Глава 2 Тайна без лица

Элиана не спала почти всю ночь.

Она лежала в своей узкой кровати на антресолях мастерской, укрывшись старым пледом, и смотрела в потолок, где тени от уличных фонарей складывались в причудливые узоры. Приглашение лежало на тумбочке рядом, белый прямоугольник в темноте, почти светящийся.

24 декабря.

Завтра.

А часы на стене показывали всего три часа ночи.

Элиана закрыла глаза, пытаясь убедить себя, что это глупая затея. Что нормальные люди не летают на вертолетах к незнакомцам на частные острова. Что это звучит как начало плохого триллера.

Но воображение, проклятое и неугомонное, рисовало картины. Остров в тумане. Готический особняк. Люди в масках, скользящие по залам, освещенным свечами. И он, коллекционер, чье лицо скрыто.

Почему маски?

Почему она?

Элиана перевернулась на бок, зарываясь лицом в подушку. Нужно было отвлечься. Завтра, то есть уже сегодня, нужно было закончить портрет. Вернуться к работе. К реальности.

Но реальность вдруг показалась ей невыносимо серой.

Под утро она все-таки забылась тревожным, поверхностным сном, полным обрывков образов: венецианские маски с пустыми глазницами, вода, заливающая мастерскую, мужская рука, тянущаяся к ней из тьмы...

Проснулась она от звонка телефона.

Элиана нащупала мобильный на тумбочке, не открывая глаз.

– Алло? – ее голос был хриплым ото сна.

– Боже мой, Эли, ты еще спишь? – веселый голос Софи Лаклер ворвался в ухо, как взрыв конфетти. – Уже одиннадцать! Ты обещала зайти ко мне в бутик, помнишь? Мне нужен твой взгляд на новую коллекцию винтажных платьев!

Элиана села, потирая лицо.

– Софи, прости, я... забыла.

– Забыла? – в голосе подруги послышалось искреннее изумление. – Ты никогда ничего не забываешь. Что случилось?

Элиана посмотрела на приглашение, которое теперь выглядело еще более нереальным при дневном свете, проникающем сквозь слуховое окно.

– Софи... можно я приду к тебе прямо сейчас? Мне нужен совет.

Пауза.

– О, Господи. У тебя мужские проблемы? – Софи понизила голос до заговорщического шепота. – Кто-то новый?

– Не совсем... просто приеду, хорошо?

– Жду! Только захвати эти божественные миндальные круассаны из булочной напротив, умоляю!

Элиана усмехнулась: Софи была единственным человеком, способным развеселить ее в любой ситуации.

Через сорок минут, прихватив пакет с круассанами и два капучино, Элиана вошла в бутик «La Belle Époque» на узкой улочке между Риальто и площадью Сан-Марко. Крошечный магазинчик винтажной одежды был королевством Софи. Здесь пахло лавандой, старыми тканями и чем-то неуловимо французским.

Софи встретила ее у порога, маленькая, изящная, с короткими светлыми волосами и огромными голубыми глазами, которые сейчас сверкали любопытством. На ней было платье в стиле 50-х, ярко-красное, с пышной юбкой, и красная помада, безупречная, как всегда.

– Ну, рассказывай! – потребовала она, усаживая Элиану в старинное кресло у окна и вручая ей капучино. – Я вся во внимании.

Элиана достала приглашение и молча протянула подруге.

Софи взяла карточку, пробежала глазами по тексту. Глаза ее становились все шире и шире.

– Святая мать Божья, – выдохнула она. – Маскарад. Остров. Вертолет. Эли, это же... это же как в романе!

– Это безумие, – поправила Элиана.

– Нет, это судьба! – Софи вскочила, размахивая приглашением. – Смотри: таинственный миллионер, частный остров, условие о масках... Он явно заинтересован в тебе!

– Он коллекционер искусства, – сухо возразила Элиана. – Он купил три мои картины. Возможно, это просто деловое приглашение.

– Деловое? – Софи фыркнула. – Дорогая, деловые приглашения не содержат слов «величайшая привилегия» и не требуют масок! Это романтика. Это интрига. Это то, чего тебе не хватало последние три года!

Элиана отпила кофе, не отвечая.

Софи присела рядом, положив руку на ее колено.

– Эли, послушай меня. После истории с Даниэлем ты заперлась в своей мастерской, как монахиня в келье. Ты рисуешь, ешь, спишь – и снова рисуешь. У тебя нет жизни.

– У меня есть работа, – возразила Элиана.

– Работа – это не жизнь! – Софи взяла ее за руки. – Когда ты в последний раз ходила на свидание? Когда в последний раз чувствовала бабочек в животе? Когда в последний раз делала что-то спонтанное?

Элиана посмотрела в голубые глаза подруги и поняла, что та права. Последние три года были безопасными. Предсказуемыми. Пустыми.

– Но я даже не знаю этого человека, – слабо возразила она. – Он может быть кем угодно.

– Именно! – торжествующе воскликнула Софи. – Он может быть кем угодно! Принцем. Злодеем. Гением. Маньяком... Ладно, маньяком, наверное, нет, но суть в том, что ты не узнаешь, если не поедешь!

– Софи...

– Эли. – Подруга стала серьезной, что случалось редко. – Тебе тридцать через несколько месяцев. Ты красивая, талантливая, удивительная женщина. Но ты прячешься. От жизни. От чувств. От риска. Этот таинственный Доминик дает тебе шанс выйти из клетки. Хотя бы на одну ночь.

Элиана молчала, переваривая слова.

– И потом, – Софи вернулась к своему обычному игривому тону, – если будет скучно или странно, ты просто уедешь. У тебя всегда есть выбор. Но если ты не поедешь, ты будешь всю жизнь задаваться вопросом: «А что, если?..»

В этот момент в бутик ворвался холодный ветер вместе с хлопнувшей дверью.

– А вот и она! Моя любимая художница!

Элиана застыла. Она узнала бы этот голос где угодно. Самоуверенный. Чуть насмешливый. Раздражающий.

Марко Валентин.

Он вошел, стряхивая капли дождя с плеч своего дорогого пальто. Высокий, хорошо одетый, с тщательно уложенными темными волосами и ухоженной бородкой. Арт-дилер. Владелец небольшой, но модной галереи. И ее бывший любовник, хотя «любовник» было слишком громким словом для трех месяцев мимолетной близости два года назад.

– Марко, – ровно произнесла Элиана. – Что ты здесь делаешь?

– Искал тебя, cara mia, – он улыбнулся, демонстрируя белоснежные зубы. – Ты не отвечаешь на звонки.

– Потому что не хочу разговаривать.

– Ах, все еще сердишься на меня за тот маленький инцидент на прошлой выставке? – Марко небрежно махнул рукой. – Я же объяснял: тот коллекционер просто не понял твоей работы. Некоторые люди не способны оценить глубину.

Элиана сжала кулаки. «Тот маленький инцидент» заключался в том, что Марко пытался убедить ее продать одну из лучших картин за смехотворную цену своему приятелю, а когда она отказалась, назвал ее «непрофессиональной» прямо при гостях.

– Марко, уходи, – спокойно сказала Софи, вставая между ним и Элианой. – Тебя никто не приглашал.

– О, Софи, милая, не надо так, – Марко игнорировал ее, обходя и направляясь прямо к Элиане. – Я пришел с деловым предложением. У меня есть покупатель на твою новую работу – ту, с женщиной. Готов заплатить десять тысяч евро. Наличными.

Элиана подняла бровь.

– Я еще не закончила эту работу.

– Детали, – отмахнулся Марко. – Главное – согласие. Моя комиссия всего двадцать процентов, что очень щедро, учитывая...

– Нет, – твердо сказала Элиана.

Марко моргнул.

– Что?

– Я сказала «нет». Эта картина не продается.

– Но, Эли...

– И прекрати называть меня так. – Она встала, беря свою сумку. – У меня есть дела.

Марко схватил ее за запястье, не сильно, но достаточно, чтобы остановить.

– Послушай, я знаю, что между нами что-то было, – его голос стал мягче, почти интимным. – Я знаю, что облажался. Но это не значит, что мы не можем работать вместе. Я могу сделать тебя знаменитой, Эли.

Элиана посмотрела на его руку на своем запястье. Потом подняла взгляд на его лицо. Вокруг него едва виднелась грязно-желтая аура. Цвет эгоизма. Цвет манипуляции.

Она высвободила руку.

– Я не хочу быть знаменитой, Марко. Я хочу рисовать то, что чувствую. И я не хочу делать это с тобой.

Его лицо потемнело.

– Ты делаешь ошибку. Без меня ты никто в этом городе. Маленькая художница с амбициями, которая ни на что не способна самостоятельно.

– Пошел вон, – вмешалась Софи, указывая на дверь. – Немедленно.

Марко фыркнул, одернул пальто и направился к выходу. Но у двери обернулся:

– Когда поймешь, что я прав, звони. Но цена будет уже другой.

Дверь хлопнула за ним.

Элиана выдохнула, чувствуя, как дрожат руки. Она ненавидела конфронтации. Ненавидела грубость. Ненавидела Марко за то, что он напоминал ей о Даниэле и о том, как легко мужчины могли использовать ее доброту.

– Какой мерзавец, – прошипела Софи. – Я не понимаю, что ты вообще в нем нашла.

– Я была одинока, – просто ответила Элиана. – И он был... рядом.

– «Рядом» – не повод впускать кого-то в жизнь, – мягко сказала Софи и снова взяла приглашение со столика. – Вот видишь? Вот поэтому тебе нужно поехать на этот маскарад. Вырваться из этого города. Хотя бы на одну ночь. Встретить кого-то другого. Кого-то, кто видит в тебе не инструмент для собственных амбиций, а... саму тебя.

Элиана посмотрела на приглашение. На золотые буквы. На имя: Доминик Рейвенскрофт.

Что она знала о нем? Почти ничего. Но он покупал ее картины. Не через Марко. Не через сделки. Просто потому, что они что-то значили для него.

Может быть, Софи права. Может быть, это именно то, что ей нужно. Не обязательство. Не отношения. Просто... выдох. Одна ночь вне обыденности. Одна ночь тайны.

– Хорошо, – услышала она свой собственный голос, словно со стороны. – Я поеду.

Софи взвизгнула от радости и обняла ее.

– Это будет потрясающе! Я это чувствую! О, Боже, нам нужно подготовить тебя! Волосы, макияж, платье...

– Там сказано, что нужна маска, – напомнила Элиана.

– Еще лучше! – Софи уже метнулась к дальней полке, где висели винтажные аксессуары. – У меня есть несколько венецианских масок, которые я собирала годами. Одна из них будет идеальной для тебя!

Пока Софи рылась в коробках, напевая что-то по-французски, Элиана стояла у окна, глядя на дождь, начавший барабанить по стеклам.

24 декабря. 18:00.

Меньше чем через сутки.

Сердце билось быстро от страха, от волнения, от предчувствия.

За окном Венеция тонула в серости декабрьского дня. Но где-то там, за горизонтом, лежал остров. Поместье. И человек, чье лицо она не видела, но чье искусство знала по собственным картинам, которые он выбрал.

Элиана закрыла глаза и снова попыталась «увидеть» цвет этого приглашения.

Темно-синий. Загадочный.

И серебристая нить надежды, тянущаяся к ней сквозь туман.

– Нашла! – торжествующе воскликнула Софи, поворачиваясь с маской в руках.

Это была венецианская полумаска из темно-изумрудного бархата, расшитая золотыми нитями и украшенная по краям крошечными перьями. Изящная. Таинственная. Прекрасная.

Элиана взяла маску в руки, чувствуя ее вес.

– Идеальная, – прошептала она.

– Да, – согласилась Софи, глядя на нее с улыбкой. – Теперь ты готова к своему маскараду, принцесса.

Элиана усмехнулась. Принцесса. Она никогда не чувствовала себя принцессой. Но, возможно, на одну ночь... она могла притвориться.

За окном дождь усиливался. Венеция погружалась в сумерки.

А завтра начнется другая история.