Глава 2: Посланник из другого мира
Александр провел беспокойную ночь. Он то и дело просыпался, протягивал руку к тумбочке и проверял, не исчезло ли загадочное письмо. Каждый раз плотный пергамент оказывался на месте, восковая печать поблескивала в лунном свете, проникавшем сквозь занавески. Это не было сном.
Утром мальчик спустился на кухню с письмом в руке. Элизабет уже готовила завтрак, а Ричард читал газету за столом.
— Доброе утро, Алекс, — улыбнулась Элизабет. — Ты выглядишь уставшим. Плохо спал?
— Мне нужно вам кое-что показать, — сказал Александр, проигнорировав вопрос.
Он положил письмо на стол. Родители с недоумением посмотрели на пергамент с необычной печатью.
— Что это? — спросил Ричард, откладывая газету.
— Вчера вечером его принесла сова, — ответил Александр, понимая, как нелепо это звучит.
Элизабет и Ричард переглянулись.
— Сова? — повторил Ричард. — Ты имеешь в виду настоящую сову?
— Да. Она постучала в окно и протянула мне это письмо.
Ричард осторожно взял пергамент, разломил печать и развернул письмо. По мере чтения его брови поднимались все выше.
— «Академия Основания, школа психоисторической и общей магии», — прочитал он вслух, затем подал письмо Элизабет. — Это какая-то шутка?
— Я не думаю, — ответил Александр. — Сова была настоящей. И… вы же знаете, что вокруг меня постоянно происходят странные вещи.
Элизабет прочитала письмо, её лицо стало задумчивым.
— Магия, — произнесла она тихо. — Это бы многое объяснило.
— Эли, ты же не думаешь… — начал Ричард.
— Разбившиеся стекла, когда он расстроен, движущиеся предметы, неполадки с электроникой, — перечислила Элизабет. — Я всегда знала, что Алекс особенный.
Ричард провел рукой по волосам, нервно взъерошивая их еще больше.
— Даже если это так, откуда нам знать, что это письмо настоящее? Может, это розыгрыш одноклассников?
— Никто из них не мог бы научить сову доставлять письма, — возразил Александр.
Их разговор прервал резкий звонок в дверь.
— Я открою, — сказал Ричард, поднимаясь из-за стола.
Через минуту он вернулся на кухню, сопровождаемый высоким мужчиной лет пятидесяти в странной одежде. На госте был аккуратный твидовый костюм, но под пиджаком виднелась не рубашка, а нечто похожее на мантию насыщенного синего цвета. Серебряные запонки в форме песочных часов поблескивали на манжетах. Особенно примечательным был жилет визитера — глубокого бронзового оттенка с узором, напоминающим звездное небо, причем звезды, казалось, слегка мерцали при движении.
— Доброе утро, — произнес незнакомец, обводя взглядом кухню. — Меня зовут Леонард Оквуд, профессор маговедения Академии Основания. Полагаю, вы уже получили наше письмо?
Он увидел пергамент в руках Элизабет и кивнул:
— Прекрасно. Я пришел ответить на ваши вопросы и помочь мистеру Кориусу с подготовкой к учебному году.
В комнате повисла тишина. Затем Элизабет указала на стул:
— Может быть, присядете, профессор? Я думаю, нам нужны объяснения.
— С удовольствием, миссис Кориус. — Оквуд грациозно опустился на стул. — Должен признать, это всегда непростой разговор для семей маглов.
— Маглов? — переспросил Ричард.
— Так мы называем людей, не обладающих магическими способностями, — пояснил профессор. — Прошу прощения за специфическую терминологию.
— Значит, магия существует? — спросил Александр, пристально глядя на гостя.
Профессор Оквуд улыбнулся и достал из внутреннего кармана пиджака тонкую деревянную палочку. Он сделал изящное движение, и сахарница на столе трансформировалась в маленькую фигурку феникса, который расправил крылья и взлетел, оставляя за собой след из золотистых искр. Птица сделала круг под потолком кухни и снова превратилась в сахарницу, аккуратно опустившуюся на прежнее место.
Элизабет ахнула, Ричард уронил чашку, которую держал в руке, но прежде чем она достигла пола, Оквуд сделал еще одно движение палочкой, и чашка зависла в воздухе, а затем плавно вернулась на стол.
— Так лучше, — сказал он. — И да, мистер Кориус, магия совершенно определенно существует.
— И… я маг? — Александр чувствовал, как его сердце колотится.
— Несомненно, — кивнул Оквуд. — Причем с редкими природными способностями. В Академии Основания мы внимательно следим за проявлениями стихийной магии у детей. Ваш случай особенно интересен: частота и характер спонтанных магических выбросов указывают на потенциальную предрасположенность к психоисторической магии.
— Психоисторической? — Ричард наклонился вперед. — Что это значит?
— Это особая и очень редкая область магии, связанная с математическими расчетами вероятностей и прогнозированием будущих событий, — пояснил Оквуд. — Но не будем забегать вперед. Прежде всего, я здесь, чтобы объяснить основы.
Профессор взмахнул палочкой, и из её кончика вылетел сгусток серебристого света, превратившийся в миниатюрную трехмерную карту, парящую над столом.
— Магический мир существует параллельно с миром маглов, — начал он. — У нас есть собственные поселения, учреждения, правительство. Мы живем рядом с вами, но остаемся незамеченными благодаря Статуту о Секретности — международному закону, обязывающему волшебников скрывать свое существование.
Голографическая карта показывала различные места, подсвеченные золотистыми точками.
— Это основные магические поселения в Великобритании, — указал Оквуд. — Гномхолл — наша столица, Эхо-баш — главная торговая зона, и вот здесь — он указал на точку посреди моря — расположена Академия Основания.
— Но почему мы ничего не знаем о магическом мире? — спросил Ричард. — В эпоху интернета и спутников…
— Магия и современные технологии плохо взаимодействуют, — объяснил Оквуд. — Вы наверняка замечали, как электроника барахлит рядом с Александром. Высокая концентрация магии делает невозможным использование многих магловских устройств. Кроме того, мы применяем специальные чары, отводящие глаза, заклинания ненаносимости на карты, маскирующие чары. Магловское правительство, конечно, осведомлено о нашем существовании на самом высоком уровне.
— И Алекс родился с этими способностями? — спросила Элизабет. — То есть, его биологические родители…
— Были волшебниками, — подтвердил Оквуд, и его лицо стало серьезным. — Это деликатный вопрос. Согласно нашим записям, Александр родился в семье Лидии и Маркуса Корвусов, талантливых магов и исследователей. К сожалению, они погибли во время магического эксперимента, когда мальчику было около трех лет.
Александр почувствовал странное оцепенение. Он знал, что был усыновлен, но почти ничего не помнил о своей жизни до Кориусов. Социальные работники говорили, что его родители погибли в автокатастрофе.
— Мы решили, что для ребенка такого возраста будет лучше временно оказаться в магловском мире, пока не придет время для магического образования, — продолжил Оквуд. — В приюте «Вечнозеленый» за ним наблюдали наши представители. Когда вы усыновили его, мы были… признаться, очень довольны. Вы дали ему любовь и заботу, в которых он нуждался.
— Вы все это время следили за ним? — В голосе Ричарда прозвучало возмущение.
— Не следили, а присматривали, — уточнил Оквуд. — Магия иногда проявляется непредсказуемо, особенно у детей. Мы обязаны обеспечивать безопасность как юных магов, так и окружающих их маглов.
— И что теперь? — спросила Элизабет, взяв Александра за руку. — Вы заберете его?
— Конечно нет, — мягко ответил профессор. — Академия Основания — это школа-интернат. Александр будет учиться там с сентября по июнь, а на каникулы возвращаться домой. Если, конечно, вы дадите согласие. Решение всегда остается за семьей.
Оквуд сделал паузу и взглянул прямо на Александра:
— Хотя должен отметить, что необученная магия становится опасной по мере взросления ребенка. Спонтанные выбросы усиливаются, их становится труднее контролировать. Обучение в Академии необходимо не только для раскрытия потенциала, но и для безопасности самого мага и окружающих.
— А если мы откажемся? — спросил Ричард.
— В таком случае придется применить чары забвения, чтобы стереть воспоминания об этом разговоре и о магии, — вздохнул Оквуд. — И назначить наблюдателя, который будет следить за непроизвольными проявлениями магии у Александра, нейтрализуя их последствия. Это не лучший вариант — подавленная магия имеет свойство проявляться… непредсказуемо.
В комнате повисла тишина. Александр переводил взгляд с одного лица на другое, не решаясь заговорить.
— Мне кажется, это решение должен принять Александр, — наконец сказала Элизабет. — В конце концов, речь идет о его жизни.
— Я согласен с вами, миссис Кориус, — кивнул Оквуд. — Что скажешь, Александр?
Мальчик сглотнул. В его голове роились тысячи вопросов, но один факт был несомненен: ощущение правильности, которое он испытал, читая письмо. Как будто часть его всегда знала о существовании этого мира.
— Я хочу пойти в Академию, — твердо сказал он. — Я хочу научиться контролировать свои способности и узнать больше о… о том, кто я есть.
Элизабет сжала его руку крепче, а затем сказала:
— Если Алекс хочет этого, мы поддержим его. Но у нас еще много вопросов.
— Разумеется, — улыбнулся Оквуд. — Я здесь именно для этого. И, если позволите, первым делом хотел бы сопроводить вас в Эхо-баш для приобретения школьных принадлежностей. Там вы сможете своими глазами увидеть часть магического мира.
— Прямо сейчас? — удивился Ричард.
— Если вас это устраивает. У нас довольно плотный график посещений семей новых учеников, — пояснил профессор. — Кроме того, до начала учебного года остается меньше месяца. Нужно подготовиться.
Час спустя, когда все вопросы были более-менее разъяснены, а начальный шок прошел, Оквуд предложил отправиться в Эхо-баш.
— Как мы туда доберемся? — спросил Александр, уже предвкушая новое приключение.
— О, для маглов первое посещение магического мира может быть немного… дезориентирующим, — ответил Оквуд. — Поэтому мы используем специальный способ транспортировки.
Он достал из кармана старинную серебряную карманную луковицу часов.
— Это темпорал — магический транспортный артефакт, — объяснил профессор. — Он создает временный портал. Пожалуйста, возьмитесь за руки и коснитесь часов.
Когда все трое Кориусов осторожно прикоснулись к серебряной поверхности, Оквуд произнес:
— Темпорис Порталис!
Мир вокруг них закружился в вихре цветов и звуков. Александр почувствовал странное сжатие, словно его протягивали через узкую трубу, а затем все внезапно остановилось. Они стояли на оживленной улице, совершенно не похожей на тихий пригород Лондона, откуда они отправились.
Эхо-баш оказался удивительным местом, где причудливые здания, казалось, пренебрегали законами физики — некоторые наклонялись под невозможными углами, другие меняли цвет в зависимости от освещения. Улицы были вымощены разноцветными камнями, которые слегка светились при каждом шаге. Повсюду сновали люди в мантиях и остроконечных шляпах, неся свертки, котлы, клетки с совами и другими странными созданиями.
— Добро пожаловать в центральный торговый район магического сообщества Британии, — с гордостью произнес Оквуд.
Элизабет крепко держала Александра за руку, её глаза широко раскрылись от удивления. Ричард выглядел ошеломленным, но в его взгляде читалось научное любопытство.
— Это невероятно, — прошептал он. — Как все эти здания…
— Пространственная магия, — пояснил Оквуд. — Большинство магических строений больше внутри, чем снаружи. Некоторые существуют сразу в нескольких измерениях. Но сейчас нам нужно посетить несколько мест, чтобы подготовить Александра к учебному году.
Он вынул из кармана список.
— Во-первых, нам нужно посетить Гриндевик — магический банк, чтобы обменять магловские деньги и узнать, не оставили ли родители Александра какие-то средства.
— У магов есть своя валюта? — спросил Александр.
— Конечно, — кивнул Оквуд. — Галеоны, сикли и кнаты. Семнадцать сиклей в галеоне, двадцать девять кнатов в сикле. Не самая удобная система, признаю, но традиции сильны в магическом мире.
Они направились к огромному беломраморному зданию в конце улицы. У массивных бронзовых дверей стояли странные существа в форменной одежде.
— Это гоблины, — сказал Оквуд. — Они управляют банковской системой магического мира. Очень искусные финансисты, хотя и немного… своеобразные в общении. Рекомендую быть вежливыми и прямолинейными.
Внутри банка, после короткого разговора с гоблином за высокой стойкой, выяснилось, что Корвусы действительно оставили своему сыну довольно внушительное наследство, включая сейф с золотом и ценными артефактами, доступ к которому он получит по достижении совершеннолетия.
— В семнадцать лет? — уточнил Ричард.
— Именно тогда маги считаются совершеннолетними, — подтвердил Оквуд. — До этого момента Александр может использовать трастовый сейф для школьных расходов, который его родители предусмотрительно создали.
После банка они отправились за покупками. В книжном магазине «Фолианты Мудрецов» приобрели учебники с такими названиями как «Стандартная книга заклинаний (уровень 1)», «Теория трансфигурации для начинающих», «Тысяча магических растений и грибов» и «Введение в психоисторическую магию: основы темпоральных расчетов».
В магазине «Котелок и Колба» купили базовый набор для зельеварения, включая котел из олова, весы и ингредиенты. В «Магических мантиях мадам Малкин» Александра измерили и снабдили комплектом школьной формы — черные мантии с серебряными застежками, рубашки, брюки и зимний плащ с капюшоном.
— Цветовая отделка появится после распределения по факультетам, — пояснила продавщица, подгоняя длину мантии.
Последним и самым волнующим пунктом их путешествия стал визит в магазин «Древо и сердцевина» — лавку волшебных палочек.
Внутри магазина царил полумрак. Тысячи узких коробочек были аккуратно сложены на полках от пола до потолка. Воздух пах древесиной, пергаментом и чем-то неуловимо магическим. Из глубины лавки появился пожилой мужчина с пронзительными серебристыми глазами.
— Эрмелий Варандер, к вашим услугам, — представился он. — Ах, профессор Оквуд, снова сопровождаете новичка? И кто же наш юный волшебник?
— Александр Кориус, — ответил мальчик, чувствуя странное волнение.
— Кориус? — переспросил Варандер, пристально глядя на него. — Ах, вижу сходство. Вы сын Лидии и Маркуса Корвусов, не так ли? Я помню их палочки, как будто продал их вчера. У вашей матери была палочка из клена с сердцевиной из волоса единорога, 10¾ дюйма, гибкая, отлично подходила для чар. А у отца — кедр и сердечная струна дракона, 12 дюймов, довольно жесткая, мощная для трансфигурации.
Александр кивнул, хотя на самом деле почти ничего не помнил о своих родителях.
— Ну что ж, давайте посмотрим, какая палочка выберет вас, мистер Кориус.
— Выберет? — переспросил Александр. — Разве не я выбираю палочку?
— О нет, — улыбнулся Варандер. — Палочка выбирает волшебника, мистер Кориус. Это всегда было так. Палочка — не просто инструмент, а продолжение магической сущности волшебника.
Процесс выбора палочки оказался долгим. Варандер доставал коробку за коробкой, предлагая Александру взмахнуть разными палочками. Некоторые просто выпадали из его пальцев, другие создавали неприятные звуки или вызывали небольшие разрушения в магазине. Но ни одна не ощущалась «правильной».
— Интересно, очень интересно, — бормотал Варандер. — Похоже, у нас придирчивый клиент. Или… — он замолчал, пристально глядя на мальчика. — Подождите здесь.
Он исчез в дальней части магазина и вернулся с пыльной коробкой.
— Попробуйте эту, мистер Кориус. Хронодуб и перо феникса, 11½ дюймов, умеренно гибкая. Очень редкое сочетание. Хронодуб — древесина с темпоральными свойствами, крайне редко используется для палочек. Обычно предпочитает волшебников с талантом к предвидению и темпоральной магии.
Когда Александр взял палочку, он сразу почувствовал разницу. Теплая волна прошла от кончиков пальцев вверх по руке, а воздух вокруг него словно завибрировал. Он сделал легкий взмах, и из кончика палочки вылетел сноп золотых и серебряных искр, которые закружились вокруг него, образуя спираль, напоминающую траекторию движения планет.
— Превосходно! — воскликнул Варандер. — Должен сказать, эта палочка пролежала в моем магазине почти сто лет. Я уже думал, что она никогда не найдет себе хозяина.
Профессор Оквуд выглядел удивленным.
— Хронодуб и перо феникса… редчайшее сочетание для психоисторической магии, — пробормотал он. — Поразительно.
Когда палочка была упакована и оплачена, они вышли из магазина. Александр крепко держал коробку с палочкой, чувствуя, что приобрел нечто большее, чем просто инструмент для колдовства.
— Мне кажется, нам многое нужно обсудить, — сказал Оквуд, глядя на мальчика с новым интересом. — Но сначала давайте закончим с покупками. Нам еще нужно приобрести телескоп, перчатки из драконьей кожи для уроков травологии и, если хотите, питомца. Ученикам разрешается иметь сову, кошку или жабу.
Вечером, вернувшись домой с покупками и новым питомцем — маленькой серой совой, которую Александр назвал Архимед, семья Кориусов сидела в гостиной, пытаясь осмыслить все произошедшее.
— У меня голова идет кругом, — признался Ричард. — Целый параллельный мир существовал рядом с нами, а мы и не подозревали.
— И все это время в нашем доме жил маленький волшебник, — добавила Элизабет с нежной улыбкой. — Что ты чувствуешь, Алекс?
Александр задумался на мгновение.
— Странно, — наконец сказал он. — И одновременно… правильно. Как будто я нашел недостающую часть пазла. Но немного страшно. Профессор Оквуд сказал, что мои способности к психоисторической магии очень редки.
— Он кажется впечатленным, — кивнула Элизабет. — Особенно после того, как ты получил эту особенную палочку.
— Я буду скучать по вам, — тихо сказал Александр. — Когда уеду в Академию.
— Мы тоже будем скучать, малыш, — Элизабет обняла его. — Но мы всегда будем поддерживать тебя. И, судя по словам профессора, ты сможешь писать нам с помощью Архимеда.
— А на Рождество и летние каникулы будешь возвращаться домой, — добавил Ричард.
В этот момент из комнаты Александра донеслось уханье — Архимед устраивался на новом месте.
— Сова в доме, — покачал головой Ричард с улыбкой. — Что дальше? Летающие метлы?
— Вообще-то, профессор Оквуд упоминал, что первогодкам не разрешают иметь собственные метлы, — серьезно ответил Александр. — Но он сказал, что в Академии есть уроки полетов.
Элизабет и Ричард переглянулись и рассмеялись.
— Что ж, похоже, нашу жизнь ждут интересные перемены, — сказала Элизабет.
Александр кивнул, поглаживая коробку с палочкой. Через месяц он отправится в Академию Основания, и начнется совершенно новая глава его жизни — жизни, о которой он даже не подозревал еще вчера.
Уже готовясь ко сну, он вспомнил слова профессора Оквуда, сказанные перед прощанием:
«Помни, Александр, магия — это не просто способность творить чудеса. Это большая ответственность и особый взгляд на мир. В Академии Основания мы учим не только заклинаниям, но и мудрости их применения. И судя по выбору твоей палочки, тебя может ждать необычайное будущее.»
С этими мыслями мальчик заснул, и ему приснились спиральные лестницы, уходящие в небо, и золотистые формулы, танцующие в воздухе как живые существа.