Глава 3: «Просто Ария»

Голос прозвучал у Арии прямо над ухом. Она не вздрогнула только благодаря многолетней выучке приёмов и благотворительных вечеров, где демонстрировать эмоции считалось почти неприличным.

Ария медленно обернулась. В шаге от неё стоял парень. Чёрная футболка, растрепанные влажные волосы, будто он только что вышел из душа. Или со сцены. На шее поблескивала серебряная цепочка, а на предплечье виднелась россыпь татуировок.

Он широко улыбался. Слишком широко для человека, которого она видела впервые в жизни.

— Прости? — не поняла Ария.

— Вот и я спрашиваю, — парень театрально развел руками. — Кто ты и почему я раньше тебя здесь не видел?

Она невольно усмехнулась.

— Возможно потому, что я раньше здесь не была.

— Справедливо.

Он протянул руку.

— Джейс.

— Ария.

— Просто Ария?

Она на секунду замялась. Потом кивнула.

— Просто Ария.

— Отлично. Терпеть не могу длинные фамилии, — Джейс взял со стола чей-то бокал, сделал глоток и тут же поморщился. — Господи, кто вообще пьёт этот ужас?

— Ты только что выпил половину, — хмыкнула Ария.

— Именно поэтому я эксперт.

Ария рассмеялась. И тут же поймала себя на том, что смеётся совершенно искренне. Без необходимости выглядеть очаровательно. Без страха, что потом получит выговор за слишком громкие эмоции. Просто потому, что этот парень был смешным.

— Так откуда ты взялась, Просто Ария?

— Пришла с подругой.

— Опасная женщина?

— Очень.

— Тогда понятно.

Джейс собирался сказать что-то ещё, но его взгляд вдруг сместился куда-то ей за плечо. На лице парня промелькнуло понимающее, слегка лукавое выражение, а ухмылка стала совсем уж заговорщицкой. Он плавно шагнул назад, словно уступая кому-то место.

— Ладно, Просто Ария. Кажется, моё время вышло, — Джейс шутливо салютовал ей полупустым бокалом. — Тяжёлая артиллерия прибыла.

Ария не успела спросить, что это значит. Воздух за её спиной словно стал гуще, принеся с собой едва уловимый шлейф терпкого парфюма, табачного дыма и чистой, бьющей по нервам харизмы.

Она медленно обернулась.

Джейс уже растворился в неоновом мареве толпы, а прямо перед ней, на расстоянии вытянутой руки, стоял Айзек Риверс. Он лениво крутил в пальцах тяжёлый рокс с виски, глядя на нее сверху вниз со всё той же едва заметной, дразнящей улыбкой, которую она поймала со сцены.

На профессиональных глянцевых фотографиях он выглядел иначе. Менее опасным. Менее настоящим. Менее…

Ария мысленно и очень резко оборвала себя. Она вообще не должна была об этом думать.

— Значит, Просто Ария?

Голос оказался ниже, чем она ожидала. С глухой, бархатной хрипотцой после двухчасового концерта. Слишком приятный для человека, который выжимал из себя все соки на сцене.

— А ты, значит, подслушиваешь чужие разговоры? — Ария даже не шелохнулась, удерживая ледяную маску.

Уголок его губ мазнул вверх.

— Только интересные.

— Какая честь.

— Не благодари.

Боже. Какой самодовольный, испорченный славой придурок. И хуже всего было то, что он прекрасно это понимал и, кажется, упивался собственным превосходством.

Айзек сделал неторопливый глоток виски, продолжая смотреть на неё в упор. Не пялясь, как озабоченный подросток, и не оценивая, как спонсоры её отца. Но и не отводя взгляд ни на секунду. Так обычно смотрят люди, которые привыкли получать мгновенные ответы на свои вопросы. И совершенно не привыкли к тому, что перед ними закрывают двери.

— Не видел тебя раньше, — констатировал он.

— Потому что я раньше здесь не была.

— М-м, — он коротко качнул стаканом, заставив кубики льда звякнуть о хрусталь. — Тогда понятно.

Ария едва заметно прищурилась, чувствуя, как внутри закипает привычное раздражение на чужую фамильярность.

— Что именно тебе понятно?

— Ничего.

— Нет уж, — она демонстративно скрестила руки на груди, слегка откинув корпус назад. — Теперь договаривай.

Улыбка Айзека стала шире, обнажая ровные зубы. Словно он именно такой — колючей и прямой — реакции от нее и ждал. Словно просчитал её на шаг вперёд.

— Обычно сюда приходят другие девушки.

— Какие же?

— Те, кто знает тексты моих песен.

— Какая трагедия, — Ария натянуто улыбнулась уголками губ.

— Для них — нет.

Ария коротко, довольно цинично усмехнулась. Ее статус обязывал терпеть многих идиотов, но этот превосходил все ожидания.

— И часто ты проводишь подобные собеседования после концертов?

— Только когда встречаю кого-то по-настоящему любопытного.

— А если я скажу, что не собираюсь проходить твой отбор?

— Тогда придётся сделать исключение и принять тебя без конкурса.

Он говорил это абсолютно спокойно, с ленивой, удушающей уверенностью. Без напора, без банального дешёвого заигрывания. Словно заранее знал, что этот разговор в любом случае будет продолжаться так, как нужно ему. Это бесило почти так же сильно, как его идеальная ухмылка. Почти.

В этот момент от резкого движения выбившаяся из прически прядь волос упала Арии на лицо, задев ресницы. Она даже не успела поднять руку, чтобы убрать её.

Айзек сделал это раньше.

Вернее, попытался. Его рука поднялась совершенно естественно, без всяких задних мыслей. Будто он делал подобное тысячи раз до неё. Будто имел на это абсолютное, неоспоримое право. Будто этот мир вообще никогда не говорил ему жесткое «нет».

Ария перехватила его запястье прежде, чем его пальцы коснулись её щеки. Быстро. По-снайперски точно.

На секунду между ними повисла оглушительная, звенящая тишина. Где-то позади взрывались смехом люди, гремели тяжёлые басы, хлопала пробка новой бутылки шампанского. Но в их маленьком радиусе всё словно замерло и покрылось инеем.

Айзек медленно перевёл взгляд вниз — на её тонкие, бледные пальцы, намертво сжавшие его татуированную руку. Потом так же медленно поднял глаза, и в них уже не было прежнего ленивого веселья.

— Серьёзно? — тихо спросил он.

— Более чем.

Несколько секунд они неподвижно смотрели друг другу в глаза, словно мерились силой. Ария первой разжала хватку. Медленно, палец за пальцем. Не потому, что испугалась его потемневшего взгляда, а потому, что физически сказала всё, что хотела.

— Я не люблю, когда меня трогают без разрешения, — отчеканила она, и в её голосе звякнула сталь, унаследованная от отца-политика.

Айзек пару раз неторопливо потер запястье. Не потому, что она сделала ему больно — её сил явно не хватило бы на это, — а скорее от дикого, искреннего удивления. Будто подобного с ним не случалось очень давно. Или не случалось вообще никогда в жизни.

— Запомню, — обронил он.

Но по его ровному, жесткому тону было кристально ясно: он не извиняется. Он просто констатирует факт. Ставит мысленную галочку. Сохраняет информацию в архив. И почему-то эта его холодная фиксация раздражала Арию сильнее, чем если бы он начал неловко оправдываться или злиться.

— Отлично.

— Хотя, знаешь… — Айзек чуть наклонил голову набок, разглядывая её теперь с каким-то совершенно новым, опасным интересом. Словно перед ним был редкий экспонат в музее. — Теперь мне действительно любопытно.

— Какое счастье для меня.

— Что должна была пережить девушка, чтобы смотреть на людей так, будто они потенциальные серийные убийцы?

Ария хищно улыбнулась в ответ, сделав крошечный шаг вперед:

— А что должен был пережить мужчина, чтобы считать, что ему позволено лапать незнакомых женщин?

На этот раз ленивая улыбка полностью исчезла с его лица. Не то чтобы он разозлился, но его знатно передернуло. Попала. Попала точно в цель, прямо по его раздутому мужскому эго. И это принесло Арии совершенно детское, пьянящее удовлетворение.

Несколько секунд Айзек молчал, сканируя её лицо. Потом тихо, почти беззвучно усмехнулся своим мыслям.

— Ладно.

— Что «ладно»?

— Теперь я понимаю, почему Джейс так быстро сбежал.

— Он не сбежал.

— Поверь мне, принцесса, он именно сбежал.

Ария картинно закатила глаза, отворачиваясь. И именно в этот момент — под завязку наполненный раздражением, злостью и торжеством — она поняла одну крайне неприятную, пугающую вещь.

Несмотря на всё это бешенство. Несмотря на всю его непробиваемую самоуверенность. Несмотря на острое желание развернуться и поставить его на место раз и навсегда…

Она совершенно, ни капли не хотела заканчивать этот разговор. И это, пожалуй, было самой большой проблемой из всех существующих.

Лили заметила неладное ещё издалека, пробираясь сквозь толпу у бара с двумя бокалами шампанского.

Сначала она увидела Айзека. Потом — Арию. Потом её взгляд опустился ниже, и она зафиксировала руку Айзека. А затем — руку Арии, намертво, мёртвой хваткой перехватившую татуированное запястье фронтмена.

Лили замерла на полпути. С открытым ртом. Шампанское в бокалах едва не плеснуло ей на пальцы.

Несколько секунд она просто стояла посреди VIP-зоны, переводя взгляд с одного на другую и тщетно пытаясь осознать, что именно здесь происходит. Не получалось. Она, конечно, прекрасно знала, что Ария не из тех наивных дурочек, которые теряют голову и дар речи при виде рок-богов. Но чтобы настолько…

Это стало неожиданным и весьма интригующим открытием. И для самой Лили. И, судя по окаменевшему выражению лица Айзека, для него тоже.

— Господи, — пробормотала Лили себе под нос, наконец заставив ноги двигаться. — Я оставила вас одних буквально на пять минут.

Заслышав её голос, Ария резко обернулась, со свистом выпуская воздух сквозь зубы.

— Лили.

— Нет, подожди, — подруга примирительно подняла ладонь. — Мне нужна минута. Ровно одна минута. Я должна понять по вашим позам: вы уже подрались или только собираетесь?

Уголок губ Айзека снова лениво дёрнулся вверх. Он вернул себе привычный расслабленный вид, хотя взгляд оставался непривычно цепким.

— Пока только собираемся.

— Отлично, — Лили драматично вздохнула, ставя бокалы на ближайший столик. — Значит, я ещё успеваю вмешаться до приезда полиции.

— Никто не собирался драться, Лил, — холодно отрезала Ария, скрестив руки на груди и всем видом демонстрируя, что ситуация под полным контролем.

— Ари, брось. Ты держала его за руку с таким видом, будто собиралась сломать ему лучевую кость в двух местах.

— Я бы справилась, — буркнула Ария.

Айзек рассмеялся. Громко, хрипло, по-настоящему. В первый раз за весь их недолгий разговор. И Ария с неожиданным, уколовшим под рёбра раздражением поняла, что этот звук ей чертовски нравится. Слишком живой, слишком вибрирующий. И очень зря он ей нравится.

— Видишь? — Лили победоносно ткнула в неё пальцем, оборачиваясь к Айзеку. — Вот это лицо! Посмотри на неё.

— Какое ещё лицо? — Ария нахмурилась.

— Вот это самое.

— Очень информативно, спасибо.

— Я знаю тебя десять лет, дорогая, — Лили хитро прищурилась, подходя ближе. — Ты сейчас получаешь чистейшее, первосортное удовольствие.

— И от чего же именно, просвети меня?

— От того, что ты наконец-то встретила человека, который тебя бесит.

— Меня многие бесят, — Ария задрала подбородок. — Почти все.

— Да, — Лили заговорщицкой улыбкой посмотрела на Айзека. — Но не настолько красивые.

На секунду в их кругу наступила оглушительная тишина. Лили светилась от счастья и широко улыбалась, явно довольная своей проницательностью. Ария мысленно выбирала самый безболезненный способ убийства лучшей подруги прямо на месте.

Айзек молча наблюдал за этой сценой, переводя взгляд с одной девушки на другую, а затем неторопливо отпил свой виски.

— Мне нравится твоя подруга, — заключил он, глядя на Арию.

— Не подлизывайся, Риверс, — процедила она.

— Поздно.

— К кому именно поздно? — Лили подалась вперёд, её глаза буквально горели азартом.

Айзек бросил на Арию быстрый, дразнящий взгляд из-под темных ресниц и ухмыльнулся:

— Пока не решил.

Телефон резко и требовательно завибрировал в заднем кармане ее джинсов.

Ария достала его и бросила мимолётный взгляд на вспыхнувший экран. Живая, искренняя улыбка, которая только что блуждала по её губам, мгновенно исчезла, словно стертая ластиком.

Отец.

Лили, стоявшая ближе всех, тоже успела заметить светящееся имя на дисплее и тихо, сквозь зубы выругалась.

— Не отвечай, Ари. Сбрось его.

— Если я не отвечу, завтра будет в сто раз хуже, — глухо отозвалась Ария.

— Справедливо, — Лили помрачнела, растеряв весь свой задор.

Ария слишком хорошо знала железные правила этой игры. Если сенатор Хэйс звонил один раз — это была вежливая просьба. Если два — строгое предупреждение. Если три — у тебя начались огромные проблемы. Сейчас шёл второй гудок.

Она сделала несколько шагов назад, прижимаясь спиной к прохладной бетонной стене VIP-зоны, подальше от грохочущих динамиков, и провела пальцем по экрану.

— Привет, пап.

— Добрый вечер, Ария.

Голос в трубке был абсолютно спокойным. Ровным. Оглушительно вежливым. Именно этот идеальный, предвыборный тон отца всегда пугал её больше всего на свете. В нём никогда не было живых эмоций — только холодный расчёт.

— Как концерт? — поинтересовался сенатор.

Ария замерла. На секунду. Всего на одну короткую секунду в её лёгких закончился воздух. Затем она судорожно сглотнула и заставила себя улыбнуться — широко и безмятежно, хотя отец всё равно не мог её видеть через километры сотовой связи. Но выучка требовала, чтобы даже голос улыбался.

— Отлично, пап. Всё просто чудесно.

— Да?

— Да. Мы с Лили в восторге.

— Вам понравилась программа? — вкрадчиво уточнил он.

— Очень. Рахманинов был великолепен.

Ария расслабилась. Совсем немного, на какую-то долю секунды. Напряжение в плечах едва заметно спало. Может быть, он действительно просто контролирует её местонахождение. Может быть, пронесло…

— И что именно исполняли во втором отделении? — мягко спросил отец.

Сердце Арии пропустило удар, а затем с размаху врезалось в рёбра. Чёрт. Она ведь никогда в жизни не любила филармонию и понятия не имела, что там играют в этот конкретный вечер.

— Я… — она запнулась, судорожно соображая.

— М-м? Я слушаю, дорогая.

— Знаешь, я не запомнила точные названия, — попыталась съехать она, чувствуя, как ладонь, сжимающая трубку, становится липкой. — Было так красиво, что я просто слушала, не заглядывая в буклет.

Повисла короткая пауза. Слишком короткая для того, чтобы отец поверил. Слишком тихая и звенящая. А потом сенатор Хэйс так же мягко, почти ласково произнёс:

— Странно.

Ария почувствовала, как внутри всё покрывается ледяной коркой, а к горлу подступает тошнотворный комок паники. 

— Почему?

— Потому что, согласно официальной программе сегодняшнего вечера в филармонии, у этого концерта не было второго отделения. Музыканты отыграли в один заход.

Оглушительная, мёртвая тишина.

Где-то там, за её спиной, в тёплом неоновом свете продолжала играть клубная музыка. Кто-то громко, беззаботно смеялся. Кто-то звенел хрустальными бокалами, празднуя успешный концерт. Айзек о чём-то лениво переговаривался с Лили, крутя в руках свой неизменный стакан с виски. Жизнь вокруг неё продолжалась в своём бешеном, свободном темпе.

Но Ария больше ничего этого не слышала. В её ушах набатом гремел только один голос.

— Пап… — выдохнула она, и её маска окончательно дала трещину.

— Наслаждайся вечером, дорогая, — голос отца остался всё таким же спокойным. Всё таким же фальшиво-доброжелательным. — Мы поговорим дома.

Короткие, бездушные гудки отбоя заполнили динамик.

Ария медленно, словно деревянная кукла, опустила руку. Экран телефона погас, отразив ее бледное лицо.

— Всё в порядке?

Низкий, чуть хриплый голос Айзека прозвучал совсем рядом — он подошел бесшумно, пока она стеклянным взглядом смотрела перед собой.

Ария медленно подняла голову. Впервые за весь этот долгий вечер она напрочь забыла подготовить правильное выражение лица, вернуть на место высокомерную ухмылку или холодный прищур. Её лицо сейчас было абсолютно голым, беззащитным и испуганным. Она увидела, что Айзек смотрит на нее в упор, и на его губах больше не было ни капли прежней дразнящей улыбки. В его глазах мелькнуло искреннее, острое замешательство.

Этот взгляд рок-звезды, увидевшего её настоящую, окончательно привел Арию в чувство. Внутри паническим набатом забил один-единственный приказ: Бежать. Срочно. Домой, пока отец не прислал за ней охрану и не устроил показательную казнь прямо здесь, на глазах у этих свободных людей.

— Мне нужно идти, — выдохнула она, отступая на шаг назад.

— Эй, подожди, — Айзек инстинктивно протянул руку, пытаясь перехватить её, но она увернулась. — Что случилось?

— Лили, мы уходим! Живо! — Ария даже не посмотрела на него. Она схватила ошарашенную подругу за локоть и буквально потащила за собой к выходу, безжалостно расталкивая VIP-гостей.

— Ари, да что… — пыталась на ходу протестовать Лили, едва поспевая за ней на каблуках.

— Отец всё знает. Быстрее!

Это имя подействовало на Лили как ледяной душ. Она перестала сопротивляться, и они практически бегом преодолели тёмный коридор, проскочили мимо удивленного охранника и вылетели на душную улицу, к парковке, где уже ждало такси. Ария садилась в машину, чувствуя, как у неё дрожат колени. Она уходила на пике своего позора и страха, возвращаясь в золотую клетку.

А в это время в полумраке VIP-комнаты Айзек Риверс продолжал стоять на том же месте, глядя на пустую дверь. На столике рядом с недопитым виски сиротливо лежал брошенный пластиковый прямоугольник на шнурке.

Он медленно взял его в руку, перевернул. Никаких имён. Только стандартная надпись «VIP / AFTERPARTY».

Айзек хмуро провёл пальцем по пластику. Он знал сотни женщин. Они оставляли ему номера телефонов, адреса, караулили у отелей. А эта девчонка испарилась, оставив после себя лишь звенящую тишину, синяк на его эго и дурацкое, засевшее в голове имя.

Просто Ария.

Уголок его губ медленно, хищно пополз вверх. Что ж. Земля круглая. А он чертовски упрямый.