Глава 1. Новый директор по безопасности

Я учуяла неладное еще до того, как он вошел в переговорную.

Не в буквальном смысле, конечно. У меня нет никакого шестого чувства. Просто Женька – наш офис-менеджер – успела влететь ко мне в кабинет с выражением человека, увидевшего НЛО над парковкой, и прошептать: «Кать, там такой пришел» с той особенной интонацией, которая у нее бывает только при двух обстоятельствах: когда в офис завозят свежий кофе из обжарочного цеха или когда появляется мужчина, от которого у нее отказывают словарный запас и критическое мышление.

Я подняла голову от макбука. На мониторе висел незаконченный вайрфрейм для нового онбординга – три часа работы, дедлайн завтра утром. Женька стояла в дверях, прижимая к груди стопку каких-то папок, которые она явно принесла только для того, чтобы был повод выйти из своей зоны ресепшена.

– Женька, я занята.

– Он принюхивается.

– Что?

– При знакомстве. Он жмет руку и как будто... нюхает. Тихонько так. Вот представь: Марина Валерьевна говорит «добрый день», он говорит «добрый день», жмет руку – и секунду держит. Вот так.

Женька изобразила скованное рукопожатие, закрыла глаза и едва заметно потянула носом. Это было одновременно смешно и немного жутко.

– Наверное, профдеформация, – сказала я. – Он же директор по безопасности. Они все со странностями. Помнишь Аркадия Семеновича из прошлой конторы?

– Аркадий Семенович взвешивал мусорные пакеты. Это другое. Иди, Кать. Ну иди, посмотри. Он сейчас с Олегом Михайловичем закрылся, но потом будет знакомиться со всеми. Такой... – Женька на секунду зависла, подбирая слово. – Высокий.

Высокий. Исчерпывающая характеристика.

Но в два часа дня, когда я наконец выползла из-за стола за кофе, я его увидела.

Он стоял у панорамного окна в конце коридора и смотрел на улицу. Спиной ко мне. Женька, как выяснилось, описывала только самое очевидное: он был высоким, да. Еще он был широкоплечим настолько, что деловой пиджак сидел на нем с видимым усилием – как будто ткань несла неравную борьбу с тем, что было под ней. Темные волосы коротко острижены. Руки за спиной. Неподвижный, как скала.

А потом он повернулся.

Не от звука моих шагов – я хожу тихо, всегда ходила. Он повернулся секунды за три до того, как я оказалась в его поле зрения, как будто почувствовал что-то другое. Взгляд – прямой, темно-серый, спокойный – лег на меня, и я на долю секунды забыла, куда именно шла.

– Добрый день, – сказал он. Голос низкий, без лишних интонаций. Просто факт: день добрый.

– Добрый, – ответила я и продолжила идти к кухне, потому что кофе и дедлайн важнее корпоративных знакомств.

Я успела пройти мимо него. Успела подумать, что Женька слегка преувеличивает. Успела заметить, что от него не пахнет парфюмом – редкость для мужчин в нашем офисе, где некоторые, кажется, принимают одеколон внутрь. Просто что-то лесное, смоляное. Странное.

А потом он произнес мне вслед:

– Катерина Воробьева. UX-дизайнер. Третий год в компании.

Я остановилась.

Обернулась медленно – с тем выражением, которое люди обычно приберегают для ситуаций, когда им очень хочется сказать «что, простите?», но они еще не решили, хотят ли начинать этот разговор.

– Я изучил личные дела сотрудников, – сказал он без тени извинения. – Артем Беляев. Можно Арт.

Он подошел и протянул руку. Я пожала ее – крепкая, сухая – и на секунду встретила его взгляд в упор. Да, Женька была права. Он держал руку чуть дольше, чем нужно. Едва заметно. И что-то в его лице – в том, как двигались крылья носа – было неправильным. Как будто он действительно...

Нюхал.

– Профессиональная привычка? – спросила я.

Серые глаза мигнули. Что-то промелькнуло в них – быстро, как рыба под водой.

– Что именно?

– Изучать людей. – Я убрала руку. – Или что-то другое?

Долгая пауза. Он смотрел на меня так, как смотрят на задачу, которую не ожидали встретить.

– Приятно познакомиться, Катерина, – сказал он наконец.

Это не был ответ на мой вопрос.

Я уже почти дошла до кухни, когда поняла, что стою и думаю не о вайрфрейме.

Это было первое плохое предзнаменование, которое я не восприняла всерьез.

Второе случилось в тот же вечер, на парковке, в половине девятого, когда я наконец выбралась из офиса с готовым макетом, тремя кружками кофе в животе и стойким ощущением, что завтра я сделаю что-нибудь безответственное – например, возьму отгул.

Парковка под нашим бизнес-центром полуподземная. Плохое освещение, плохие углы обзора, хороший звук – шаги эхом разлетаются между бетонными колоннами так, что понять, откуда идут, невозможно.

Их было трое. Я поняла это не сразу – сначала один, вынырнувший сбоку, потом второй спереди, потом третий закрыл выход. Классика жанра, которую я раньше видела только в кино. Не очень молодые, не очень трезвые, с той особенной расслабленностью в движениях, от которой у меня мгновенно онемели руки.

– Сумочку давай, – сказал тот, что был спереди. Буднично. Как будто просил передать соль.

Я открыла рот – не знаю, что именно собиралась сказать, может, зачем-то объяснить, что в сумочке кредитная карта и телефон с разбитым экраном и что это явно не стоит уголовной статьи – и тут между мной и ближайшим из троих возник Арт.

Я не слышала его шагов. Не слышала, как он подходил. Он просто появился, как будто материализовался из тени между колонн, и первый мужик получил что-то в корпус – быстро, без замаха, без крика – и согнулся пополам. Второй успел развернуться и замахнуться. Арт перехватил руку, повернул запястье, и в тишине подземной парковки что-то хрустнуло.

Третий убежал. Просто убежал.

Все заняло, может быть, четыре секунды.

Арт повернулся ко мне. Ни капли пота. Ни сбитого дыхания. Пиджак ровно лежит на плечах. Только глаза – они в полутьме парковки казались чуть светлее, чуть ярче, чем должны быть у человека.

– Вы в порядке? – спросил он.

Я смотрела на двух мужиков на бетонном полу и пыталась найти какую-то нормальную точку опоры в происходящем.

– Как вы это сделали? – спросила я.

– Кейс по самообороне. Вам нужно сесть.

– Мне не нужно сесть. Мне нужно понять, как вы их услышали. Вас не было рядом. – Я смотрела на него. – И ваши глаза...

Он взял меня за локоть – аккуратно, но твердо – и развернул к выходу с парковки.

– Пойдемте, Катерина. Здесь не место для этого разговора.

– Для какого разговора?

Долгая пауза. Мы вышли на улицу. Вечерний воздух пах выхлопами и липами – лета в городе оставалось еще недели три, не больше.

– Для объяснений, – сказал наконец Арт.