Глава 1 — часть 2

Он понял, что именно этим хотел заниматься всю жизнь. И знал, что обязательно доведёт свой проект до конца — если только когда-нибудь сумеет вернуться домой. Эта уверенность как будто освещала его изнутри, позволяя одновременно удерживать внимание на всех деталях проекта. Он знал, что принял правильное решение; у него была цель и были принципы.

— Мы не бросим своего товарища! — повторил Егор. — Если нет следопыта, будем искать сами.

— А вот и следопыты, — негромко сказал Владислав.

Егор оглянулся. Из-за деревьев неслышно выходили люди в набедренных повязках. Их смуглые тела украшали татуированные узоры, длинные волосы были собраны в падающие на спины косицы. В руках они держали короткие дротики, готовые к бою. Лесовики окружили друзей, их позы и лица не сулили ничего хорошего. Егор поднял руки, показывая пустые ладони:

— Мы друзья!

В ответ он услышал непонятную гортанную речь. Это неприятно удивило — до сих пор проблем с пониманием не было, и Егор был уверен, что конвертер идеально работает на всём пространстве симуляции. Оказалось, нет — и именно тогда, когда он нужен больше всего.

— Мы друзья! — повторил Егор. — Нам ничего не нужно. Мы готовы уйти.

Худой старик вышел вперёд и снова прокричал что-то, угрожающе размахивая дротиком. Егор отступил на шаг.

— Кто-нибудь его понимает? – спросил он.

Снежинка и Владислав отрицательно помотали головами.

— Тогда молчите и не делайте резких движений. Может всё ещё обойдётся.

Лесовики медленно смыкали кольцо. Друзья стояли спина к спине, всё плотнее прижимаясь друг к другу. Вдруг цепь наступающих разомкнулась и в круг вошёл высокий русоволосый юноша. Его кожа была заметно светлее, чем у сородичей, и потому узоры на ней выделялись резче и отчётливей. На секунду он замер, а затем бросился к Егору и сжал его в железных объятиях.

— Дядя Егор! Дядя Егор! Наконец-то я тебя нашёл!

Чуть отстранился, заглянул в глаза.

— Дядя Егор, ну ты что, не узнал? Это же я, Дениска!

— Дениска?! — Егор не мог поверить своим глазам. — Но ты ведь уже совсем взрослый! Сколько же лет прошло?

— Да кто их считает! — широко улыбнулся Дениска. — Зато ты совсем не изменился. Почти.

Он бегло взглянул на Снежинку и Владислава.

— Это твои друзья?

— Да, — кивнул Егор.

Дениска повернулся к старику и перекинулся с ним несколькими фразами на незнакомом наречии. Лесовики опустили дротики и отошли на несколько шагов, разомкнув плотный строй. Далеко уходить они явно не собирались, с любопытством наблюдая за нежданными гостями.

— Пойдём ко мне в хижину, — предложил Дениска, — здесь нам всё равно не дадут поговорить.

— Хорошо, — ответил Егор и посмотрел на Снежинку.

— Ты понимаешь его?

Девушка кивнула. Странно, — подумал Егор, — выходит, территория тут ни при чём, конвертер не сработал только на конкретном языке. И что это должно значить? Что мы вышли за пределы предначертанного маршрута? Что нам надо продолжать путь, а не укореняться здесь, как этот несчастный мальчик? Излишняя предосторожность — и в мыслях такого не было.

Друзья вернулись к броду за оставленной одеждой, а затем двинулись вслед за Дениской. По утоптанной тропинке они дошли до деревни. В центре селения стоял большой дом на сваях, жилые хижины опоясывали его расходящимися кругами. Дениска жил на самом краю, сразу за стеной его хижины начиналось поле, на котором трудилась невысокая смуглая селянка. Крикнув ей что-то, он пригласил друзей в дом. Они расселись на плетёных циновках и селянка раздала всем калебасы с тёмным горьковатым напитком. Дениска рассказал свою нехитрую историю — после шага в ничто он очнулся на этой земле, лесовики нашли его и вырастили как своего. Теперь он полноправный член племени и отец семейства. Егор тоже не стал ничего скрывать, вкратце описав свой путь от белого безмолвия до поляны, где они встретились.

— И мы не знаем, что же случилось с нашим другом, — закончил он.

— С ним как раз всё понятно, — сказал Дениска, — потерял бдительность, наскочил на патруль.

— Чей патруль?

— Тёмного Короля, чей же ещё.

— И часто они тут ходят?

— В это время их вообще не должно здесь быть — видимо, случайно забрели. Вашему другу просто не повезло. Вот через месяц пройдёт последний дождь сезона, и как только почва подсохнет, начнётся настоящее прочёсывание леса. Тогда здесь уже никто не спрячется.

Друзья молча переглянулись. Егор шумно отхлебнул из калебасы, изо всех сил стараясь не морщиться.

— А где сейчас может быть наш друг? — спросил он.

— В замке Тёмного Короля, где же ещё ему быть, — ответил Дениска. — Сидит в подземной тюрьме, если ещё жив. Король очень не любит пришельцев из ниоткуда. Потому и прочёсывает лес каждый сезон.

— Нам надо туда попасть, — сказал Егор. — Хочу завтра перейти реку вброд. Вода успеет опуститься до утра?

Дениска покачал головой:

— Плохая идея. Вода опустится уже к вечеру. Но на той стороне застава. Попадёте в руки солдат — и встретитесь со своим другом совсем не так, как хотели.

— А как ещё можно переправиться на тот берег? — спросил Егор.

— Завтра перевезу вас на лодке в укромное место. А дальше сами. Но через поля вам не пройти, там всё насквозь просматривается.

— И что же нам делать?

— Попробуйте договориться с двергами.

— С кем?

— Это древнее племя, когда-то они жили на полях вокруг замка. А потом Король снёс их деревни и согнал их с земли. Они ушли под землю — живут там, туннели роют, грибы какие-то выращивают. Пиво варят. А главное — они ненавидят Короля. Специально для вас дверги, конечно, ничего делать не будут; но если можно досадить Королю, особо не напрягаясь — думаю, они не упустят такой возможности.

Егор весь напрягся — неужели в этом мире у них есть союзники? Об этом он не мог даже мечтать.

— Но открыто против Короля они не выступят? — спросил он.

— Не выступят, — подтвердил Дениска, — но они могут провести вас в подвалы замка, такие ходы у них точно есть.

— Ну хоть так, — сказал Егор. — А как мы их найдём?

— Они сами вас найдут, — ответил Дениска, — я высажу вас у одной тихой заводи, они туда выходят рыбу ловить. Долго ждать вам не придётся.

Егор помолчал, обдумывая сказанное. Вроде, всё уже обговорили; остался лишь один вопрос, постоянно подразумеваемый, но всё время откладываемый.

— Спасибо тебе за всё, — сказал он.

— Не за что, — ответил Дениска, — я же твой должник.

При этих словах Снежинка потянулась к Дениске, обняла его за плечи и поцеловала в щёку.

— Спасибо тебе от всех нас!

Дениска не ответил. Селянка в углу хижины что-то недовольно пробормотала. Егор наконец решился:

— А ты не хочешь пойти с нами? Не хочешь вернуться на Землю, к родителям?

Дениска отрицательно покачал головой:

— Нет. Моя семья здесь, — он улыбнулся и посмотрел в угол хижины, где селянка прижимала к себе двух чумазых карапузов. — Сати и мальчишки — на кого я их оставлю? Мой народ здесь. А родители… Они помнят меня несмышлёным малышом, теперь я для них чужой. Дядя Егор, если бы только ты пришёл раньше! Когда-то я мечтал вернуться. Но то время прошло, теперь моё место здесь.

— Я так и знал, — кивнул Егор, — но я должен был спросить.

Глава 12. Плен

В тронном зале царил полумрак, но Локоть невольно зажмурился, когда мешок сдёрнули с его головы. Открыв глаза, он увидел Тёмного Короля на высоком чёрном троне. Седой жилистый мужчина с запавшими глазами — он был похож на Локтя, внезапно постаревшего лет на двадцать. От шеи и до сапог Король был во всём чёрном, так что ни деталей, ни даже фасона одежды Локоть различить не смог.

Между ними было несколько метров каменного пола, залитого свежей, ещё не подсохшей кровью. Справа от трона вповалку валялись три трупа, слева испуганно жались к стенке семеро связанных крестьян в грязной одежде. Чуть поодаль замерли у стен немногочисленные придворные. С минуту Король молча разглядывал Локтя, потом спросил:

— Откуда ты, красавчик? Из какого мира?

Локоть смиренно опустил голову.

— Местный я, из деревни у вещего колодца. Спросите любого, меня там каждый знает.

Король засмеялся сухим кашляющим смехом.

— Конечно, самый обычный крестьянин. С самым обычным крестьянским стилетом. — Он вынул из ножен клинок Локтя и повертел его в руках. — Не понимаю, как патруль мог принять тебя за лазутчика.

Придворные вытянули шеи и принялись негромко подхихикивать. Внезапно Король размахнулся и с силой швырнул стилет в оконную раму над головами связанных крестьян. Лезвие с хрустом вошло в деревянный переплёт. Мгновенно наступила мёртвая тишина; казалось, все перестали дышать.

— Я знаю, откуда ты пришёл! — процедил Король. — И знаю, зачем ты пришёл. Меня интересует только одно — сколько вас сейчас в моём мире?

— Я одиночка, — ответил Локоть, — разве по моему виду это не понятно? Ты же знаток, приглядись повнимательней.

Король не удостоил его ответом. Рукой в чёрной перчатке он махнул слуге:

— Неси!

Старый слуга торопливо засеменил к трону, неся в руках потерянный шлем Владислава.

— Меряй!

Слуга подскочил к Локтю, встал на цыпочки, но дотянуться до его головы так и не смог.

— Сударь, не могли бы вы наклонить… — начал он, но Король перебил его:

— На колени!

Локоть не пошевелился. Тогда Король сделал знак стражнику, стоявшему сзади. Тот перехватил древко алебарды поудобнее, размахнулся и ударил пленника под коленки. Ноги Локтя подкосились и он рухнул на пол.

— В следующий раз тебе перережут сухожилия, — ласково сказал Король, — будешь ползать до конца жизни. Хотя, сам понимаешь, жизни у тебя осталось совсем немного.

Слуга попытался надеть шлем на голову Локтя, но шлем явно был маловат. Повернувшись к Королю, слуга отрицательно помотал головой.

— Значит, говоришь, одиночка, — сказал Король. — Да ты, красавчик, ещё и лжец.

К трону тут же подскочил палач в красном балахоне и кожаном фартуке.

— Чего изволите, Ваше Величество? Клещи? Жаровню? Ножи?

— Не сегодня! — отмахнулся Король.

Он ещё раз внимательно оглядел Локтя и сказал:

— Повезло тебе, красавчик. Попался в полнолуние. А у меня традиция: каждое полнолуние я играю в свою любимую игру — «десять негритят». И, как видишь, их у меня осталось ещё семь. Так что посидишь в темнице, пока я играю. Встретимся послезавтра. У тебя будет время подумать, что ты мне расскажешь.

— Нечего тут думать, — ответил Локоть, — я одиночка.

— Дурачок! — протянул Король. — Чем честнее ты будешь, тем быстрее я доберусь до твоих подельников. А чем быстрее я до них доберусь, тем скорее ты умрёшь. Поверь, на твоём месте каждый мечтал бы умереть как можно скорее.

— Предпочитаю помучиться, — ответил Локоть.

Король раздражённо поморщился.

— Дурак! Не знаешь, о чём говоришь! Ничего, скоро узнаешь.

Он откинулся на спинку трона и приказал стражнику:

— Увести! Запереть на нижнем уровне! Не кормить!

Поминутно кланяясь, стражник попятился к двери, волоча за собой Локтя. Король посмотрел на слугу:

— Проследи!

Старик молча поклонился и поспешил вслед за Локтем. Когда дверь тронного зала закрылась за ними, стражник остановился, доставая и расправляя мешок. Этих секунд Локтю хватило, чтобы обменяться взглядами со старым слугой и начать разговор; а дальше можно было говорить и из-под мешка.

— Странные игры у вашего Короля. Никогда бы не подумал, что он может растянуть своих «негритят» на несколько суток. С его-то ухватками… Проще поверить, что он за пару часов со всеми управится.

— Так и есть, — ответил слуга. — Но если бы тебя стали пытать сейчас, ты бы обосрался прямо в тронном зале. А Король этого не любит. Поверь, ты здесь не первый такой. Двое суток — оптимальный срок. Наш Король пришёл из другого мира, где всё проверяется опытным путём.

— Тогда мы с ним, наверно, земляки, — мрачно пошутил Локоть.

Но слуга не заметил иронии.

— Возможно, — равнодушно ответил он.

Глава 13. Дверги

Двергов Егор представлял по фильмам — низкорослыми, коренастыми, с массивными головами и густой растительностью на лице. Но они оказались обычными людьми, совсем не похожими на жителей мрачных подземелий. Когда Дениска направил лодку к отмели, дверги уже сворачивали свои сети. Увидев чужаков, они мгновенно скрылись в прибрежных кустах.

— Не делайте поспешных выводов, — сказал Дениска. — Дверги отважные ребята. Не их вина, что приходится скрываться от чужих глаз.

Лодка шаркнула по песчаному дну и остановилась. Дениска спрыгнул в воду и подтащил лодку к берегу. Друзья сошли на землю, разминая затёкшие ноги и оглядываясь по сторонам.

С минуту лес был неподвижен, а затем кусты зашевелились и навстречу друзьям вышел коренастый рыжий парень.

— Дэн! — радостно воскликнул он. — Какими судьбами?

— Привет, Донар! — ответил Дениска. — Вот, гостей привёз. Встречайте.

Егор облегчённо вздохнул — конвертер снова заработал. Можно надеяться, что они на верном пути.

Донар нахмурился:

— Какие ещё гости? Ты же знаешь, мы не любим чужаков.

— Они мои друзья, — ответил Дениска. — Это дядя Егор, я знаю его с самого детства. Он спас мне жизнь, когда я был ещё ребёнком. Это Снежинка, а это Владислав.

— Спас жизнь — это понятно, — кивнул Донар, — долги надо отдавать. Но мне-то он жизнь не спасал.

Дениска подошёл к нему вплотную и сказал, понизив голос:

— Они пришли за Тёмным Королём.

Донар невольно отшатнулся, но тут же взял себя в руки.

— Это не наше дело!

— Брось, Дон! — сказал Дениска. — Мы же не призываем тебя на войну. Моим друзьям надо только попасть в замок, а дальше они сами справятся.

— Только и всего! — усмехнулся Донар. — Ну, флаг им в руки. Вход в Норы открыт для всех.

— Дон, ты же знаешь, что без тебя они не найдут путь, — сказал Дениска.

Донар пожал плечами.

— Значит, не найдут.

Снежинка подошла к нему и заглянула в глаза. Снизу вверх, чуть исподлобья, взмахнув пушистыми ресницами. Убойный приём, забирающий всё внимание.

— А мы надеялись на твою помощь.

— Ведь у нас один враг, — добавил Владислав.

— Вы Королю не враги, — возразил Донар, — так, мелкие букашки; он вас раздавит и не заметит. Лучше я отведу вас к западной стене, за ней выросла уже целая роща копий. И на каждом голова дурня, рискнувшего приблизиться к замку. Хотите пополнить коллекцию?

— У нас есть шанс, — упрямо сказал Егор.

— Какой шанс? Очнись, вас же всего двое!

— Трое, — возразила Снежинка.

— Двое и сумасшедшая девчонка.

Снежинка подалась вперёд, но Дениска жестом остановил её.

— Стоп, стоп! Дон, давай начнём сначала. Моим друзьям надо попасть не в королевские покои, а в темницу под замком. Там сидит их товарищ. Он четвёртый. Четвёртый, Дон! Вспомни предсказание — четверо свергнут Короля.

К этому времени дверги уже вышли из-за кустов и окружили спорящих.

— А в этом что-то есть, — сказал лысый толстяк в грязной робе.

— Ты не понимаешь! — возразил Донар. — Если у них ничего не получится, они попадут прямо в руки палачу. И на дыбе начнут рассказывать о добрых двергах, помогающих мятежникам. Да если даже и получится, Король же сразу поймёт, кто помог освободить узника. Взбесится и завалит Норы трупами. Ты этого хочешь?

Толстяк хищно улыбнулся.

— Никто ничего не узнает. Новый заключённый сейчас на нижнем ярусе. Когда его вытащат, мы просто обрушим ярус. Случайность, несчастный случай. Никто не будет разбираться.

— А если не вытащат? Если попадутся?

— Всё равно обрушим. В любом случае свидетелей не останется.

Егор удивлённо посмотрел на толстяка.

— Вы действительно это можете?

— Мы ещё и не такое можем, — ответил тот. — А вы готовы идти на таких условиях?

— Всегда готовы! — отчеканил Владислав.

Егор и Снежинка молча кивнули.

— Герои! — улыбнулся толстяк.

— Как стемнеет, отведи их к тюремному выходу, — сказал он Донару, — и жди на следующем уровне. А после обвала уходи, с ними или без них.

Глава 14. Норы

Тюремный выход оказался узким лазом, ведущим в вентиляционную шахту нижнего уровня. Егор нервно усмехнулся — конечно же, вентиляция, классика жанра. Чего ещё он мог ожидать от мира, построенного по его лекалам. Сколько раз он видел этот приём в боевиках фабрики грёз. Но в отличие от них, боль в этом мире не была иллюзией. Голод и жажда здесь не были иллюзиями, страх не был иллюзией. Возможно, даже смерть здесь не будет иллюзией, как бы он ни пытался убедить себя в обратном.

А сейчас по всем законам жанра они лезут в самое пекло. И свернуть нельзя — конвертер же работает, значит, этот путь единственно верный.

Донар довёл друзей до последней развилки и пожелал им удачи; дальше пришлось идти без него. Сначала пригнувшись, а потом и на четвереньках, почти ползком. Когда вдали показался слабый свет, Владислав погасил масляную лампу и пополз вперед на ощупь. Егор догнал его уже у вентиляционной решётки, через которую просматривался весь тюремный коридор. Прямо под ними стоял широкий стол, за которым сидел пожилой стражник в сером мундире. Уронив голову на грудь, он негромко похрапывал. Ремень с портупеей, широкий тесак в ножнах и связка ключей лежали перед ним на столе.

Тюремный коридор, освещённый несколькими факелами, оказался довольно коротким — два десятка запертых камер и массивная дверь в торце. Егор взялся за прутья и качнул решётку, проверяя крепления на прочность. Над головой что-то хрустнуло и вниз посыпалась каменная крошка — древняя кладка не выдержала проверки. Егор попытался удержать тяжёлую решётку, но она вырвалась из его рук и с грохотом обрушилась на стол перед стражником. В то же мгновение Владислав спрыгнул вниз. Егор прыгнул за ним, не удержался на ногах и покатился по коридору. Когда он поднялся на ноги, Владислав уже сидел на поверженном стражнике, прижимая засапожный нож к его горлу.

— Сколько здесь узников?

— Нет-нет, вы ошиблись, — торопливо забормотал стражник, — тюрьма уровнем выше. А здесь карантин…

— Сколько?! — повторил Владислав.

— Сейчас только один, вчера привели…

Егор взял со стола связку ключей и побренчал ими.

— Открывай!

Владислав убрал нож и отпустил стражника. Тот вскочил, схватил ключи и торопливо засеменил к дальней камере. Его руки тряслись, но ключ попал в замочную скважину с первого раза. Мастерство не пропьёшь! — подумал Егор.

Ключ провернулся в замке, и стражник отлетел к противоположной стене, сбитый с ног внезапно распахнувшейся дверью. Локоть выскочил из камеры и прыгнул на своего тюремщика; его пальцы сомкнулись на жилистом горле. Лицо стражника потемнело, глаза полезли из орбит.

— Отставить! — заорал Егор.

Локоть неохотно разжал хватку.

— Почему?!

Егор не стал отвечать, только махнул рукой:

— В камеру его!

Локоть втащил обмякшее тело в камеру, захлопнул дверь и повернул ключ на пол-оборота. Владислав подошёл к Егору и сказал вполголоса:

— Ты наш лидер, тебе решать. Но не лучше ли будет подарить ему быструю смерть? Под завалом он может задыхаться несколько часов.

Об этом Егор как-то не подумал. Но ответить он не успел — стражник уже пришёл в себя и стал отчаянно биться в дверь камеры.

— Думай быстрее, у нас мало времени, — напомнил Владислав.

Егор замялся, не в силах принять решение — оба варианта были хуже некуда. В голове заметались трусливые мысли — надо решать всем вместе, надо проголосовать. Но он понимал, что это не выход; такой груз нельзя делить ни с кем. Он откинул створку кормушки, и стражник тут же попытался просунуть голову в узкое окошко.

— Не оставляйте меня здесь! — завыл он. — Лучше убейте! Мне теперь всё равно не жить, Король с меня живого кожу снимет!

Локоть хищно осклабился:

— Это мы запросто!

— Погоди! — перебил его Егор и, повернувшись к стражнику, спросил:

— Пойдёшь с нами?

— Да-да, конечно! — радостно зачастил тот. — Куда угодно!

— Зачем нам эта падаль?! — возмутился Локоть. — Он же предаст нас прежде, чем пропоёт петух. Стоит отвернуться — и поминай как звали!

Стражник энергично замотал головой:

— Мне некуда бежать. Я упустил узника и остался жив — Король такого не прощает. Он убивает и за меньшее.

— Если ты надеешься выжить, то с нами у тебя тоже будет мало шансов, — вмешалась Снежинка.

— Я готов идти с вами до конца! — ответил стражник. — Лучше погибнуть в бою, чем сдохнуть под пыткой.

— Нам пора уходить, сейчас здесь всё рухнет, — напомнил Владислав.

— Ладно, — решился наконец Егор, — пойдёшь с нами. Как твоё имя?

— Рик! Сержант королевской стражи. Бывший…

Егор повернул ключ в замке и открыл дверь камеры.

— Всё, уходим!

Локоть хотел что-то возразить, но Егор оборвал его:

— Потом! Сейчас нам надо успеть выбраться на следующий уровень.

Вячеслав придвинул стол вплотную к стене и поставил на него стул.

— Быстрее!

Через несколько минут они уже ползли по вентиляционной шахте, а вскоре смогли даже подняться на ноги. Грохот обвала настиг их на подходе к точке сбора. Он оказался не таким мощным, как ожидал Егор, да и пыли поднялось не так много. Видимо, дверги обрушили не весь уровень, а только вход в него. Когда гул затих, друзья смогли, наконец, остановиться и перевести дух.

— Мы же не могли разминуться с Донаром? — спросила Снежинка. — Но тогда где он? И как нам теперь отсюда выбраться?

— Выбраться не проблема, — ответил Егор, — я считал повороты. Но Донар не потерялся — он скрылся, увидев стражника. Дверги им не доверяют, для них любой солдат — враг. Донар уверен, что при первой же возможности стражник перебежит к Королю и расскажет, кто помог освободить его пленника. Для двергов мы теперь предатели, нарушившие доверие. Так что вряд ли они встретят нас радушно.

— Понятно, — сказал Локоть, — надо искать другой выход.

Он поднял стекло масляной лампы и замер. Пламя чуть заметно качнулось вправо.

— Предлагаешь ориентироваться по сквознякам? — спросила Снежинка. — А если там нет выхода? Может, дверги просто понаделали в холме дыр для вентиляции, в которые и голова не пролезет. А мы будем метаться от одной дыры к другой, пока не заблудимся окончательно.

Локоть пожал плечами:

— В крайнем случае вернёмся сюда. Не бойся, не заплутаем. Я же следопыт.

— Хорошо, — сказал Егор, — рискнём.

Они осторожно двинулись по туннелю — Локоть впереди, остальные чуть поотстав. Через полчаса впереди показался слабый свет. Не сговариваясь, друзья бросились к узкой бойнице. За ней в предрассветном сумраке смутно проглядывали силуэты каких-то странных деревьев.

— Отойдите-ка, — попросил Локоть.

Орудуя тесаком стражника, как ломом, он начал расширять узкий проём. Рик и Владислав оттаскивали вывороченные камни и куски глины. Вскоре проход заметно расширился и Локоть протиснулся наружу. Остальные последовали за ним. В нос тут же ударил резкий запах гниющей плоти. Егор поднял голову — то, что он принял за деревья, оказалось копьями с насаженными на них головами. Тут были и головы двергов в чёрных шапочках, и головы крестьян в соломенных шляпах, и головы лесовиков с покачивающимися на ветру косицами. Но больше всего было голов стражников в серых приплюснутых шлемах.

— Я смотрю, ваш Король своих не жалеет, — сказал Егор Рику. — И подданные, наверное, его не очень любят.

— Ему не нужно, чтоб его любили, — ответил Рик, — ему нужно, чтоб его боялись. И с этим он отлично справляется.

Егор огляделся — позади высились стены замка, впереди простиралась роща из воткнутых в землю копий.

— Надо идти, — сказал он. — Пойдем прямо сквозь это кладбище.

— А не задохнёмся? — поморщилась Снежинка.

— Ничего с тобой не будет, — ответил Локоть, — принюхаешься.

— Придётся потерпеть, — сказал Егор. — Скоро рассвет; если пойдём в обход, нас могут заметить со стены.

Он сжал зубы и пошёл сквозь бесконечный ряд копий. Смрад, поначалу усилившийся почти до невыносимости, постепенно начал ослабевать. Неужели действительно принюхались? — удивился Егор.

— Погодите-ка! — Локоть, шедший за ним, остановился, выдернул из земли ближайшее копьё и снял насаженную на него голову.

Это был мешок, набитый соломой, с грубо нарисованными на нём чертами лица.

— А Король-то — голый! — усмехнулся Локоть. — В смысле — читер. Накручивает счётчик.

Никто не ответил. В молчании друзья прошли через мёртвую рощу. Егор оглянулся и вздрогнул — последний ряд копий был пустым.

— Что это? — спросил он.

— Наверное, муляжи ветром сдуло, — предположил Локоть, — схалтурили палачи.

— Нет, их поставили заранее, — возразил Рик, — специально для вас.

— Тогда и для тебя тоже, — сказал Локоть.

— А меня-то за что?! — возмутился Рик. — Я верный слуга, геройски погибший на боевом посту.

Локоть недобро усмехнулся:

— Ага, герой. Но это ненадолго. Сам ведь знаешь — через месяц в лесу начнётся облава. И тогда герой превратится в дезертира. Если не в пособника.

Стражник сразу сник и опустил голову.

— Ты прав. Там найдётся место для всех — и для вас, и для меня, и для Кана.

— Кто такой Кан? — спросила Снежинка.

— Не сейчас! — перебил её Егор. — Все вопросы потом. Нам надо спешить.

Не оглядываясь, друзья торопливо зашагали в сторону леса.

Глава 15. Дезертир

Через два часа они вышли на берег небольшого лесного озера. Солнце уже начинало припекать и прохладная вода манила неудержимо. Сбрасывая на ходу одежду, мужчины бросились в озеро. Егор выплыл на середину, лёг на спину и расслабился; озёрная вода как будто смыла на время все страхи и тревоги. Краем глаза он наблюдал за Снежинкой. Берег озера был гол и каменист, укрыться негде — а ей, как и остальным, нужно было освежиться и очистить одежду от глины. Неужели разденется?

Но девушка поступила проще — вошла в воду в одежде. О чём я только думаю! — обругал себя Егор. — Ведь знал же, что эта её юбочка, и блузка, и гольфы — только мои проекции. А на самом деле в её мире нет даже представления об одежде. Может быть, её сородичи покрыты густой шерстью или чешуёй. Или твёрдым панцирем. Как всё-таки удивительно работает конвертер! Мы — разумные существа из разных миров, мы даже одни и те же феномены видим, слышим, ощущаем совершенно по-разному. Абсолютно непостижимым друг для друга способом. Но вот сошлись — и возникла странная связка. И мы уже видим других привычным для себя образом, разговариваем и понимаем друг друга. Если вдуматься…

Но вдуматься, как всегда, не удалось — в этом месте мысли как будто натыкались на какой-то скрытый барьер. Егор выплыл на берег, наскоро прополоскал одежду и разложил её на прогретом солнцем валуне. Сам лёг рядом. Рик вышел из воды и растянулся на прибрежном песке.

— Оклемался? — спросил его Егор.

Рик кивнул.

— Тогда рассказывай, кто такой Кан.

— Он мой друг. Месяца два назад разводящий застал его спящим на посту. За это ему должны были отрубить голову — но он не стал ждать, сбежал прямо с поста. Теперь его, как дезертира, ждёт смерть под пыткой.

— И куда он ушёл? — спросил Егор.

Рик пожал плечами:

— Думаю, он поселился где-то здесь, рядом с водой. Дичи тут много, есть грибы и ягоды. Жить можно. А глубже в лес уходить нет смысла — когда начнётся зачистка, нигде нельзя будет спрятаться.

— Понятно, — сказал Егор. — Нам надо его найти.

— Это ещё зачем? — спросил Локоть. — Нам что, одного врага мало?

— Какой он тебе враг! — возразила Снежинка. — В мёртвом поле ваши копья рядом стоят, ждут вас.

— Именно так, — подтвердил Егор. — Враг Короля — наш друг.

Он повернулся к Рику:

— Так где нам искать твоего друга?

— Если он обосновался здесь, то сейчас уже наблюдает за нами, — ответил Рик, — мы тут изрядно пошумели.

Егор внимательно оглядел лес, но не заметил ничего подозрительного. Посмотрел на Локтя — тот отрицательно покачал головой:

— Никого.

— Я позову его? — предложил Рик.

— Давай, — согласился Егор.

Рик сложил ладони рупором, приложил руки ко рту и закричал:

— Кан! Ка-ан! Это я, Рик! Я тоже сбежал из замка! Ка-ан!

— Вижу, — прошептал Локоть.

Он встал, но не успел сделать и шага — стрела вонзилась в песок прямо перед его ногами.

— Стоять! — крикнули из леса.

Локоть замер на месте.

— Лучше не дёргайся, Кан отличный стрелок, — прошептал Рик.

И снова обратился к другу:

— Кан! Мы тебе не враги! Мы хотим помочь тебе!

Из леса донёсся приглушённый смех.

— Помочь? Мне? Да что вы можете?

— Вот об этом мы и хотим поговорить! — прокричал Егор. — Выходи, Кан! Ты же видишь — мы здесь одни и у нас нет оружия дальнего боя.

Кусты на другом конце озера зашевелились и на берег вышел невысокий мужчина в сером солдатском мундире. В руках он держал заряженный арбалет.

— Ну, говори!

— Когда пройдёт последний дождь сезона, Король начнёт зачистку по всей территории, — сказал Егор. — Что будешь делать? У тебя есть план?

— Я буду драться до конца! — ответил Кан.

— Понятно, — кивнул Егор, — значит, нет плана. А у нас есть.

— И какой же?

— Самый простой — убить Короля.

Кан опустил арбалет и рассмеялся.

— Как?! Да вас разорвут на первом же посту! Сколько бойцов ты сможешь положить?

— Я не собираюсь убивать солдат, — ответил Егор, — я собираюсь убить Короля. Вы свяжете нас и приведёте в замок — как пленных. Доставите Королю его добычу. А дальше мы сами справимся.

Кан покачал головой:

— Не справитесь. Это невозможно. Дохлый номер, один шанс из тысячи.

— Но этот шанс — наш единственный шанс! — сказал Егор. — Другого у нас не будет! Или грудь в крестах, или голова на копье.

— Соглашайся! — попросил Рик.

— Но это же бессмысленно, — заколебался Кан, — если мы вас свяжем, вы уже ничего не сможете сделать.

Локоть выступил вперёд, оскалив зубы в белоснежной улыбке.

— А вот это уже другой разговор. Подходи-ка сюда. И ты, Рик, тоже подходи. Я научу вас вязать правильные узлы. Бойцы, едрит вашу медь!

Глава 16. Тёмный Король

Весь день бойцы учились вязать узлы — сначала на полене, потом на руках. Наконец Локоть решил, что урок усвоен. Он внимательно осмотрел руки друзей — верёвки оставили на покрасневшей коже рельефный след, вокруг которого уже намечались небольшие припухлости.

— То, что надо, — удовлетворённо заметил он. — Мы готовы. Можно выступать.

Снежинка невольно вздрогнула.

— Что, прямо сейчас?

— Локоть прав, — сказал Егор, — нам лучше не тянуть. Сейчас в замке думают, что дезертир у них один — а значит, два конвоира вызовут меньше подозрений. Но уже завтра нижний уровень могут вскрыть, и о бегстве Рика станет известно. Тогда мы вряд ли пройдём через все посты.

— Согласен, — сказал Владислав.

Рик с Каном переглянулись и принялись молча натягивать мундиры, прилаживать ремни, проверять оружие. Это не заняло много времени, и вскоре отряд покинул стоянку у озера. Через два часа они вышли на край леса. Здесь устроили небольшой привал перед последним броском. Локоть связал друзьям руки, затем Рик связал его самого и протянул верёвку сквозь все путы, собрав пленников в одну цепочку. Так они и вышли из леса — пленники друг за другом, стража по бокам. Когда за поворотом показались ворота замка, стражники начали покрикивать на пленных и подталкивать их лёгкими тычками. Чем ближе становился замок, тем увесистей становились удары; после одного из них Снежинка споткнулась и едва удержалась на ногах.

— Эй, громила, полегче с нашей девочкой! — возмутился Владислав.

Локоть усмехнулся.

— Всё правильно, так и надо. Для правдоподобия.

Но тут же прикусил язык, пошатнувшись от мощного толчка в спину. Со смехом и матерком стражники подошли к воротам. Рик взялся за тяжёлое кольцо и трижды ударил им по медной накладке. В приоткрывшемся окошке показалось недовольное лицо караульного.

— Кто такие?

— Второй патруль! — бодро отрапортовал Рик. — Задержали лазутчиков, имеем приказ лично доставить их в тронный зал!

Ворча что-то себе под нос, караульный отворил узкую дверцу в створке ворот. Первым в неё протиснулся Рик, за ним пленники и Кан. Начальник караула бегло обыскал пленников и недоверчиво посмотрел на Рика.

— Можете возвращаться в казарму, с пленниками мы сами разберёмся.

— Имеем приказ доставить лично! — упрямо повторил Кан.

— И имеем свой интерес, — подмигнул Рик. — Король обещал щедро наградить тех, кто захватит лазутчиков. Так что вечером в «Хромой козе» мы будем обмывать новые нашивки. Как сменитесь — приходите, выпивка за наш счёт.

Караульные одобрительно закивали, угрюмые складки на лице начальника разгладились.

— Ладно, проходите. До вечера!

— До вечера! — отозвался Рик.

Следующий пост стоял перед королевскими покоями. Рик козырнул и повторил свою роль — почти слово в слово. Начальник этого караула был чином повыше и сомневался дольше; но в итоге пропустил всех, выделив двух солдат для сопровождения группы. Оружие Рику и Кану пришлось сдать, но на другое никто и не рассчитывал.

Последний раз их задержали перед входом в тронный зал, и Рик вновь повторил свою легенду. Пока он говорил, Егор жадно вглядывался в мутное стекло двери, пытаясь на ходу оценить их безумный план.

В просторном зале царил полумрак, немногочисленные придворные жались по стенам. Тёмный Король сидел на троне, слегка склонившись над странным низким столиком. Через несколько секунд глаза привыкли к темноте и Егор понял, что за столик он принял смуглого раба, стоящего перед троном на четвереньках. Всю спину раба покрывала цветная татуировка — карта какой-то местности. Король не глядя брал из чаши маленькие оперенные дротики и с размаху метал их в живую карту. Там, где дротик вонзался в плоть, появлялся кровавый ручеёк, стекающий к животу. Лужа крови на полу уже подступала к ладоням и коленям раба. После каждого попадания он вздрагивал, но ни разу не проронил ни звука. Возможно, перед этой забавой Король приказал отрезать рабу язык; это было в его стиле.

Начальник караула выслушал Рика не перебивая и не задавая вопросов. Как любой опытный царедворец, он умел мгновенно оценивать ситуацию, просчитывая все риски и все возможные выгоды, которые можно из неё извлечь. Когда Рик умолк, он встал и указал на скамью перед входом.

— Останетесь здесь. Пленников отведу я сам.

— У меня приказ — доставить лично, — возразил Рик.

— Я отменяю этот приказ.

— У вас нет таких полномочий.

Начальник побагровел и сорвался на крик.

— Ты забыл, с кем разговариваешь, солдат?! Я полковник!

— А мне похер, — спокойно ответил Рик, — хоть генерал. У меня приказ моего непосредственного начальника.

— Поговори ещё у меня! — заорал полковник. — Или вы сейчас сядете, или мы живо положим вас мордой в пол!

— Рискни, — ответил Рик. — А когда мой патруль вернётся из рейда, мы продолжим наш разговор. Ребята будут рады размяться, выбив дерьмо из тыловых крыс.

Полковник на мгновение задумался, потом махнул рукой.

— Ладно. Я зайду первым, вы за мной. Я докладываю, вы молчите.

— Хорошо, — кивнул Рик.

— Если, конечно, Король захочет увидеть пленников перед тем, как отправить их в темницу, — добавил полковник. — Поднимите руки.

С быстротой и ловкостью карманника он обыскал всех, начиная с Рика. Несколько монет, трубку, кисет и прочую мелочёвку сложил в гостевой ящик. Затем оправил мундир и вошёл в тронный зал с докладом. Несколько минут прошли в мучительном ожидании. Наконец дверь приоткрылась и в проёме показалась коренастая туша полковника.

— Все за мной! — приказал он полушёпотом. — Смотреть вниз, голову не поднимать, говорить только когда спросят. Всё понятно?

— Понятно, — мотнул головой Рик.

Вслед за полковником друзья вошли в тронный зал. Больше всего Егор боялся, что Король узнает Локтя, и тогда у них не останется ни одного шанса. Слишком уж заметным был следопыт — несмотря на все их старания. С утра Снежинка закрасила его седые пряди соком чёрных ягод и собрала гриву в пучок на затылке. Локоть вывернул свою куртку наизнанку, перешил пуговицы и отрезал рукава. Отдал свои ботфорты Владиславу, а сам надел его сапоги. Сейчас он плёлся, подволакивая левую ногу, сгорбившись и уперев подбородок в грудь. Егор смотрел на его спину и уже жалел о своем опрометчивом плане; ему казалось, что ложная хромота и показная покорность не могут никого обмануть.

К счастью, Король не смотрел на них. Отвернувшись от парадной двери, он крикнул куда-то в сторону:

— Быстрее! Сколько можно ждать!

Из полумрака в углу зала вынырнул старый слуга и торопливо засеменил к трону. В руках у него был шлем Владислава, унесённый горным течением. Сейчас устроят нам примерку, — догадался Егор. — Король хочет найти свою Золушку, убедиться, что все чужаки на месте.

Слуга споткнулся и чуть не выронил шлем; Король выругался сквозь зубы. Когда побледневший от ужаса старик доковылял до властелина и упал перед ним на колени, пленников уже подвели к трону. Локоть поднял голову и слегка пошевелил кистями, ослабляя путы. Боковым зрением Король заметил подозрительное движение и резко обернулся. Его лицо исказилось от гнева — он узнал своего недавнего узника.

Медлить было нельзя. Егор повернулся и с лёту ударил полковника в голень ребром стопы. Затем, не давая ему опомниться, схватил за лацканы мундира, притянул к себе и изо всех сил двинул коленом в пах. Полковник охнул и согнулся, зажимая руками ушибленное место. Владислав шагнул вперёд и с размаха опустил оба кулака на толстую красную шею. Полковник рухнул на пол обмякшим мешком — то ли он потерял сознание, то ли решил, что сейчас ему лучше лежать и не дёргаться. Егор поразился, как быстро и чётко он сработал — как в голливудском боевике. А ведь до этого он даже ни разу не дрался по-настоящему. Но сейчас за считаные секунды сумел вырубить вооружённого охранника, причём со связанными руками — в горячке он напрочь забыл, как развязывать хитрые узлы. И Владислав забыл — но только не Локоть. Заметив, что Король выпрямился и потянулся к кинжалу, Локоть прыгнул вперёд, на лету сбрасывая верёвки. Вскочил на спину раба и с силой оттолкнулся от неё, ломая и вдавливая дротики в окровавленное мясо. Раб ничком упал в лужу собственной крови. Локоть взлетел и в полёте резко ударил Короля локтем в горло. Видимо, своё имя он получил не просто так; не хотелось даже думать, чем он занимался на Змеиной Скале.

Ноги Короля подкосились, но Локоть не дал ему упасть, вцепившись правой рукой в бороду мертвеца. Одновременно левой он выхватил из ножен королевский кинжал и одним движением распорол мёртвую шею от уха до уха. Кровь хлынула потоком, заливая руки и сапоги убийцы. Локоть оттолкнул безжизненное тело и повернулся к придворным:

— Кто следующий?! Есть желающие?!

— Слушаем и повинуемся, наш Король, — прошелестело по залу.

Егор невольно поморщился:

— Зачем это? Он ведь уже был мёртв.

— Это не для него, это для них, — Локоть презрительно махнул головой в сторону зала. — Чтобы сразу всё поняли и вопросов не задавали.

Но никто и не думал задавать вопросы; придворные вжались в стены, боясь пошевелиться. Раб уполз куда-то в темноту, оставив за собой широкий кровавый след. Старый слуга выронил шлем и попытался спрятаться за троном, но Снежинка за шкирку вытащила его оттуда. Старик взглянул на Локтя, залитого кровью, и начал закатывать глаза, но Снежинка резко тряхнула его, приводя в чувство.

— Где интерфейс судьбы?! — грозно спросила она.

Минуту назад Егор не мог бы дать название тому, что они искали. Но, услышав слова Снежинки, он понял — именно так и должно называться то, что может вернуть их домой. Никаких сомнений. Всё-таки она умница; вот бы уговорить её вернуться вместе с ним — на его Землю. Невозможно, конечно; но в чудеса так хочется верить…

— Сейчас, сейчас, — забормотал старик, пятясь назад.

Подойдя к стене за троном, он поднял руки и одним рывком сорвал с неё старинный гобелен. Открылся широкий проход, каменные ступени вели вниз. Егор шагнул вперёд.

— Рик, Кан — охранять! — коротко приказал Локоть.

Друзья стали осторожно спускаться по каменной лестнице. Густой белый туман скрыл колени, потом руки, и вскоре дошёл до шеи. Все остановились в нерешительности.

— Пойду позову Рика, пусть идёт первым, — сказал Локоть и повернулся к выходу.

— Не надо, — возразил Егор и шагнул в туман.

Белизна окутала его со всех сторон. Белое безмолвие, так хорошо знакомое ему. Казалось, за спиной вот-вот материализуется белый мешок с чёрными пуговицами. Егор напряг зрение и заметил впереди какое-то тёмное пятно.

— Спускайтесь, это не смертельно! — позвал он друзей.

Тут же рядом появилась Снежинка, а за ней и все остальные.

— Знакомое место! — сказал Локоть.

— Вот-вот, — согласился Владислав.

Снежинка прищурилась и спросила:

— А что это там темнеет?

— Сейчас узнаем, — ответил Егор и пошёл вперёд.

Он узнал знакомые предметы ещё до того, как приблизился к интерфейсу. Но боялся поверить глазам; боялся до последнего, пока не подошёл вплотную и никаких сомнений не осталось. Стол, кресло, экран, клавиатура. Егор растерянно повернулся к Снежинке.

— Это… клавиатура?

— А чего ты ожидал? — ответила она вопросом на вопрос. — Глиняную табличку? Или бересту? Каждый видит то, что ему привычно.

— То есть надо просто набрать адрес — и окажешься дома?

— Видимо, да. Сейчас и узнаем.

Снежинка потянулась к клавиатуре, и Егор понял, что пришло время прощаться. Он заступил ей дорогу и судорожно обнял, прижал к себе. Торопливо зашептал в ухо:

— Пойдём со мной! В мой мир. Правда, пойдём! Я буду заботиться о тебе, клянусь. До самого конца.

— Дурашка! — улыбнулась Снежинка. — У меня же там…

Она скосила глаза вверх, подбирая нужное слово в инфопересечении.

— Улей. Я должна рожать, пока не появится новая матка, а с матками сейчас на Кристалле напряжённо. Если я не вернусь, мой народ погибнет. А это мои дети.

Снежинка попыталась мягко отстранить Егора, но он не разжал рук.

— Скажи мне что-нибудь… На прощание.

Она потянулась к его уху и чуть слышно прошептала:

— Они действительно полосатые.

— Что? — не понял Егор.

— Белые в голубую полоску.

Лицо Егора мгновенно покраснело.

— Снежинка, ну зачем ты так…

— А что? — она вскинула ресницы, изображая наивность. — Ты ведь и сам это знал, разве нет?

Конечно, он знал. Ведь он сам создал этот образ — из своих снов и грёз. А на самом деле она… Даже думать в эту сторону не хотелось. Егор понимал, что сейчас Снежинка уйдёт и он больше никогда её не увидит. Разжимая хватку, он прошептал:

— Ты будешь помнить меня?

— Конечно, — улыбнулась Снежинка. — Отныне всех моих детей-воинов будут звать дядями Егорами.

— Очень смешно, — поморщился Егор. — Я, вообще-то, ждал от тебя совсем других слов. Ну хоть потёрлись усиками на прощание — и на том спасибо.

Снежинка нахмурилась.

— Не стоит шутить с инфопересечениями; всё не так, как нам кажется. Ты даже не представляешь, насколько не так.

— И насколько? — спросил Егор.

Сейчас ему хотелось лишь одного — задержать Снежинку ещё хоть на несколько минут. Пусть говорит что угодно, лишь бы не уходила. И это сработало — она ответила.

— Ты видишь меня как репродуктивную самку своего вида, модифицированную в плане сексуальной привлекательности. И я вижу тебя… Зеркально. Но мы знаем, что это лишь кажимость. Ты можешь примерно представить, какой облик был у меня на Кристалле; я могу так же примерно представить тебя на Земле. Согласись — это абсолютно чуждые виды, у них нет и не может быть никакого инфопересечения, никакого взаимопонимания. Но у нас оно есть! Значит, наши самоидентификации — лишь иллюзии симуляционных миров. А настоящие мы всё же одной крови. Может быть, настоящие мы — те самые мешки с глазами из белого безмолвия. Но и это лишь гипотеза, не имеющая никаких подтверждений; возможно, и само это безмолвие — очередная симуляция, а истинная реальность скрыта гораздо глубже. Если только эта реальность ещё где-то осталась.

— Да чёрт с ней, с реальностью! — горячо зашептал Егор. — Ты пойми — мы сейчас в самом сердце этого мира, на его центральном терминале. Мы можем создать для себя какой угодно мир и уйти туда. Только ты и я! Соглашайся!

Снежинка отрицательно покачала головой:

— Ничего мы не можем создать. Похоже, наши способности сильно купировали — для соответствия нашим симуляциям. Мы можем вернуться лишь туда, где уже были. Я помню Кристалл, белое безмолвие, лабиринт и этот мир. Ты бы хотел вернуться в безмолвие? Или в лабиринт?

Он не хотел. Снежинка, как всегда, была права. Не дождавшись ответа, она встала на цыпочки и ткнулась губами ему в скулу. Затем выскользнула из его объятий, села в кресло и положила пальцы на клавиши. Егор не мог знать, что она видела и что вводила. Он увидел на экране слова «Кристалл, Улей» — и Снежинка исчезла.

— Получилось! — восторженно выдохнул Владислав.

— Да, получилось, — согласился Егор. — А ты не хочешь пойти со мной?

— Нет, — ответил Владислав. — Ты же знаешь, у меня там всё — друзья, жена, дети, дом, скотина. Куда же они без меня.

Егор смущённо кашлянул.

— Я раньше не говорил тебе… В своём времени ты вряд ли проживёшь долго. Через несколько лет с востока придут кочевники, они разграбят и сожгут Киев. Скорее всего, никто из дружинников не выживет.

Владислав напрягся и подался вперёд.

— Тогда тем более моё место там! Ты что, всерьёз предлагаешь мне бросить семью и друзей на поругание врагу?!

Егор осторожно взял юношу за руку.

— Извини. Конечно, твоё место там, в твоём мире. Это была глупая проверка, и мне за неё стыдно.

Владислав не ответил. Он рывком высвободил руку и сел в кресло. Егор увидел на экране слова: «Земля, Двор» — и Владислав исчез. Егор повернулся к последнему члену команды.

— Локоть!

Брать убийцу в свой мир он не хотел, поэтому просто махнул рукой, сделав приглашающий жест в сторону кресла. Но Локоть не сдвинулся с места.

— Я остаюсь. Буду править здешними недоумками, они это заслужили.

— Локоть! — воскликнул Егор. — Да как ты не понимаешь, что у этой игры есть строго заданные правила! Обязательно придёт новый герой, который убьёт старого короля.

— Пусть приходит! — ответил Локоть с вызовом. — Я знаю, как его встретить. У меня никто не сядет в темницу, всех будут пытать и убивать сразу, у меня на глазах. А отрубленные головы будут выставлять на крепостных стенах, чтоб никто не вздумал даже близко подойти. Все гобелены сожгу, все тайные проходы замурую, а проклятых двергов…

— Они тебя спасли, — напомнил Егор.

— А проклятым двергам велю убираться подальше, чтоб я их здесь больше не видел. Обучу следопытов и пошлю их непрерывно прочёсывать леса. И пусть всех странников убивают на месте! Казней много не бывает! А своих генералов я убивать не буду; я не такой кретин, как этот дохлый мозгляк!

— Но всё равно ведь герой победит, рано или поздно, — сказал Егор.

— Вот и пусть будет поздно! — хохотнул Локоть. — А пока я здесь разгуляюсь, у меня уже много планов на этот мир.

— Ладно, — устало вздохнул Егор, — тогда оставь меня одного.

Локоть криво усмехнулся и положил ладонь на эфес королевского кинжала.

— Не могу. Я должен убедиться, что ты не передумаешь. Двум королям здесь будет тесно.

Егор не стал отвечать. Он сел в кресло и набрал: «Земля, Ю». Затем стёр «Ю», набрал «Док» и нажал на ввод.

Подвал исчез. Исчез замок, исчез лес, полностью выгрузилась симуляция странного мира с интерфейсом судьбы. Всё произошло мгновенно, один поток восприятий отключился, и тут же на его место загрузился другой. Егор не заметил никакого шва между двумя версиями встречного потока.

Он стоял в том самом бесконечном коридоре, с которого начался его отрыв от реальности. Егор чуть не взвыл от досады. Он не вырвался из ловушки. Он просто вернулся в другую, более жуткую. Да ещё и подставил своих друзей. Возможно, из-за него они тоже навеки застряли в буферной зоне, из которой нет выхода.

А может, и не было никаких друзей, никаких дорог и никаких побед? Может быть, его умирающий мозг всё ещё продолжает галлюцинировать, непрерывно создавая жуткий образ туннеля с бесконечным рядом одинаковых дверей. Как до этого создавал мир Тёмного Короля и мир лабиринта. Как создавал его соратников — из его же комплексов, из раскалывающихся частей его умирающей психики. Разве не так? Снежинка же всё это проговаривала открытым текстом.

Егору даже не потребовалось рыться в памяти, слова всплыли сами: «Полноценная личность автономна, то есть задана собственными границами… Для подлинных личностей невозможно чтение мыслей друг друга… Наше информационное пересечение можно было задать только в нашей симуляции. Из нас слепили ментального сиамского близнеца в четырёх телах». И ещё почему-то вспомнилось: «Ты можешь называть меня Анной».

Егор рванул на себя ближайшую дверь и замер — пола в комнате не было. Внизу смутно угадывались очертания знакомой комнаты. Он прищурился, напрягая зрение.

Глава 17. Выход

И увидел себя. Вернее, своё тело на больничной кушетке; лицо скрывал экран шлема виртуальной реальности. Из-под больничной рубашки в обе стороны тянулись разноцветные трубки. Сестра уже была рядом; она аккуратно отсоединила все катетеры, затем заклеила ранку на сгибе локтя свежим пластырем. К неподвижному телу подошёл Док, нагнулся и сдвинул экран шлема виртуальной реальности. Процедура завершилась.

Не раздумывая, Егор шагнул вперёд, и перспектива сместилась. Он лежал на кушетке, глядя в потолок; никакой двери там, естественно, не было. Да и откуда бы ей там взяться? Док склонился над ним, прижимая к груди планшет и что-то сбивчиво тараторя. Вслушиваться в его слова не хотелось. Егор молча встал и пошёл за ширму, где лежала его одежда. Поморщился, заметив внушительный жировой валик над ремнём, но особо не огорчился — подумаешь, проблема; дел тут на два месяца тренировок, не больше. Не повод для волнений.

Док метался перед ширмой из стороны в сторону, не умолкая ни на секунду. Ему непременно нужен отчёт, таковы правила. Егор лишь усмехнулся — это не его проблема, ему никакие отчёты не нужны. Похоже, они поменялись ролями — Док, всегда выглядевший величественным и невозмутимым, теперь казался жалким и мелочно-суетливым. О чём с ним говорить? Егор вышел из-за ширмы и молча направился к двери. Док в отчаянии схватил его за локоть — хотя на первой же сессии предупредил, что телесный контакт между ними недопустим. Егор тогда протянул ему руку — и оказался в дурацком положении. А теперь этот неприступный небожитель покорно семенит за ним, умоляя сказать хоть слово. Егор открыл дверь и небрежно стряхнул руку Дока.

— Всё получилось, — сказал он и вышел из кабинета.

Тихая улица была залита летним солнцем. Егор остановился на крыльце, достал из кармана тёмные очки, бегло взглянул на них и опустил в урну. Закрыл глаза и запрокинул голову, подставляя лицо горячим лучам. Так вот она какая, новая жизнь! Земля, версия 2.0.

Егор улыбнулся. Это счастье? — спросил он себя. — Нет. Это лучше. Это мой второй шанс.

2020