ГЛАВА 10

– Мы теперь будем жить у дедушки Саши? – с волнением спросила Соня, накидывая ремень рюкзачка на плечо.

– Только немного погостим, а потом переедем, – ответила я, подхватывая пакеты.

С водителем и ещё одним мужчиной, которого пригласил Александр Григорьевич, переезд продвигается гораздо легче и быстрее. Хоть с постоянными сменами жилья я и старалась оставлять только всё необходимое, но за год жизни в этой квартире накопилось много всего.

Пока едем с Соней в машине, изрядно волнуюсь. Правильно ли я поступаю? Не повлечет ли это решение новые проблемы? Пока ни одного ответа. Ладно, разберемся на месте. Лучшего варианта я всё равно не смогла придумать.

Соне я пока не говорила, что Александр Григорьевич её родной дед. А бабулями и дедулями она называет почти всех пожилых людей. Но я вижу, как она к нему тянется. Да и он к ней.

– Деда, привет! – с порога кричит Соня и бросается к мужчине.

– Привет, дорогая, – отвечает Александр Григорьевич и обнимает Соню.

Это так трогательно. То, с каким доверием Соня относится к нему, хотя едва его знает. Обычно она с трудом привыкает к другим людям, а чтоб вот так радоваться кому-то, кроме меня, так это вообще впервые.

Свёкор показывает выделенную нам с Соней комнату. Просторная, светлая, с большими окнами и двумя кроватями. Моя двуспальная, а вот у Сони целый замок с развлечениями на втором этаже и горкой. А ещё на этой самой кровати несколько коробочек в подарочной упаковке. Вот это да… И когда он только успел позаботиться об этом?

– Это что, моя кроватка? – пищит Соня и от нетерпения начинает скакать. – Дедуля, спасибо! Это же целая кроватища!

Мне вроде и радостно за дочку, и всё же будет очень непросто потом Соне вновь привыкать к обычным условиям.

– Зачем это всё? – спрашиваю тихо, наблюдая, как дочка взбирается по лестнице.

– Извини, что не посоветовался, времени было мало.

Ладно, с этим придется разбираться позже. Пусть хотя бы временно Соня побудет в сказке. И как жаль, что сама я пока не могу обеспечить для неё такой уровень. Да и не знаю, не лишнее ли это. Меня воспитывали в строгости и никогда ничего лишнего не покупали. Но почему-то я не ощущала себя обделенной.

Пока в нашу комнату носили вещи, оставленные в машине, мы отправились ужинать. Оказывается, у свёкра есть приходящая домработница, которая занимается квартирой, а также готовит.

Соня, едва поев в быстром режиме, умчалась в спальню. Мы остались на кухне вдвоем.

– Спасибо вам, Александр Григорьевич. Ваше предложение поступило очень своевременно, – говорю я, когда свёкор коротко кивает мне. – Надеюсь, надолго мы вас не потревожим. Постараюсь как можно скорее найти новое жильё. И работу тоже, – последнее добавляю тише, не обдумав.

– Да мне только в радость, Настя, – отмахнулся мужчина. – А что с работой?

Морщусь, понимая, что выгляжу как никудышная мать.

– Завтра выйду на подработку в ресторан на полдня, и потом тоже, пока не найду подходящее место. С прошлого меня сегодня попросили, декретница внезапно решила вернуться.

Александр Григорьевич хмурится. Я воспринимаю это по-своему.

– Не думайте, что я лентяйка и не забочусь о дочери. С тех пор, как я уехала от вашего сына, я только и делаю, что думаю о том, как обеспечить Соню всем необходимым. Я…

– Настенька, успокойся, ты чего? Я знаю, что ты ответственная и хорошая девушка. Когда вы с Глебом были вместе, о лучшей невестке я и мечтать не смел. Я просто хотел предложить тебе работу в своей фирме. Нам нужны толковые специалисты.

Разве не слишком нагло с моей стороны будет согласиться и на это? Я не могу позволить себе просто переложить на него решение всех моих проблем.

– Я вам очень благодарна за предложение и доброту, но я справлюсь, – постаралась заверить его я.

Не знаю, насколько это выглядело убедительно, но он отступил, по крайней мере пока.

– Однако, если передумаешь, просто сообщи мне, и можешь хоть на следующий день приступить к работе. Зам у меня замечательный, поможет с адаптацией. Да и отсюда до офиса добираться просто, если уж на то пошло.

– Спасибо большое. Я подумаю.

Несмотря на неловкость положения, в гостях у отца Глеба я чувствовала себя если не уютно, то вполне неплохо. Он не наседал, не лез с вопросами. Вообще, по большей части, остаток вечера он общался по телефону, раздавая указания.

А ещё рассказал, что его дама сердца хотела бы познакомиться с нами, разумеется, когда Александра Григорьевича выпишут из больницы.

Видимо, заметив мою растерянность, мужчина хмыкнул.

– Не волнуйся так, Настя. Нина совсем не похожа на мою бывшую жену.

– Да я и не волнуюсь, – ответила я, ощущая, как стремительно краснеет лицо.

Да уж, если бы мать Глеба была здесь, я бы ни за что не пришла в эту квартиру. Хоть и прошло столько лет, мне до сих пор тошно от её слов, что отпечатались в моей памяти. От того, как ловко она от меня избавилась, решив, что моя роль в их жизни сыграна.

Мы расположились в гостиной, перед огромным телевизором, хотя и я и Александр Григорьевич уткнулись в смартфоны.

Я написала моей знакомой, менеджеру в ресторане при отеле, что выйду завтра на половину смены, а после взялась за вакансии и рассылку резюме. А также, пусть и в рассрочку, но заказала себе теплый пуховик и ботинки по погоде.

– Мам, ты только посмотри! – звонким голоском кричит Соня из коридора и подбегает ко мне. – Это же русалочка! Как я и хотела.

Дочка радуется, а вместе с ней радуюсь и я. Она крутит куклой перед моим лицом, показывает съёмный хвост, игрушечную расчёску, зеркальце. Жмёт на кнопку в районе груди фиолетововолосой русалочки и включается песня. Танцуя, Соня забирается на диван и присаживается рядом с дедушкой, который не сводит с неё глаз.

– Красивая, правда?

– Правда. Ты уже придумала ей имя? – спрашивает Александр Григорьевич, откладывая телефон в сторону.

– Конечно. Эмириеэль, – гордо озвучивает Соня, похоже, выдумывая на ходу.

– Эмирель? – переспрашивает мужчина, косясь на меня в поисках поддержки.

Я лишь пожимаю плечами. Зная дочу, имя для новой куклы поменяется ещё раз пять, а то и больше.

– Да нет же. Деда, ну ты что, не слушаешь? – возмущается маленькая командирша. – Амирэль. А нет, не так. Имилель. Нет. Да как же… – она хмурится. – Ладно, придумаю другое.

– Хорошо.

– А зачем тебе волосы на лице? Ещё и колючие такие, – спрашивает Соня и отдергивает руку от подбородка дедушки, будто и в самом деле укололась.

– Это борода. Многие мужчины носят бороду, – отвечает мужчина, и теперь в его взгляде я вижу растерянность.

Но на помощь не спешу. Пусть познает все радости, отвечая на вопросы почемучки.

– Носят бороду? А у меня тоже будет, когда вырасту?

– Ну ты же девочка, у тебя её не будет.

– Фух, – отвечает дочка с облегчением. – Не хочу колоться как ёжик. Деда, а пойдем играть?

Тут уже приходится вмешаться мне.

– Сонечка, давай мы с тобой приберем игрушки и пойдем купаться. Скоро надо будет спать.

Дочка оборачивается. На лице явный протест.

– Ну мам! Почему так быстро? Я так мало поиграла!

– Завтра вечером ещё поиграешь. Пойдем, а то дедушка тоже уже устал, спать хочет. Посмотри, как зевает.

Александр Григорьевич, стоит Соне к нему обернуться, сразу подыгрывает. Девочка вздыхает.

– Ладно. Пойдем.

Заканчиваю со всеми делами уже ближе к полуночи. Соня спит в своей кроватке, обнимая любимую игрушку – мягкую пандочку, похожую на продолговатую подушку. День получился насыщенным, и Соня уснула почти сразу, прослушав всего четверть сказки.

Ещё вечером я думала, что мне будет сложно уснуть на новом месте. Но сейчас, стоило моей голове коснуться подушки, как чувствую, что погружаюсь в сон. Вот только даже там меня преследует образ Глеба. Точнее, это я ищу его и не могу найти.

Дурацкий сон.