3

Борис осторожно, не спеша пробирался по сердцевинам кирпичей, стараясь не соприкоснуться с защитными барьерами, что стояли по обеим сторонам кирпичной кладки, на потолке и полу. И вдруг почувствовал, что его словно что-то позвало. Замер, обернулся. Осознал, что двигается не так быстро как предполагал, но в следующее мгновенье выбросил предположения из головы.

Ведь если бы не его медлительность, он бы не смог увидеть как Юленька выбирается из своего тела. Её прекрасный призрачный дух, такой же белоснежный и искрящийся как снег в лучах солнца, встал из гроба, спустил ножки. И стоило милым пальчикам прикоснуться к полу, как склеп обернулся бальным залом с ёлкой и танцующими парами.

— Дед, что происходит? Почему, когда Юленька поднялась, пространство вокруг преобразилась? Этот же зал не настоящий? Это же иллюзия? — тихо, спросил Борис.

— Нет. Это не иллюзия. Это частичка её духовного мира в котором застрял её разум, — ответил домовой. — Видишь как всё реалистично. Точно духовный мир в котором она спряталась от чего-то страшного, ужасного. Её самое счастливое воспоминание, после которого с ней случилась беда. И скорее всего, виновником той буды стал её партнёр по танцу. Посмотри внимательнее, видишь. Твоя Юленька танцует вальс, но образа партнёра нет. Память заблокировала воспоминания о нём, ради спасения её души и рассудка. Значит он и виновен в её бедствии. Раз тебе так нравится эта девчонка. Найди того партнёра по танцу и прибей. Отомсти за неё.

— Тогда мне придётся себя прибить. Это я был тем партнёром. Только я танцевал с ней в тот вечер. А потом, — Борис осёкся. — В прочем не важно. Я всё исправлю. Всё исправлю.

— Вот оно что. Тогда исправляй, — ответил домовой и пополз дальше.

Борис смотрел на неё и его душу наполняла нежность, приправленная чувством вины. Нехотя он заставил себя оторвать взор от танцующей красавицы и неспеша, осторожно, последовал за дедом. Путешествие в кирпичной кладке вскоре завершилось. Примерно минут через десять. Оказалось не всё было так печально как предполагал дед. Строители опутали защитными рунами склеп, установили двойные защитные барьеры только вокруг него. А дальше препятствий не было вообще ни каких.

— Вот так дела! Я переживал, что нам до самого дома по кирпичам придётся ползти. А оно вон как повезло. Теперь можно просто по засыпанному тоннелю в дом пробраться. А ночью так вообще по верху над землёй лететь, — радостно сказал дед и показал подопечную кратчайшую, подземную дорогу в купеческую усадьбу.

Старое заброшенное здание в дневном свете струящемся через окна, выглядело опрятным и ухоженным, словно здесь кто-то ежедневно убирался. Все вещи лежали на своих местах в ожидании хозяев, а по углам не было ни паутинки не пылинки.

— Ты же говорил дом пустует. Так откуда такая чистота? — изучая здание полное добра, спросил Борис, старательно обходя потоки солнечных лучей и придерживаясь тени.

— А оттуда, от хорошего домового, заботящегося о своих владениях. Пусть хозяев, построивших этот дом сейчас нет. Но они вернутся. А когда вернуться, дом должен выглядеть прежним. Понял.

— Понял. Понял, — ответил Борис, аккуратно переступая через солнечный луч, падавший из окна.

— Ой, прекрати ерундой заниматься. Ты приведение, а не вампир. Тебе солнечный свет не страшен. Он просто твоё призрачное тело сделает невидимым и всё, — театрально закатив глаза, попросил дед и наглядно продемонстрировал то, как воздействует свет на тела духов.

— Понял. Не знал. Кстати. А часто в дом люди приходят? — спросил Борис.

— Нет. Если раз в год местный инспектор появляется и то хорошо. А так, тут никого не бывает, — ответил дед.

— Чего?! Если тут людей не бывает, как я души соберу?! Нужно срочно что-то придумать! Чтоб людей сюда как магнитом тянуло! — решительно настроившись разработать план по заманиванию людей, сказал Борис и домовой тут же возмутился.

— Ещё чего! Если люди сюда повадятся ходить, то разграбят дом! Беспорядок устроят! Нет! Придумай такой план, чтоб они в дом не заходили! — возразил домовой и Борис вспыхнул от гнева. Сам не понял как так получилось, но стены комнаты в которой они находились, покрылись изморозью, словно снежная, морозная зима, царившая за окном пробралась внутрь. А сам домовой оказался в плену ледяного тумана, грозившего заморозить его.

— Всё- всё! Прости, умоляю! — завопил домовой. — Людей в дом, так людей в дом. Начнут беспорядок наводить, будет причина в наказание души отобрать.

— Вот то-то же. Этот дом будет проклят, раз в его подвале мне склеп устроили. И я заберу жизнь каждого, кто сюда явится. Но вот как заставить их сюда приходить, — усмирив гнев, принялся размышлять в слух Борис и дед заметил, как изморось испарилась, холод растаял и морозная свежесть наполнила помещения.

— Есть только одна штука к которой могут потянуться не лучшие представители человеческого рода, — в качестве изменений, ответил домовой, дабы умаслить грозного подопечного.

— И что же?

— Те сокровища, что стоят в сундуках твоего склепа. Если народ о них узнает, то желающих обогатиться целая очередь выстроится.

— Тогда почему о них до сих пор ни кто не знает? Почему их ещё никто не забрал. Ведь те люди, что нас убили, знали о них, а не присвоили себе. Даже в тайне сохранили их существование, — поинтересовался Борис, продолжая осматривать дом.

— Ха. Да потому что владыка мёртвых про сокровища раньше узнал. Это он указал, где купец хранит свои сбережения. Узнал, приказал забрать из тайника и в ваш склеп перенести. А твои убийцы не враги себе. Одно дело кого-то владыке в жертву принести. И совсем другое вызвать его гнев на свои головы, украв его вещи, — пояснил дед.

— Сдаётся мне, что твой владыка специально нам их оставил, словно знал, что ценности понадобятся для ловли душ.

— Конечно знал. Не удивлюсь, что мы с тобой действуем по его сценарию, а он смотрит и наслаждается представлением. Заодно испытывая все те чувства, что испытываешь ты. Можешь любую дичь творить, главное любовь сохрани, раз она у тебя есть. А то будет как с предыдущими жертвами, — сказал домовой и Борис заинтересовался.

— С предыдущими? А по подробнее можно?

— Само собой, — довольно улыбнулся домовой, осторожно выглядывая в окно. — Это местным властям владыка приказывает каждое тысячелетие жертвы приносить. Только вот стран у нас на планете много и у каждой страны своя власть. Вот владыка и установил подобные правила для каждого государство. И каждый правитель думает, что раз в сто лет планету спасает. А на деле владыка каждый год свою дань собирает. Например, соседнее государство с западной границы будет на следующий год жертвенный ритуал проводить. А государство с южной границы в прошлом году жертвовала своими гражданами. И владыка потребовал себе в жертву молодую пару влюблённых. Потребовал парня с девушкой, что испытывают красивые нежные чувства друг к другу. Но когда их принесли в жертву, чувства меж ними оказались не настоящими, — дед покачал головой. — Оказалось они представление разыгрывали ради личной выгоды, а на деле не любили. Потому ни один из них не выбрал путь на который ты ступил. В итоге владыка разочаровался и отправил в ад обоих, отрабатывать грех обмана.

— Понятно.

— Что тебе понятно. Именно из-за них, владыка потребовал провести первобытный сваямбар. Самый дикий из всех. Это сейчас молодые люди сражаются на турнире за руку и сердце прекрасной невесты с солидным приданым. А после победитель её лишь целует на глазах у всех и под венец ведёт. Без диких убийств, без насилия. А на зоре времён. Лучших невест добывали именно так как ты свою Юленьку добыл. Дикие совсем люди были. И владыка решил узнать плоды этой дикости. И раз ты встал на путь испытания — значит угодил. Значит у тебя внутри нужная ему страсть разгорелась.

— Ладно. Проехали, — отмахнулся Борис. — Уже не важно что, как и почему. Сейчас мне души собрать важнее. А для этого требуется людей сюда заманить. Продумай лучше над тем как сплетни о сокровищах распространить да так, чтобы никто не сомневался — богатства в доме.

— Для начала нужно часть сокровищ из склепа вынести, — заявил домовой и как ошпаренный отскочил от окна. — Пошли. Пошли обратно. Быстрее. Злыдни нас почуяли. А ты ещё слабак слабаком. Просто дармовое лакомство на блюдечке с голубой каёмочкой.

— Дай хоть посмотреть на них.

— Насмотришься ещё. Когда в силу войдёшь. А пока быстро отсюда. И не спорь. Вот защитные барьеры установленные вокруг склепа пробьёшь. Вот тогда и насмотришься вдоволь. Уж они не упустят возможности попытать счастья и твоим духом полакомиться. Быстрее, пока ауру твою не почуяли.

Борис не стал спорить. Быстро изменил форму и полете обратно в склеп. Осторожно проскользнул внутрь через кирпичную сердцевину и вылетел прямо перед очами призрачной красавицы. Замер. Заметил как её прекрасные очи расширились от испуга и прелестница тут же спряталась от него в своём теле.

— Прости Юленька, не хотел напугать, — тихим, спокойным голосом прошептал Борис, склоняясь над стеклянным гробом. — Просто спасался от злыдней. Слабый ещё совсем. Испугался, что сожрут. Но ты не переживай. Я стану сильнее и никто не посмеет тебя обидеть.

— Отойди от барышни, приказал домовой. Отдохнул, прогулялся. Почуял опасность. Тогда за дело принимайся. Дары в защитных барьерах сама собой не появится. Давай. Ладони в кирпичи и совершенствуйся, — приказным тоном заявил домовой и генеральской походкой прошествовал к возвышению, на котором стеклянный гроб стоял. — А ты девонька отдыхай, исцеляй свой разум и смотри на этого дурня. Смотри и запоминай на какие муки он ради тебя пошел. Ради твоего прощения.

Почему-то Борису от последних слов домового стало приятно, появилось какое-то воодушевление и он с решительным видом изменил свою форму. Надо же было забыть о том, что до сих пор в виде призрачной ленты витает. Ещё бы Юленька не испугалась летающего призрачного червяка. Но, сожалеть поздно.

Подошел к стене опустил ладони в кирпичи и принялся за дело. Стоило подумать о несправедливой судьбе, об отнятой молодости, о потерянном счастье, так злость сама собой рождалась в его душе, очерняя её гневом и жаждой мести. Он словно насос, впитывал природный эфир с отрицательным зарядом и ранги летели один за другим, словно птицы взмывающие ввысь. За сутки взял ранг Доб од, присущий обычным людям в восемнадцатилетнем возрасте. Но Борису при жизни тоже было восемнадцать и он был куда талантливее других, потому остался совсем не доволен полученным результатом.

— Хватит недовольством пыхать как паровоз. Или на мелкие кусочки разлететься желаешь. Иди лучше учись взаимодействовать с физическими предметами учись, пока твой дух прийдёт в себя после боли, — деловито посоветовал дед, взбираясь на сундук. — Для начала нужно крышку поднять, а потом пригоршню золотых взять. Иначе как отсюда золотишко вынесешь? Без него охотников за удачей сюда не приманить.

— Легко сказать, — пробурчал Борис. — Я понятия не имею как открыть сундук.

— Смотри и запоминай. Второй раз показывать и рассказывать не стану. Подходишь к сундуку, концентрируешь свою силу в пальцах духовной оболочки и открываешь, — молвил дед и ловким движением сбил замок с сундука и открыл крышку. — Вот так вот. затем, направляешь в дополнение к энергии в пальцах, энергию в ладонь, собираешь её там, сгущаешь в плотный поток и берёшь целую жменю золотых. Вот как я сейчас.

— Вот ты это золото и вынесешь наружу, когда я пробью барьер. Мне незачем такому обучаться, — заявил Борис и приблизился к Юленьке, чтобы любоваться.

— Вот так прямь и не нужно? Вот тебе две веские причины для этого. выслушай и приступай к тренировкам. Первая, если не научишься с физическими вещами взаимодействовать, как у охотников за удачей собираешься души отбирать? Ты же просто насквозь пролечишь через их тела и всё. А человека как занимался своим делом так и продолжит заниматься. Поёжится от неприятных ощущений и всё. Я за тебя твою работу выполнять не собираюсь. Понял? А вот тебе и вторая причина. Хочешь ощутить на кончиках пальцев нежную кожу своей Юленьки? Желаешь прикоснуться к её шелковистым волосам? А как насчёт поцелуйчика? — дед вытянул губы трубочкой, имитируя поцелуй. — Чмоки — чмоки не желаешь с красивой барышней.

Серое духовное тело Бориса, мигающее после совершенствования и пропитки кирпичей проклятой энергетикой, изменило цвет и порозовело от смущения. Одна только мысль о прикосновениях к Юленьке, заставило парня моментально изменить отношение к новой тренировке. Он в лепёшку разобьётся, но научится взаимодействовать с физическими предметами.

Однако всё оказалось куда сложнее, чем на первый взгляд. Борис упорно тренировался, но навык взаимодействия был сложным и трудным, потому время полетело, словно птица. Не заметил как месяц прошёл, потом второй и зима уступила свои права первым весенним денёчкам.

— Получилось, дед! Получилось! — радостно воскликнул молодой злой дух, чья духовная оболочка приобрела цвет серой стали. — Видел? Я открыл сундук! Открыл!

— Ага, Теперь деньги возьми, — скучающим тоном сказал домовой и вскоре услышал звон монет, покосился в сторону подопечного и понял, Борис поднять монеты поднял, а удержать не смог.

— Ладно. Отстань от золота. Иди проклятой энергией займись. Иначе мы тут ещё долго сидеть будем. Надоело уже. Домой хочу. там уже злыдни небось пауков развели по всем углам, — пожаловался дед, но Борис не направился к своему обычному месту у стены. В очередной раз приблизился к гробу и опустил в него руку. Домовой заметил как у парня опять цвет тела изменился, порозовел. Как он осторожно,неспеша сосредоточил энергию в кончинах своих пальцев и едва касаясь девичьих волос, поправил локоны Юлии.

Борис замер, наслаждаясь начавшими забываться ощущениями. Мягкие, шелковистые волосы, струились меж его пальцев, немного щекоча, пока он поправлял локоны, упавшие на лицо. Невольно притронулся к едва тёплой коже, по прежнему мягкой и нежной.

— Борис, — тихо и протяжно молвил дед. — Не пугай барышню. Иди совершенствуйся. Она наверное ждёт не дождётся когда мы отсюда свалим, чтобы выйти из своего тела и потанцевать.

Молодой злой дух осторожно развеял собранную в пальцах энергию и вытянул руку из гроба, стиснув кулаки подошел к стене и с головой прыгнут в омут боли. Злость, ненависть, обида, словно выжигали его изнутри, разрывая на мелкие туманные обрывки. Он орал, ругался, сыпал угрозами и вдруг, когда казалось пришел конец, умопомрачительная боль исчезла и из него словно что-то тихо выплеснулось и разлилось повсюду.

— Ого. Вот и твой духовный мир открылся и немного наружу вывалился, — оглядываясь по сторонам, констатировал факт домовой. Поздравляю, мелкий. Теперь боль не вернётся. Ты полностью сформировал призрачные меридианы силы, с начальными узлами. И это на ранге Мыс од. Да ты у нас настоящий талант. Только вот мир у тебя какой-то странный. Сплошной снег, мороз и холодная пустота. У тебя что? При жизни ни каких интересов или увлечений не было? Ты вообще чем любил заниматься?

— Всё у меня было, только всё это у меня отняли. Теперь кроме ненависти и желания отомстить, ничего не осталось. Вот потому и духовный мир такой, наверное, — рассматривая то, что пряталось в глубине его души, высказал предположение Борис.

— Скажи, милок, а какую стихию ты практиковал при жизни? — поинтересовался дед.

— Огонь. Стихию огня, — ответил Борис, пытаясь вернуть свой духовный мир туда, где ему положено быть — в свою душу, в свой разум. Но задачка оказалась не простой. Душа ведь находилась в его призрачном теле, а мозг в физическом.

— Огонь?! — запищал домовой так внезапно и пронзительно, что Борис невольно отвлёкся и духовный мир сам выбрал место обитания, спрятавшись в душе.

— Ты чё так пищишь? Если б я был живым, то точно заикой остался бы!

— Прости. Просто я сильно удивился. Обычно духовные миры повелителей пламени тёплые, даже жаркие, а твой — лютый, холодный.

— Нечему удивляться. Сила огня покинула меня ещё когда сюда попал. Я падший человек, опозоривший свой род. С такими пламя не водится, — поделился своими мыслями молодой злой дух.

— Чушь не городи. У стихий нет разума. Они не хорошие и не плохие. Просто откликаются на зов тех, кто к ним больше предрасположен по рождению или по решению, — уверенно сказал дед.

— Тогда почему он не откликается на мой зов? Почему не помог избавиться от оков?! — темнее от обиды, спросил Борис. — Откликнись он тогда, не подыхало бы моё тело замурованным.

— Скорее всего кто-то сильно постарался, чтобы огонь не услышал твой зов. Но, давай разбираться с возникающими проблемами по мере их поступления. Сейчас. Тебе нужно души собрать. А когда станешь сильнее, пройдёшь первое испытание, узнаешь правду об огне. Гарантирую, — напомнил о деде дед, спрыгнул с облюбованного сундука и направился к дыре, образовавшейся в защитных барьерах. — Посмотри, как силён твой духовный мир, едва показался, а оба барьера пробил. Теперь мы легко сможем перемещаться.

— Ага, — стараясь не дать волю обиде, кивнул Борис.

— Берём золото и пошли в дом. Нам с ним предстоит долго через грунт просачиваться. Монеты материальные, повозиться предстоит, — рассуждал в слух домовой, а потом не выдержал и поделился планами. — Я тут придумал сто процентно рабочий план распространения информации о кладе и приманке людей. Жаль, что ты огнём не можешь воспользоваться. Придётся по старинке с помощью спичек его приводить в исполнение. Жаль.

— Слыш, дед, а как монеты вообще из склепа вынести? Они через кирпичную кладку не просочатся.

— А мы сейчас с тобой дверь сломаем. Барьеры не работают, теперь можно творить что угодно. За дверью рыхлой, не утрамбованной землёй тоннель засыпан, через неё монетки легко просочатся.

— Плохая идея. если дверь выломаем, сюда грязи насыплется, покии моей Юлиньки испортятся.

— Вот же заботливый какой попался, — недовольно разбухтелся дед. — Ладно не станем всю дверь выламывать. Просто дыру сотворим чуть больше монеты. Такой расклад тебя устроит?

— Устроит, — кивнул Борис и последовал за домовым. — Через небольшую дыру в двери, грязи совсем мало насыплется и комната будет почти чистой.

— Да. Да. Понял я уже, — согласился дед и принялся за дело. Он на правах хозяина этого дома, быстро сломал дверной замок, вынул щеколду и расширил отверстие, в котором торчал встроенный дверной замок.

— Меня научишь так с замками справляться?

— Нет не научу. если научу ты не злым духом станешь, а домовым. А здесь и одного помощника по хозяйству хватит. Тобишь — меня. К тому же, после того как ты пройдёшь испытание, я дверь починю и она станет как новенькая. И вообще. Хватит болтать. Давай отправляй в дырку монеты, я их на другой стороне встречу. Чай у меня лучше и быстрее получится их через грунт переместить. Опыта больше чем у тебя.

— Ага. Кивнул Борис и сразу набрал полную пригоршню золотых, приблизился к двери и услышал довольный голос домового.

— А мы везунчики, Борька. Эти людишки, ленивыми оказались. Только дверь землёй кое как присыпали и всё. Остальной тоннель пустой.

— Что это значит? — поинтересовался молодой злой дух, усердно выбрасывая монеты из склепа. Правда бросать приходилось по одной, больше через отверстие в двери не проходило. Но и это был хороший прогресс. Час спустя, перед кучей земли подпирающей дверь склепа образовалась приличная кучка золота.

— Хорош, Борка. Хорош, а то вдвоём не донесём. Нам его ещё через несколько дверей перемещать.

Молодой злой дух послушался советника, покинул склеп, но уходить сразу не пожелал. Остался в земляной насыпи, притаился, скрыл ауру дабы не выдавать присутствия. Домовой понял сразу, что неслух задумал, потому мешать не стал. Решил подождать.

Спустя несколько минут на радость Борису, Юленька вышла из своего тела и вновь превратила склеп в бальный зал, вновь закружилась в танце.

— Спи, моя сладкая. Спи, — услышал домовой едва различимый шепот Бориса. — Танцуй не прикаянная душа, танцуй. Я всё исправлю, вот увидишь.

Едва слова утихли, молодой злой дух показался, набрал полные руки золота и последовал на домовым. Ещё через час обв стояли перед входом в подвал, в подсобном помещении и довольно улыбались.

— Что теперь? ты говорил у тебя план есть? — поинтересовался Борис.- Говори, что нужно делать.

— Первым делом пойдём сказки писать. заодно подходящий ларец найдём или коробку.

— Зачем? — спросил Борис, следуя по пятам за домовым, который хозяйской походкой вёл злого духа в кабинет купца.