Эпизод первый. Лондон. Полевой госпиталь Альянса. 72 часа после победы над Жнецами.

— Показатели в норме.

— Сердцебиение ровное.

— Давление в норме.

— Все поврежденные импланты удалены. Могут быть незначительные повреждения памяти, рассеянность, временная расфокусировка зрения, тошнота.

Доктор Майлз отошла от хирургической консоли, где сверялась с показателями и обернулась к человеку в форме альянса. Адмирал Хакет производил впечатление хмурого, серьезного военного. Его тяжелый взгляд говорил о множестве пройденных битв. Не добавлял обояния и шрам, тянущийся от правого уха до подбородка. Но несмотря на внешнюю отчужденность, он каждое утро появлялся в палате, восстановленной после войны клиники, и неизменно уточнял состояние пациента. Пациента, важного для всей галактики.

Когда Дженни Майлз узнала кого ей придется оперировать, то практически потеряла дар речи. Ей пришлось выпить целую пачку успокоительных, прежде чем приступить к делу, иначе бы трясущиеся от волнения руки угробили великую героиню, которая обеспечила им всем шанс на будущее. Уверенности не добавлял еще и тот факт, что Майлз буквально за три дня до нападения Жнецов закончила обучение на хирурга. У нее и опыта толком не было. Но, к сожалению, кроме нее в ближайших районах и городах просто не осталось хирургов. Всех их убили Жнецы, что б им пусто было!

Трое суток без сна, на сплошных успокоительных и ядрёных батарианских энергетиках, но она справилась. В помощь ей нашлись еще несколько полевых врачей, помогающих солдатам на поле боя. Все они были инопланетянами и умели быстро и грубо работать, но в случае с капитаном Шепард нужен был деликатный подход. Многочисленные повреждения и переломы, обильная потеря крови, поврежденные импланты. Если бы протянули еще несколько часов, Шепард было бы не вернуть.

Тем не менее, общими усилиями и знаниями удалось справиться. Азари помогали восстановить нервную систему с помощью своих ментальных способностей, турианский доктор оказался мастером по вправлению вывихов, а саларианец сумел в таких скудных условиях, создать иммуностимулирующее лекарство, которое позволило быстрее залечить раны капитана.

Сейчас Майлз смотрела на дело рук своих и, если бы ей не удалось выспаться накануне, подумала бы что это сон. Но Шепард действительно была жива и относительно здорова. Конечно, она не сразу придет в форму и потребуется еще долгое восстановление. Но главная задача была выполнена.

— Вы отлично справились, доктор Майлз, — скупо улыбнулся адмирал Хакет.

Похвала из его уст прозвучала буднично, словно он другого от Майлз и не ожидал.

— Когда ее можно будет вывести из сна?

— Тело быстрее придет в норму, если выждать хотя бы неделю, — торопливо проговорила Майлз. — Но полное восстановление займет не меньше полугода.

— Что же, я доверяю вашим рекомендациям. В таком случае я вернусь через неделю. Полагаюсь на вас и вашу команду. Альянс также выделил охрану, на случай, если кто-то, например из остатков Цербера, решит навредить ей или вам. Всего доброго, доктор Майлз. — Слегка кивнув головой, адмирал Хакет резко развернулся и вышел из палаты чеканным шагом.

Майлз вдруг почувствовала как сковывающее все это время напряжение медленно отпускает. Она не верила, что кто-то из Цербера еще остался. Ей приходилось многое слышать об этой террористической организации. Даже более того — сразу после выпуска, один из представителей Цербера связался с ней, предложив работу в каком-то исследовательском центре в туманности Конская голова. Предложили не только ей, но еще двум ее однокурсникам. Они согласились и больше Майлз их никогда не видела. Хорошо что главная база Цербера уничтожена. И благодарить за это следует Шепард.

Теперь дело осталось за малым — довести лечение капитана до конца и поставить ее на ноги. Майлз была уверена, что вся галактика ждет новостей о своем герое. По крайней мере ей хотелось так думать. Работай сейчас экстранет, наверняка бы уже разрывался от новостей о победе над Жнецами. Но, к сожалению или к счастью, после уничтожения Жнецов повредились многие технологии. В больницу без перерыва поступали люди и нелюди с вживленными имплантами. Некоторым повезло меньше и они погибли. Некоторых удалось спасти. В основном все пациенты были биотиками. Удивительно проявил себя имплант устаревшей модели — L2 — его носители почувствовали лишь небольшой дискомфорт, да нарушение биотических сил. У них бывали проблемы и похуже, например, рак... Но всё равно многие импланты пришлось удалять и не все они были восстановимы.

Майлз день изо дня сбивалась с ног, пытаясь оказать помощь каждому, кто приходил в клинику и не забывая при этом уделять достаточно внимания Шепард. Крепкий сон стал её второй мечтой. Первой, еще до войны, была мечта стать военным врачом на каком-нибудь крутом дредноуте. После такой «мясорубки» без сна и отдыха, Майлз наверняка обеспечат позитивными рекомендациями, так что свою первую мечту она вполне могла реализовать. Но чувство долга не даст ей бросить Шепард, пока та полностью не восстановится. Да Хакет тоже…

Наведя лишний раз порядок в и без того идеально чистой палате, она бесшумно скрылась за дверью. Предстояла еще неделя напряженной работы.