Глава 10 

Наконец-то мы вернулись к прокачке. Водрузили на прежнее место телефон. Вай-фай на нем отрубили, всё же я параллельно собирался через ноут в интернете пошариться.

Ох, до чего же неприятные ощущения от этих камер! Будто кто-то под кожу залез и ползает там, ползает. Временами щекотно, хочется передёрнуть плечами, стряхнуть что-то невидимое с рук или ног. Иногда ощущения прямо-таки щемящие. Будто где-то на теле имеется неосторожно потревоженный ожог или долго незаживающая рана. А в районе спины и затылка и вовсе словно сверлит кто-то. Как представлю что целую неделю почти сутки напролёт придется их выносить… Бррр… Но прежде чем записываться в мазохисты, пороюсь в сети. Может всё не так и радужно. Может нет смысла издеваться над собой?

Но я это я, и прямо сейчас мои мучения идут на пользу другу, так что терплю. До наступления ночи всё равно неизбежно придется потерпеть эти пытки. А пока имеются более важные вопросы. Поэтому первым делом загуглил про глушилки связи. Оказалось самые дорогие и дальнобойные модели были оснащены встроенными аккумуляторами. Правда время автономной работы оказалось невелико — в пределах часа.

Аккумулятор… А что стоит потенциальным злопыхателям попросту обесточить наш дом? Да хоть бы и всю деревню сразу? Нужны запасные аккумуляторы… А лучше обзавестись автономным источником питания. Это дополнительные траты, но…

Поделился мыслью с товарищем.

— Если уж гулять, то по-полной, — отозвался он.

— В смысле? — не понял я.

— Ну смотри, берём рюкзак, в него помещаем переносной аккумулятор и глушилку работающую на диапазон, ненаправленную, — выдал этот гений отечественной фантастики. — В случае чего чем не защита. Маска имеет лимит. А аккумулятор перезаряжается. Выйдет недешево, но дешевле покупки новых масок по мере их износа.

— Офигеть… — только и смог выдохнуть я, и тут же зарылся в интернет рыская на тему подходящих вариантов глушилок и относительно небольших аккумуляторов, подходящих для Серёгиной идеи. Заодно и для дома присмотрел генератор, и повышенной ёмкости аккумулятор.

Конечно это тоже не панацея. От напрямую подключенных к оптоволокну камер это не слишком спасет. Но на периферии вряд-ли стоит особо опасаться подобного. Опять же кто знает, может случится чудо и даже такой сигнал будет глушиться? Позор, но… Как-то не слишком я разбираюсь в этом вопросе. Хотя в деревне думаю это однозначно поможет. Шурик говорил здешний магазин работает три раза в неделю, в дни завоза хлеба. Родители при необходимости смогут сами до него дойти. Только надо проверить путь на предмет близко стоящих к дороге жилых домов, а то мало ли…

Деньги… Хотелось выть видя как они буквально растворяются. Собственно я нашёл всё. И для дома, и для четырех комплектов переносной защиты. Обещали доставить в течении ближайших двух дней. Можно смело давать отбой Шурику. Хотя для подключения наверняка потребуется проводка, вот это пусть измерит и закажет сам где-нибудь. В этих вопросах я не силен.

— Мой дом, моя крепость… — вздохнул я.

— А мой щит в рюкзаке, — судя по интонации усмехнулся товарищ, в очередной раз сдергивая с моей многострадальной макушки защитную маску. Опять больно дёрнул за волосы, но я уже не обращал внимания на такие досадные мелочи. — На мою душу закажешь?

— Уже, — отозвался я.

Всё таки как не крути, а ему намного проще удается ассимилироваться под сошедшую с ума действительность. Он вечно витает в своих вымышленных мирах. Вон как с лету додумался до организации альтернативной защиты. И ведь это реально гораздо выгоднее. Почему-то меня такая идея не посетила.

Сейчас и его прокачка нам в копеечку встанет. Резерв используемых в процессе двух масок не безграничен. А это ни много ни мало шестьсот тысяч! Вот даже не знаю горевать или радоваться, что мне такая прокачка в дальнейшем не светит. Не заражать же кого-то специально для этого? А обретшие интерфейс слишком чувствительны к камерам. Не в плане дискомфорта и потери нервных клеток. Как говорил Сергей это в прямом смысле слова — больно. И опасно для жизни. Потому что до сих пор неизвестно как восстанавливать потерянные единицы здоровья.

Мы выяснили что при переходе на новый уровень шкала здоровья пополняется до ста процентов. Но как её восстановить до этого? Загадка! Не может быть чтобы подобное не было предусмотрено. Иначе это уже тотальный геноцид. Ведь на малых уровнях прокачка быстрее, а на более высоких она существенно замедлится. Да, и здоровья в единицах больше будет, но если оно не подлежит восстановлению, то… Как-то неоптимистично. Об этом тоже стоит поискать информацию.

Очередной приступ сверлящей боли в затылке напомнил о более насущном. Я вновь сделал запрос относительно пользы воздействия камер на первом этапе заражения. Любопытно, но объем информации рос буквально на глазах. Народ жадно обсуждал эту тему. Указывал полученные характеристики. Анализировал частоту попадания в объектив.

К этому моменту даже определили процентное соотношение прироста здоровья с возрастанием каждого уровня. По крайней мере с первого по второй, и со второго на третий это значение неизменно составляло 33,(3) процента.

Я не поленился пересчитать. Благо математика несложная. Всё совпадало с тем, что говорил Сергей. Значит, в данные о приросте при повышении уровня верить можно. А вот относительно "зарядки" камерами стоило ещё пошерстить информацию. Может специально раздувают тему? Мало ли, вдруг это засланные казачки на форумах флудят? Люди, сейчас благоразумно прячутся от камер. А после прочтения таких постов в сети, в надежде на облегчении жизни, будут якобы заряжаться, а по факту — заражаться? Соблазн-то слишком велик — ведь появляются перспективы дальнейшего развития.

Насчёт статистики относительно изменения в степени защиты ничего толкового не нашел. Она точно возрастает с повышением уровней. Влияет ли что-то ещё? Учитывая изначально процентное значение этого параметра вывести какой-либо закономерный алгоритм не удавалось. Как и связать с чем-то конкретным его возможный рост на старте.

Я искал и искал. Прыгая по различным форумам. Раз за разом находя подтверждение ранее найденных цифр, и сводя полученную статистику воедино.

На периферии среднестатистическое стартовое значение на первом уровне — сто сорок единиц здоровья. Это видимо обосновано тем что камеры тут крайне редко встречаются.

У нечасто попадавших в кадр городских жителей стартовые показатели равнялись ста пятидесяти единицам. При переходе на второй уровень — двумстам. Прирост на пятьдесят единиц. Итого — двести.

У "подкамерных счастливчиков" — до трехсот. И они максимально получали на втором уровне по плюс сто единиц. Итого — четыреста! А это вдвое больше, чем у менее везучих "нереальцев". И чем выше уровень, тем больше будет разрыв.

Выходит идея перспективная. И у меня имеется шанс получить максимальный бонус. Ведь все эти счастливчики не находились под камерами круглосуточно на протяжении всего первого этапа. На работе, и вне дома — да, но в остальное время они "отдыхали". У меня пока что идут третьи сутки. Можно ещё целую неделю заряжаться хоть по двадцать четыре часа в сутки. Ну двадцать два за вычетом совместных приемов пищи. И возможно цифры окажутся ещё выше?

Поделился результатами изысканий с Серегой.

— Естественно пробуй, — поддержал он. — Хуже вряд-ли будет…

А ещё в сети появилась новая пуля. И это тоже казалось ну слишком подозрительным. Якобы по мере прокачки уровней бесследно уходят приобретенные до интерфейсинизации заболевания! Не то что грипп или простуда — а хронические. Нормализуется сахар у диабетиков, давление у гипертоников, и даже прикованные к инвалидным креслам подают признаки восстановления. Этак дорассказываются сказок до того, что ампутированных конечности отрастать начнут.

Прямо-таки вспомнилось как однажды я случайно попал на шоу-представление какой-то маркетинговой пирамиды, или торговой? Уже не помню. Так вот так там на сцену поочередно выбегали сиящие во все тридцать два зуба участники проекта, и делились своими успехами. И всё то у них грустно и печально было, а сейчас и вон мерс последней модели под окном, и дом трехэтажный в курортной зоне, и счёт в банке, и… Ну вот в корне жизнь изменилась. Так и тут. Был хромой и косой, а стал здоровый, только что косая сажень в плечах не появилась.

В почте пиликнуло сообщение. Заглянул. Оповещение о поступлении средств. Нормальная такая циферка. Видимо с бывшей работы щедроты. Ну да и хорошо. Хотя стоп! Оттуда деньги уже переводили же.

Забрался в личный кабинет. Хм… Угадал, с работы! Что-то совсем они щедры стали. Залез в почту. Там ждало письмо о проведении перерасчёта и переводе средств. Ну что тут скажешь? Козлы что подставили, умницы что денюшкой порадовали. Теперь каждая копейка на счету, и уж точно лишней не будет.

Кстати! Надо бы ещё проверить не ответил ли мне Анон2022…

Не успел щёлкнуть закладку с хакерским порталом, как в дверь постучали:

— Ребята! Ужин! — раздался с той стороны голос отца.

— Идём, — сказал я, отправляя ноутбук в режим сна.

— А то! — отозвался Серёга отключая мобильный. — Но потом продолжим!

— Куда ж я денусь? — вздохнул я, и до хруста в суставах потянулся — организму катастрофически не хватало движения. Ни то чтобы я прежде вел особо активный образ жизни, но и не настолько тюленеподобный.

В общей комнате было одновременно свежо и жарко. Явно недавно проветривать, но натопленная печь быстро прогрела немалое помещение. Мы с товарищем направились к своим местам за столом.

— А руки помыть? — засияла улыбкой мама.

Я невольно усмехнулся. Прямо как в далёком детстве. Тогда мама точно так же жарила нас с Серегой, и мы понурив головы шлепали мыть руки.

Вот и сейчас мы послушно потопали к раковине. Ух ты!!! А тут глобальные перемены. Трубы подведены. И о чудо, даже кран и горячая вода! Шурик успел уже и насос подключить, и воду в дом протянуть, и частично её разводку сделать. Судя по уходящей в сторону будущего санузла трубе, бойлер он установил именно там. Тут уж я не удержался — наплескался вдоволь под недовольное бурчание ожидающего своей очереди Серёги. Я ещё тот енот-полоскун и сейчас без воды мне тяжко.

Казалось бы ерунда какая — умылся. А самочувствие сразу совсем иное. Вот ещё бы душ принять… Ммм… Но думаю такая возможность не так скоро представится. Всё же задача там более глобальная. И перепланировка помещения, и отделка, и проведение коммуникаций, включая электричество, не говоря о сборке и установке самой кабины. Но теперь я реально поверил, что Шурик не зря мастером зовётся в свои весьма юные годы. Руки у него из нужного места растут.

За столом велась непринуждённая беседа. Отец вспоминал какие-то забавные истории из прошлого. Мы с мамой их конечно слышали не раз, но смеялись от души. Нечасто у отца такое хорошее настроение случается. Всё таки возраст и здоровье уже совсем не то, что прежде. До шуточек ли тут? Шурик в свою очередь рассказывал деревенские байки. Я действительно почти отвлекся от невеселой реальности, но тут с улицы донёсся звук автомобильного сигнала.

— Ты что-нибудь заказывал? — поинтересовался я у парня.

Ну мало ли? Может чего-то недоставало? Мы были заняты…

— Нет, — явно насторожившись покачал головой он. — Дома собирался…

— Насчёт этого отбой, — произнёс я вставая из-за стола. — Я всё уже заказал. Только насчёт проводки для подключения подумай что потребуется…

С этими словами я вышел из погрузившийся в тишину комнаты. Едва открыл входную дверь и тут же мир крутанулся перед глазами. Скулу запоздало обожгло болью, а во рту появился привкус крови.

— Что за… — прошипел я сплевывая и пытаясь встать.

И тут же воздух вышибло из груди, а живот скрутило от боли.

— Вернулся падальщик? — хрипло прорычал незнакомый мужской голос.

Сквозь туман перед глазами никак не удавалось разглядеть говорившего. Мысли как заполошные носились в голове. И главная была: не успел защитить родных…

Очередной удар совершенно лишил меня связи с действительностью. Как сквозь толщу воды я слышал какой-то шум. Грохот. Звук ударов. Какой-то треск. Крики… Но слов не разобрать… И их смысл уловить не удавалось.

Меня никто не трогал. Я начал понемногу приходить в себя. Распознав донесшийся с улицы крик:

— А ты падла ещё пожалеешь! И ты тоже! Не век тут сидеть будешь! Выйдешь… — говоривший закашлялся.

— Толя… Толечка… — ворвался в сознание голос матери, и я вмиг окончательно пришел в себя.

Через боль сел. Огляделся. Погром ещё тот. Скамейка стоявшая прежде возле окна в прихожей теперь превратилась в щепки. На полу валяется вешалка. Вокруг разбросаны висевшие на ней прежде вещи. Повернул голову. Отец лежит. Мама склонилась над ним. Сжимает его лицо в ладонях. Плачет. Над ними стоит Серёга, дует на рассаженные в кровь костяшки на кулаке. Хлопает входная дверь. Прихрамывая поднимается по ступеням Шурик. На щеке кровящая ссадина.

— Что с ним? — я превозмогая боль в ребрах кинулся к отцу, и тут понял что часть вешалки под его спиной. Вешалки, в которой вместо крючков в обычную доску вбиты здоровенные гвозди!

Мама ничего не могла сказать, лишь всхлипывала.

— Надо скорую… — подал разумную мысль Сергей. — Я сейчас… Черт! Номер какой? — он беспомощно глянул на Шурика.

— Это не скоро будет. Я сестре позвоню… — отозвался парень и бросился в дом.

А я сидел беспомощно рядом с отцом, наблюдая как из-под его спины медленно растекается лужица крови. Вот называется и защитил родных. Тот ещё из меня защитничек. Вырубили с порога. Я конечно не ожидал ничего такого… Но это слабое оправдание. Если с ним что-то случится… Найду и убью сук.

— Кто это был? — хрипло спросил я.

— Мне почём знать? — отозвался Серёга.

— Сашкин зять… — подала голос мама.

Зять… Не слишком я в этих родственных связях силен. Но это не отец, не брат… Муж сестры? Танькин? Тот что бывший? Насчёт отморозка это точно было когда-то сказано.

— Через полчаса будет, — выйдя в прихожую произнёс Шурик. — Успел когда ещё в зоне была. Они со Степанычем как раз едут сюда… Постараются побыстрее. Скорую тоже вызвал, — добавил он. — Сказали ни в коем случае не вытаскивать это, — кивнул на вешалку. — И не сдвигать.

— Он замёрзнет… — всхлипнула мама.

Я не без труда встал на ноги. Ощущение будто по мне катком асфальтным проехали. Голова кружится. Дышать больно. Как бы ребра не поломали…

Обложили отца валявшимися вокруг куртками, фуфайками. Серёга притащил из нашей комнаты обогреватель.

За всей этой суетой не заметили как пролетело время. С улицы послышался звук подъезжающей машины. Окинув взглядом разгромленную прихожую, поднял с пола ножку от скамейки. Увесистый такой аргумент в споре будет. Иной бите на зависть.

Распахнул дверь, и… Был абсолютно бесцеремонно отодвинут в сторону… Танькой. Вот сейчас я её вмиг узнал. Хотя что тут не узнать? Всё та же, правда привычка новая голову странно держать половину лица волосами завешивая.

Проследил за ней взглядом.

— Посторонись что ли? — послышался из-за спины мужской голос.

Обернулся. Непонимающе уставился на незнакомого мужика.

— Степаныч, заходи, — окликнул его Шурик.

Ааа… Тот самый Степаныч. Я то в прошлый раз когда он нам товар привозил даже из дома не выглянул, слишком занят был.

— Ты не волнуйся… — похлопал меня по плечу парень. — Теперь всё хорошо будет.

— Интересно в каком месте… — буркнул я, глядя как Танька делает то, что сотрудники скорой велели ни в коем случае не делать.

— Танька медицинское закончила, — пояснял тем временем Шурик. — У нас фельдшером была пока медпункт не закрыли. Потом в скорой работала. Они там со Степанычем и познакомились. Потом больницу закрыли. Всех к другому району прикрепили, вот они в торговлю и подались…

Вот же. Не так я нашу с Татьяной первую реальную встречу представлял. Мог к ней заглянуть ведь, но всё как-то не решался. Да и некогда если честно. И всё же боязно — фельдшер это не врач.

— Как он? — поинтересовался я.

— Что из медикаментов имеется? — не обращая на меня внимания, деловито спросила девушка.

Мама вмиг метнулась в дом, притащила целую коробку всякого.

Бинты, пластырь, перекись водорода, спирт, и ещё куча всего.

Татьяна разорвав рубашку оголила отцу спину. Со знанием дела, не боясь замарать руки, обработала раны.

— Лёгкие и органы не повреждены, — резюмировала она. — Переломов нет. Но раны глубокие, а гвозди грязные, ржавые… Как бы заражения не было.

Успокоила называется. Она повернулась ко мне, и я так и застыл с открытым ртом. Всю вторую половину её лица, ту самую, что она прикрывала волосами входя в дом, оказывается обезобразил огромный не просто синяк, а уже ставший желто-зеленым кровоподтёк. Это где же она так?

— Точно ничего не повреждено? — недоверчиво переспросила мама. — Он дышал так тяжело… И говорить не мог…

— А вы бы много наболтали будучи нашпигованной ржавым железом? Каждое движение — боль, — не слишком ласково отозвалась Татьяна. Повернулась ко мне и скомандовала: — Матрас тащи. Перевернем его на него. Отнесете в комнату. Ему простуды ещё не хватало.

Мы с Серегой притащили матрас. Степаныч вмиг раскомандовался.

— Куда?! Вон с той стороны подойди! Вот бери… — сразу стало видно — у мужика действительно имеется немалый опыт транспортировки пострадавших.

Скорая приехала ещё часа через два с лишним. Что бы было, не появись раньше Таня со Степанычем? Даже думать не хочу. Осмотрели. Похвалили за оказанную помощь. Сделали несколько уколов. Больше для галочки, чем для пользы дела померили ему пульс, давление, температуру. Заполнили какие-то бумажки. И нам вручили листок с рекомендациями. Такие то таблетки столько раз в день. Уколы. Перевязки. Покой. Обильное питье.

— И это всё?! — искренне возмутилась мать.

— Сейчас неизвестно что лучше — здесь отлежаться или в город попасть, — скривился врач, явно намекая на проблему "Нереальности". — И переполнены все палаты смертниками.

Тут я склонен был с ним согласиться. Там мало того что камеры не факт что все отключены. Там и "корона" до сих пор гуляет. Особенно в больнице велик шанс подцепить эту гадость. А отцу уже семьдесят два. Не юнец. Да ещё и ослаблен из-за ранений.

Высказать бы ему за то, что в драку полез. Но до того ли сейчас. Да и не ясно, понимает ли он нас вообще?

— Заявление писать будете? Заключение требуется? — он вопросительно взглянул поочередно то на мать, то на меня. — Придется сделать фото повреждений и места…

Эти слова решили всё.

— Никаких заявлений, — категорично отказался я.

Многим преступникам сейчас наверное сходят с рук провинности из-за этого маленького нюанса.

— Тогда подпись тут вот… Вот препараты на утро, потом уж сами. И… Районный вряд-ли регулярно приезжать будет… Вы же сможете перевязки и уколы делать? — поинтересовался врач у Татьяны, и та кивнув произнесла:

— Я как раз отпуск взяла… Присмотрю.

Врач уехал. Степаныч тоже распрощался. Отец после сделанных уколов задремал. А все остальные молча сидели за всё ещё накрытым столом. Вот только кусок в глотку никому теперь не лез.