, возможность увидеть каждого гостя в лицо. Сегодня джет вылетал в Сочи, и закат уже растекался по кромке неба густым апельсиновым соком.
- Экипаж, командир на борту, - раздалось в наушнике голосом второго пилота.
Она обернулась. По полосе к самолёту шёл мужчина в тёмной форме с золотыми нашивками на плечах, фуражка чуть надвинута на лоб, шаг уверенный, без спешки. Марина видела много командиров - грузных, усталых, равнодушных. Этот был другой. Высокий, подтянутый, с той спокойной осанкой, которую не подделаешь. Лет тридцать семь, прикинула она машинально. И красив так, что это скорее мешает работе, чем помогает.
- Марина Соловьёва, старший бортпроводник, - представилась она, когда он подошёл.
- Андрей Соколов. - Он снял фуражку, и закатный свет упал ему на лицо. Глаза оказались серыми, внимательными, и задержались на ней на долю секунды дольше, чем требовала вежливость. - Значит, вы сегодня командуете салоном, а я - железом. Договоримся?
- Обычно железо слушается хуже пассажиров, - улыбнулась она.
Он усмехнулся - коротко, одними уголками губ. Марина шагнула на первую ступень трапа, каблук предательски скользнул по металлу, ещё влажному после дневного дождя. Она качнулась. И в тот же миг его рука оказалась под её локтем - твёрдая, тёплая, поймавшая её раньше, чем она успела испугаться.
- Осторожно, - тихо сказал он. - На высоте будет спокойнее, обещаю.
Секунду они стояли так - она на ступени, он внизу, его ладонь на её руке, между ними горящий оранжевым небосвод. Марина выпрямилась, поблагодарила, отступила. Но тепло его пальцев осталось на коже, будто отпечаток.
Она поднялась в салон, привычно проверила ремни, аварийные выходы, температуру шампанского для гостей. Руки делали своё, а мысли крутились вокруг одного: восемь лет в небе, и ни разу сердце не сбивалось с ритма от простого прикосновения. Восемь лет.
- Марина, - голос из кабины, уже деловой, командирский. - Через десять минут запуск. Готовы?
- Готова, - ответила она в микрофон и поймала себя на том, что улыбается пустому салону.
За иллюминатором солнце коснулось горизонта. Джет дрогнул, оживая. А Марина ещё не знала, что этот закат она запомнит на всю жизнь - как начало.