Глава 2. Бог не выдаст, свинья не съест

— Вэлэри?!

Знакомый голос прозвучал неожиданно. Лера бухнула ведра на землю и чертыхнулась — чуть не половину выплеснула на подол. Как все-таки глупо — рабочее платье! Платье, Карл! А почему не смирительная рубашка? Сам-то дэр Флавий пробовал в платье воду таскать? Или дело в том, что нет здесь дураков руками работать? Всё магией да магией...

А позади стоял рыжий спасатель. Не веря своему счастью, Лера спросила:

— Дилан, ты?

— Я! — ухмыльнулся Дилан. — Да пребудет с тобой сила!

Лера подумала, что лучше бы сила прибыла, и рассмеялась:

— И с тобой... пусть пребудет. Я так рада! — не находя слов, она схватила Дилана за руку и потрясла. — Очень рада!

— Эй, ты чего? — Дилан смутился и отобрал руку. — Не виделись-то пару недель.

Лера кивнула и часто заморгала, прогоняя внезапно подступившие слезы. И правда, чего это она? Но как же потеплело на душе при виде рыжика!

— Ты здесь какими судьбами?

— Свободный денёк выдался и вот... — Дилан помахал сумкой. —Записываться пришёл.

— Куда записываться? Зачем?

Дилан закатил глаза:

— Сюда. Учиться.

— Сюда?!

Лера на мгновенье даже задохнулась от радости. У нее будет друг?! Он ведь друг? Боясь, что все-таки не правильно поняла и Дилан скоро уйдет, она осторожно спросила:

— Ты же двадцать три кристалла набрал... Разве их не хватило на хорошую академию?

Дилан оглядел залитые солнцем площадь и здания и снял подбитый мехом плащ.

— Жарко тут... Заметила, день прибывает?

— Заметила... Ты говорил, что здесь отстой и ссылка для слабаков...

Лера продолжала выжидающе смотреть на Дилана, а тот вдруг взорвался:

— Ну отстой, ну ссылка! Что ж теперь?! Тоже ведь на магов учат!

Слишком бурная реакция сбила с толку, и Лера забормотала:

— Должна же быть причина, по которой...

— Да есть у меня причина! Есть! — прервал её Дилан и, отвернувшись, мрачно буркнул: — Личная.

Лера обиженно прищурилась и, подхватив ведра, отправилась к очередному дереву. Не хочет говорить, ну и пускай, а у неё — работа!

Дилан еще потоптался на месте, потом крикнул:

— Я скоро! Ты не уходи никуда! — и побежал к администрации.

— Куда я уйду? — проворчала Лера, выливая воду.

Посмотрев на захлопнувшуюся за Диланом дверь, Лера снова широко улыбнулась. Как же здорово, что он здесь! И он — друг! Конечно, друг! Защищал от богатеньких отморозков, не морщится, глядя на шрамы, и спокойно воспринимает её несчастные двадцать единиц силы. Только друг может так!

Был, конечно, еще один человек, который вступился за неё и не обратил внимания на её уродство и слабость, и она даже несколько раз вспоминала о нём. О том самом, бритоголовом. Но тут же одергивала себя, ведь она для него, аристократа, — букашка, не стоящая лишнего взгляда. К тому же, он — в столице, а она — в провинциальной Альтии.

Теперь и Дилан здесь.

Лера перевернула ведро и села на него. А рыжик вроде хороший парень — добродушный, открытый. Что если расспросить его о магии и потоках? Как он отреагирует?

На его месте она была бы шокирована, что человек, поступивший в академию, не знает элементарных вещей, но докладывать начальству не стала бы. Да, точно не стала бы. Мошенник ведь все равно не сможет учиться, и его отчислят. Ну, а если сможет... то и флаг ему в руки!

Однако, неизвестно, как Дилан отнесется к такому. Вдруг он настолько законопослушный, что настучит на неё или, вообще, донесёт в Магический Контроль! И ее казнят...

По спине скользнул холодок.

Сцена казни никак не желала забываться. Память в мельчайших деталях хранила взгляд осужденного мужчины, его скованные запястья и сжатые кулаки... Его улыбку... И звук упавшей головы...

От страшных воспоминаний отвлек голос Дилана:

— Вэлэри, айда в город! Прогуляемся, пообедаем!

Дилан весело прыгал вниз по ступеням. Солнце золотило его рыжую шевелюру, а от легких шагов и улыбки веяло беззаботностью.

Аж сердце защемило при мысли, что он сейчас уйдет, и она опять останется одна. Да и пообедать хотелось. Но лишний раз высовывать нос из безопасного студгородка... На кой леший? Хотя... они ведь вдвоем будут. И можно узнать что-нибудь полезное.

Лера медленно встала.

— Ну давай, прогуляемся.

До города добрались быстрым шагом, Лера даже вспотела в своей шубе.

— Здесь есть неплохое местечко, — сказал Дилан. — «Сыто-пьяно» называется. Не против?

— Спрашиваешь! Да я мечтаю быть сытой! Знал бы ты какой гадостью в академии кормят, как будто в «отстойнике» и продукты чем-то провинились и повар над ними издевается.

Узкими неприметными переулками они вышли к полуподвалу, источающему обалденные ароматы.

Полутемное помещение с маленькими окнами и пылающим камином, запахи жареного мяса и лука, невнятное гудение голосов — в таких местах Лере еще не приходилось бывать.

Они устроились за угловым столиком и заказали парнишке-официанту сегодняшнее блюдо. Лера вначале попросила меню, но на нее так удивленно посмотрели — и Дилан, и официант, — что она примолкла и предоставила все рыжику. Лишь уточнила, сколько будет стоить обед. Удовлетворившись названной ценой в одну серебрушку — на двоих! — расслабилась.

Дилан с затаенным весельем наблюдал за ней, а когда официант отошел, спросил:

— Ты вообще из деревни не выезжала?

— М-м, нет.

Лера еле сдержала ухмылку. Ха, знал бы он, из какой она «деревни»!

Разговор не клеился. Дилан задумался о чем-то своем, и лицо его стало непривычно угрюмым. Лера же, околдованная витающими ароматами, ни о чём, кроме еды, думать не могла и не хотела.

Вскоре принесли жареные бараньи ребрышки с печеными овощами, пару пресных лепешек и кувшин травяного отвара.

За едой Дилан оттаял. Смеясь, рассказал, как секретарь изумился его «опрометчивому поступку» — прийти в Альтийскую академию с двадцатью тремя кристаллами.

— Жаль, нельзя продать лишние три кристалла какому-нибудь бедолаге, — пробубнил он полным ртом. — Мне бы золотишко не помешало.

Жир тек по рукам Дилана, измазал подбородок, щеки и кончик носа. Блестящая все от того же жира ложка чуть не выскользнула из пальцев, когда рыжик потянулся за гарниром, но почему-то, глядя на него, хотелось с таким же энтузиазмом вгрызаться в сочное мясо и уминать за обе щеки всё, до чего достанут руки.

«Умеют же люди есть!» — подумала Лера, отрезая кусочек мяса. Аккуратно положила его в рот и неторопливо прожевала. Все-таки впереди жизнь в общаге, где большинство студентов — патриции (тьфу ты, сколько пафоса!), а она и без того будет выделяться со своими шрамами и крохами сил. Если еще есть как Дилан, то совсем будет не от мира сего. Впрочем, она итак не от «сего».

Мысли о предстоящей учебе вернули на землю, и настроение подпортилось.

— Чего загрустила? — тут же спросил Дилан. — И кстати, ты зачем воду носила?

— Деревья поливала. — Лера вздохнула. — Подрабатываю пока каникулы.

— И сколько обещали?

— Золотой.

— М-м-м, неплохо... — протянул Дилан. Потом бросил на стол обгрызенную кость и с досадой сказал: — А я грузчиком на складах... Скупердяи, всего пять серебрушек за неделю платят!

Лера в сомнении покосилась на примолкшего Дилана. Спросить о магии или не спросить? Все-таки не настолько хорошо они знакомы...

С другой стороны, кругом чужой мир, чужие люди, и кого спрашивать, если не Дилана? Рано или поздно её незнание и неумение вскроются, и тогда беды не миновать. Лучше уж довериться рыжику.

Не поднимая глаз и старательно отпиливая кусочек мяса, Лера спросила:

— Дилан, а как вас на курсах учили? Ну, магии...

— Да как всех.

Дилан, похоже, растерялся от ее вопроса или просто не понял его. Тогда Лера пояснила:

— Просто... я ж из деревни и на курсы не ходила.

Дилан вдруг напрягся, и под его подозрительным взглядом Леру бросило в пот. Что-то не правильно сказала! Но что? Может все одаренные обязаны ходить на курсы? Но слово — не воробей, вылетит — не поймаешь. Так что теперь делать-то?

Давясь и толком не прожевав, она проглотила кусок и, чтобы потянуть время, принялась отрезать следующий.

А Дилан пригнулся к столу и, настороженно оглядев полупустой зал, шепотом спросил:

— И кто тебя учил?

Лера незаметно перевела дыхание. Кажется, Дилан не из тех, кто будет тыкать в неё пальцем и кричать: «Мошенница!» Она облизала пересохшие губы, тоже зачем-то пригнулась к столу и стрельнула взглядом по сторонам.

— Дед один, — неопределенно ответила вполголоса.

От необходимости врать она раскраснелась и вспотела еще сильней, но похоже, Дилан воспринял это как норму. Он многозначительно вскинул брови и чуть погодя сказал:

— Поня-я-ятно... Как нас учили, значит? Ну сначала мы тренировались чувствовать свою магию, а потом выпускать поток... Хотя выпускать-то и слон бы мог, будь у него дар... Самое главное — контролировать. Вот с контролем весь год и мучились.

Дилан замолк и без прежнего аппетита вернулся к еде. Лера скривилась от досады. Открыл Америку, называется! Ей чёткие инструкции нужны, а не это вот всё!

— А у тебя в... деревне... разве был кристалл? — неожиданно спросил Дилан.

Лера испуганно посмотрела на него, не зная, что ответить. Она чувствовала себя новобранцем, заброшенным в центр минного поля, — куда ни ступи, везде подорвешься. А Дилан ждал.

Ладно, бог не выдаст, свинья не съест. Неестественно ровным голосом Лера спросила:

— Что за кристалл?

Дилан удивленно хлопнул глазами.

— Ну как? Кристалл силы.

— И что он делает?

— Интере-есно... — протянул Дилан. Чуть подумав, придвинулся ближе. — Слушай же, о несчастная девушка из далекой деревни! Когда подаешь на кристалл свой поток, появляется свечение... Ты точно не знаешь? Хм-м, ну ладно... Короче, кристалл светится по-разному, начиная от голубого — это единица, и заканчивая темно-фиолетовой сотней. У меня вот пятьдесят единиц, так красным горит. Ну, это когда полный поток выпускаю. А так, понятное дело, на курсах я для того и учился, чтоб с красного до голубого понижать. Вот нудятина-то... А оттенки! Небо в посевную, небо в засуху, небо в жатву... Тьфу! А красный! Думаешь он один? Не-ет, начинается с оттенка пустыни на рассвете, потом всякие цветочки-ягодки, а заканчивается опять пустыней, только на закате... Проклятые пески! Да я даже не видал их! — Чуть помолчав, Дилан ухмыльнулся и подмигнул: — Ну хоть какая-то радость, когда силенок маловато, а? Учить меньше. И пускай завидуют те, у кого под сотню единиц или больше!

Лера не думала, что кто-то может ей позавидовать, однако, информацию Дилан выдал нужную, и, похоже, без этого кристалла не обойтись.

— Где его взять?

— Чего? Кристалл?

Дилан почесал макушку. Потом глянул на свою жирную пятерню, ругнулся и вытер пальцы о штаны.

— Это же обучающие кристаллы! На курсах используются, да в школах у патрициев... Но вообще-то, если денег много, то в Канцелярии можно купить. У тебя много денег?

Лера отрицательно мотнула головой и, обмирая от волнения, задала следующий вопрос:

— А ты как свою магию увидел?

Не спеша отвечать, Дилан уперся в неё вопросительным взглядом.

— Расскажи, пожалуйста, — прошептала Лера, пряча глаза.

— Расскажу, если так хочешь... Только оставь лепешку, она пять медяшек стоит.

Лишь после его слов Лера заметила, что крошит хлеб.

Короткими, сухими фразами Дилан рассказал, как его учили чувствовать свою магию и выпускать поток, а в конце добавил:

— Знаешь, Вэлэри, за обман на испытаниях очень суровое наказание. В прошлом году один идиот пронёс в лабиринт свечку, так теперь сослан на хлопковые поля на четырнадцать лет, а семья его выплатила огромный штраф и стала изгоями. И заметь, это патриции.

Лера немигающе уставилась в поцарапанную столешницу. Действительно, жёстко. Такого она не ожидала.

Доедали они в молчании. Молча же Дилан проводил Леру к городским воротам, только по пути кивнул на серый трехэтажный дом, сказав, что в одной из квартир живет его семья.

За воротами он придержал Леру и, отведя в сторону, долго сверлил пристальным взглядом.

Лера не выдержала:

— Ну что? Что?

— Да ничего, — хмыкнул Дилан. — Тоже вот спросить хочу. Очень уж интересно... Я с тобой стольким поделился, ты ведь тоже... поделишься со мной? — он широко улыбнулся, но глаза остались подозрительными, цепкими. — Открой тайну, Вэлэри. Как ты двадцать кристаллов набрала?