Часть восьмая: Журнал

В конце госпиталя — кабинет. Стол, шкаф, сейф. Сейф открыт. Пусто. На столе —

журнал.

Кожаная обложка. Надпись: «Журнал наблюдений. Сектор Г. 1985–1986».

Открыл первую страницу.

«12 марта 1985. Прибыл новый объект. Пациент №0. Рост — 4 метра 12 сантиметров.

Вес — 180 килограммов. Кожа бледная, прозрачная. Конечности удлинённые. Реакция

на свет — агрессия. Содержать в секторе Г, комната 7.»

Перевернул.

«15 марта. Пациент отказывается от пищи. Персонал жалуется на головные боли.»

«20 марта. Пациент начал издавать звуки. Низкие, утробные. Двое отказались

работать.»

«1 апреля. Первый инцидент. Санитар Петров вошёл в комнату 7. Крик. Петров мёртв.

Голова отделена. Пациент сидит в углу. Улыбается.»

Макс сглотнул.

«5 апреля. Пациент сбежал. Убил троих. Сектор Г закрыт. Пациент бродит по бункеру.

Мы слышим шаги. Он не спешит. Он играет.»

«10 апреля. Забаррикадировались в лаборатории. Пациент ходит вокруг. Слышим

дыхание. Он ждёт.»

«15 апреля. Нас пятеро. Вершинин сошёл с ума. Говорит, что мы создали что-то. Что

должны уничтожить. Но как?»

«20 апреля. Вершинин пытался убить Пациента. Огнемёт. Пациент не пострадал.

Вершинин мёртв. Слышим, как Пациент ест.»

Последняя запись.

«1 мая. Нас двое. Я и Сергей. Пытаемся выбраться. Коридоры изменились. Выход не

найти. Пациент всегда рядом. Не убивает. Ждёт. Чего? Я слышу его. Он говорит моё

имя. Как он узнал?»

«P.S. Если кто-то найдёт журнал — бегите. Не ищите выход. Просто бегите. И не

оставайтесь на десятую ночь. Он приходит на десятую ночь.»

Макс закрыл журнал. Руки дрожали.

— Ребята, — сказал он в камеру. — Это реально. Они создали что-то. Что-то, что до

сих пор здесь.

Положил журнал в рюкзак. Улика. Вышел из кабинета. Коридор тёмный. Тихий.

Слишком тихий.

И тут услышал. Дыхание. Не его. Чужое. Глубокое, медленное. За спиной.

Обернулся. Ничего.

Но дыхание было. Чувствовал на затылке.

— Кто здесь? — крикнул он.

Ответа не было. Только дыхание. И потом — шаги. Медленные. Тяжёлые.

Макс побежал.