Глава 11. Инна
Разговор с Леной меня успокоил. Мысли встали на место. Будь что будет. Чего зря переживать? Получится – хорошо, нет – буду искать другие варианты для своего салона. Ведь это не конец света.
Хотела сразу после обеда отправиться в офис нового арендодателя. Но начала тянуть время. Нашлась масса дел и столько же предлогов. Собралась только ближе к вечеру. Пора было узнать, захочет ли Кирсанов лично решить судьбу моей фирмы. Или перепоручит это кому-то другому.
Втайне надеялась, что господин Кирсанов очень занят и не будет тратить свое драгоценное время на общение с арендатором. Может назначит мне прийти в другой день? Бессознательно хотела оттянуть момент нашей встречи.
Кирсанов занял кабинет прежнего собственника. Он располагался на четвертом этаже среди скучных офисных помещений и ничем не отличался от них. Длинный коридор, безликие двери со стандартными табличками.
Я брела по бесконечному коридору, и мне хотелось отложить визит на завтра. А еще лучше на послезавтра. Настроение менялось радикально. От боевого – к упадническому. А потом опять появлялась надежда, что все наладится.
Обреченно толкнула дверь в приемную, поздоровалась с секретаршей. Женщина лет сорока приветливо мне улыбнулась. Мой внешний вид ее не удивил. Возможно, она и не такое видела на своем веку.
- Господин Кирсанов, наверное, занят? – с надеждой поинтересовалась я. – У меня салон цветов на первом этаже. «Роза и бабочка». Не подскажете, когда я могу зайти по поводу продления аренды?
Но секретарша радостно сообщила, что ее босс, кажется, свободен. Она заглянула к нему в кабинет и уточнила, не уделит ли он мне время. Надежда вспыхнула слабой искрой и тут же погасла.
- Проходите, вас ждут, - она любезно распахнула передо мной дверь в кабинет своего руководителя.
Я подавила вздох и обреченно переступила порог. Роскошным кабинет назвать было нельзя. Видимо, новый хозяин еще не обжился. Самая простая офисная мебель. Витражное окно с видом на город скрашивало примитивную обстановку.
Мой ночной знакомый сидел за столом, заваленном бумагами. Видимо, пытался разобраться в запутанных делах.
А дела у прежнего хозяина роскошного небоскреба были не очень… Элитная недвижимость досталась ему по наследству, и управлять ей он не умел. Да и не хотел. Поэтому принял единственно верное решение – продал небоскреб к Ядрёне-Матрёне. Все это мне доверительно сообщил на днях Борис Семенович.
Господин Кирсанов оторвался от документов и поднял на меня холодные синие глаза. Такие глаза не забудешь. Они так насмешливо смотрел на меня позавчера утром. И с таким неподдельным интересом.
А теперь Кирсанов взирал на меня с недоумением.
- Прошу, присаживайтесь, - указал он на кресло у его стола.
Я уселась на краешек и положила сумку на колени. Зря я выбрала костюм с такой короткой юбкой. Поняла, что стесняюсь. Надо взять себя в руки и добиться подписания договора. Ведь я ради этого пришла сюда.
- Вы собственница салона флористики «Роза и бабочка»? – с сомнением спросил он и внимательно посмотрел на колье, которое я навесила себе на грудь. Или он смотрел не на колье, а на то, что оно прикрывало?
Очевидно, мой вид не соответствовал его представлению о хозяйке цветочного салона. Все-таки тут надо иметь хотя бы элементарный вкус, а у меня он сейчас напрочь отсутствовал. Ведь именно к этому я стремилась. Возможно, переборщила…
- Да, Инна Андреевна Романова, - полушепотом представилась я.
- Хорошо, что вы сами зашли ко мне. Я хотел пригласить вас завтра. Вижу, у вас были просрочены платежи аренды. Это плохо.
- Всего два раза, - продолжала сипеть я.
- Не могли бы вы говорить погромче, - любезно попросил Кирсанов. – Вас почти не слышно.
– Простите, я недавно перенесла ангину. Горло еще сильно болит, - я слегка закашлялась, подтверждая свои слова. – Связки сорваны.
Кирсанов кивнул:
- Я понял. Сочувствую.
Он порылся в бумагах и нашел мой договор.
- Мне нужны аккуратные и ответственные арендаторы, - сообщил Кирсанов. – На ваше помещение мы легко сможем найти других, более ответственных.
- У меня были серьезные проблемы, - попыталась оправдаться я. – Личного характера. Но я уже разобралась с ними.
- Увы, но меня это не касается, - равнодушно пожал плечами Кирсанов.
- Я заплатила процент за просрочку платежей.
- Да, я в курсе. Но теперь все будет по-другому. Я люблю порядок. И хочу, чтобы арендаторы понимали – поблажек им ждать не стоит. В новом договоре аренды все прописано четко. Вам стоит внимательно прочитать его, прежде чем подпишете. Процент за просрочку будет значительно увеличен. Если вам не по карману аренда в нашем здании, советую найти более приемлемый вариант.
- Я понимаю, - обреченно кивнула я. - Обещаю, подобного больше не повторится.
- Искренне на это надеюсь, - он строго посмотрел на меня.
- Мне очень удобно снимать помещение именно здесь, - призналась я. Может, Кирсанов поймет, как это для меня важно. - Я часто оформляю свадьбы и банкеты, которые тут проводятся.
- Тогда тем более у вас есть стимул вносить плату вовремя. Договора будут подписываться на следующей неделе. Секретарь сообщит вам, кто будет заниматься этим. Надеюсь, сотрудничество пойдет на пользу и нам, и вам. Благодарю, что зашли.
Он поднялся из-за стола, давая понять, что разговор завершен. Я облегченно вздохнула. Не узнал! Не узнал! Мысленно я ликовала. Все у меня получилось. И легче, чем я думала.
Я улыбнулась Кирсанову, с трудом сдерживая радость, и тоже встала. Слишком порывисто. И смахнула часть бумаг, которые лежали на краю стола. Так неловко получилось. Листы с легким шуршанием рассыпались по полу.
- Простите, - я быстро наклонилась и начала собирать их.
- Не стоит, я сам, - Кирсанов тоже наклонился, а я резко поднялась.
Наши головы ударились, как бильярдные шары, с глухим звуком. Ёшки-матрёшки, угораздило меня! Аж в глазах потемнело и огненные круги поплыли перед глазами.
- Простите, - снова пролепетала я, поправляя съехавшие очки.
Кирсанов одной рукой держался за лоб, а другой взял меня за запястье.
- Мне очень жаль, - продолжала оправдываться я.
Потерла затылок. Сильно я двинула Кирсанова. Надеюсь, шишки на лбу у него не будет.
- Что у вас за парфюм? – почему-то спросил Кирсанов.
- Ностальгическая роза, - дались ему мои духи.
- Редкий запах, - он не отпускал мою руку. – Нежный, загадочный.
Легкая улыбка тронула его губы. Озорные огоньки вспыхнули в бездонных синих глазах. И это меня насторожило.
- Они не слишком популярны. Восточные духи, - произнесла я.
- Но вам нравятся? – это был не то вопрос, не то утверждение.
- Да, очень, - кивнула я. - Мне пора идти. Не хочу вас задерживать. И у меня тоже работы много.
И попыталась мягко высвободить запястье. Ничего не получилось. Его пальцы крепко, но осторожно сжимали мою руку. Пожалуй, даже нежно. И это, как ни странно, меня волновало. Сердце билось слишком сильно и неровно.
Надо было уходить, пока меня не рассекретили. Происходящее нравилось мне все меньше и меньше. Почему Кирсанова интересует мой парфюм, а не то, что я со всей дури треснула его головой по лбу?
- Знакомый аромат, - усмехнулся Кирсанов, пристально глядя мне в глаза. – Не могли бы вы снять очки?
- Нет, - отступила я назад. – Я без них ничего не вижу. Зрение слабое. Минус пятнадцать…
- Да? – выгнул он бровь. – Неужели? Стекла плоские, без диоптрий.
Вот ведь какой внимательный. Просто сыщик! Углядел. Но я продолжила нагло и упорно врать.
- Забыла, - невинно улыбнуться ему. – Я недавно линзы начала носить. Но без очков мне некомфортно. Всю жизнь с ними. С самого детства. Привыкла.
- Снимите их, пожалуйста, - снова попросил Кирсанов. Слишком любезно - в его словах сквозило нескрываемое коварство. – Мне ваше лицо кого-то напоминает.
- Мы до этого не встречались. Вы обознались, - я уже поняла, что развязка близка, но упорно пыталась спасти положение.
- Так не снимете очки?
- Нет, - отрезала я.
- О, и голос к вам вернулся? – осведомился он заботливо. – Как неожиданно!
Я замерла.
Кирсанов по-прежнему держал меня за руку. Он усмехнулся и притянул меня к себе.
- Ладно, раз не хотите, тогда я сам. Позволите?
- Нет, - попыталась в очередной раз вырвать руку. – Не смейте меня трогать! Что вы себе позволяете?
Мои возмущения не возымели действия. И мой ответ его уже не интересовал. Свободной рукой Кирсанов снял с меня очки, небрежно бросил их на стол. И расплылся в довольной улыбке.
- Ну, вот и попалась, ночная бабочка!