Глава седьмая
Под копытами тёмно-рыжего эквуса тихо чавкала хвоя. Крупный, похожий на не очень высокую мохнатую лошадь, он бежал по лесу мелкой рысцой. Всадница поёжилась от холода и спрятала ладони в густой гриве животного. Хмурые нависшие ели создавали непривычную обстановку и немного давили. Девушка поправила прядь волос, выпавшую из-под капюшона на лицо. Окружение её не беспокоило. Она нетерпеливо упёрлась сапогами в бока эквуса и тот ускорился.
Все мысли были заняты предстоящей встречей. Она собиралась кое о чём попросить. Попросить прямо, чтобы уже нельзя было уйти от ответа. И настойчиво, чтобы решение было таким, какое хочет услышать она.
"Он как будто и не против..." — думала девушка — "Просто всё не решается".
Вот и долгожданная поляна. Девушка спрыгнула с седла и повела эквуса за собой.
На другом краю уже лежал хорошо знакомый лютоволк. Рядом, на упавшем бревне сидел Совокрыл и вертел в руках свой кинжал.
— Привет, Ящерка. — поздоровался он.
Про себя девушка отметила, что его голос звучал непривычно хмуро, даже мрачно.
— Привет! Всё хорошо? — спросила она, подходя ближе.
— Н-нормально. — Совокрыл немного запинался — Есть разговор.
В животе у Ящерки похолодело от нехорошего предчувствия.
"Не лучший момент, чтобы о чём-то просить..." — подумала она.
Совокрыл начал:
— Мы из разных кланов... Живя так — семью не создать.
Ящерка кивнула и её глаза чуть оживились.
— Может тебе казалось, что я не понимаю, но... я понимал каждый твой намёк о переходе в Песок Дюны. Знаешь, я... Мне напомнили кое-что о преданности.
Девушка быстро облизнула губы. Пальцы стали теребить свисающий кончик пояса.
— О преданности своему клану. — продолжал Совокрыл.
Он глубоко вздохнул и с трудом сглотнул, подбирая слова.
— Она... э, преданность, выражается во всём. То есть...
— Подожди, — с лёгким нажимом проговорила Ящерка — Ты что, кому-то рассказал? Холоду, да?
Совокрыл сжался в комок и Ящерка поняла, что ответ — да. Её щёки начинали розоветь, сердце сильно застучало, разгоняя по телу вскипающую кровь.
— Вот оно что! Хочешь поступить как он, а? И мы ведь это с тобой обсуждали. Ты был не против. В чём это он тебя убедил?
Девушка остановилась и глубоко выдохнула. В воздухе заклубилось облачко горячего пара.
— Извини, — заговорила она спокойнее. — Просто не могу понять: мы с тобой говорили обо всём этом. И о переходе, и о том, правильно ли это... Что изменилось? — Ящерка подошла ещё на шаг и присела рядом с Совокрылом. — Скажи,.. тебе просто страшно? Холод тебя чем-то напугал?
Её тёплые пальцы нежно коснулись его бледной, похолодевшей ладони. Перед глазами парня всё поплыло. От её прикосновения стало так спокойно, так легко. Совокрыл не хотел больше сопротивляться. Хотелось только, чтобы этот момент не кончался. Просто сидеть так вдвоём в тишине, держа друг друга за руки, и ни о чём не думать.
Но во второй руке всё ещё был кинжал. Совокрыл с силой надавил большим пальцем на тонкое лезвие, пока не почувствовал боль и влагу на стали. Новая сила стала завладевать им. Она будто текла вместе с кровью по руке, плечу, груди, затекала в сердце... Совокрыл встал и посмотрел девушке в глаза. Там читалась надежда.
— Нет, Ящерка, я не боюсь. Я люблю тебя. — Парень с болью улыбнулся. — И никогда себе не прощу, если подведу тебя. Как мой отец подвёл мать. Он сказал, что это не его клан и ушёл. Любовь... любовь и верность своим принципам должна быть сильнее, чем любовь к подруге. Это правильно. Прости, что причиняю тебе боль. Не стоило даже начинать встречаться. Прости за это.
Ящерка тоже медленно встала, но взгляд не отвела. Её плечи понуро опустились. Янтарные глаза заблестели от слёз. Какое-то время их взгляды молчаливо общались, передавая информацию, которую просто невозможно облечь в слова. Затем девушка развернулась, вытерла с щеки слезу и сделала несколько шагов в сторону эквуса. Тогда Совокрыл услышал её последнее слово.
— Предатель.
Он не стал отвечать. Только тоже вытер слёзы.
"Предатель, сын предателя. Но лучше раньше... Лучше рано, чем поздно."