I. 9 апреля 2006 года

12:00

…Утро только наступило, когда мы вышли из дома.

Начало апреля.

Морозы ушли.

Первые апрельские деньки выдались холодными – и это начало каникул!..

Сегодня последний день каникул.

Я ждала тепла как манны небесной. Все думала о своих поисках. Надо продолжать искать, надо продолжать искать… и даже во сне его искала…

Точнее…

Его могилу…

Я понимаю, как все это звучит…

Мне одиннадцать, и через пару недель исполнится двенадцать…

Разве этим я должна заниматься?..

Но тот человек…

Миша…

Разве я могу все бросить вот так?..

Я должна его найти…

Я уже которую ночь не сплю…

И не могу жить спокойно…

Будто тянет меня туда…

К нему…

В загробный мир… или тот свет…

Солнце светило ярко и больно било в глаза. Я сделала ладонь козырьком и посмотрела на небо.

Он давно уже там…

Точнее, четыре месяца как он умер…

А я все еще не могу его найти…

Будто он прячется от меня…

– Ну что, идем?..

Ксюша, моя верная подруга, была рядом.

Она улыбнулась, и от ее улыбки мне стало легче.

– Пойдем…

Мы двинулись по асфальтированной дороге. Снег уже полностью растаял, лишь мокрые пятна остались на сером сухом фоне. Трава еще не росла, да и деревья стояли голыми…

– Да-а… Время бежит…

Я тяжело вздохнула.

– Еще вчера была зима…

И снова воспоминания о том дне…

Когда все началось…

Слезинка покатилась по моей щеке.

– Эй…

Ксюша успокаивающе положила руку мне на плечо.

Я кусала губы, сдерживая рвущиеся наружу рыдания.

– Я все еще не могу привыкнуть, что его нет…

– Это нормально… Просто нужно время…

– Четыре месяца прошло!.. – воскликнула я. – Разве этого мало?..

– Тсс… Не кричи…

Я недовольно отвернулась.

– Этого мало, да. Некоторые по несколько лет в себя приходят. И не забудь…

– Я помню. Он мне не родственник.

– Вот именно. Ты не должна так убиваться…

– Я стараюсь…

– Вот найдем его, и тебе станет легче…

– Хорошо…

– Если мы его сегодня его найдем… Я очень на это надеюсь…

– Я тоже… Я просто не понимаю, где его еще искать!..

– Если на то пошло… то мы и в городе его поищем…

– Ты хочешь сказать, что она похоронила его в городе?!..

– Такую возможность нельзя отрицать…

– Мне бы этого не хотелось…

– Посмотрим… Найдем ли мы его или нет…

Я тяжело вздохнула.

– По крайней мере, я понимаю теперь, где он может быть похоронен…

– А как ты это поняла?

– Да хер его знает…

Я действительно не знала и не понимала, что в тот момент со мной случилось. Я просто нашла заметку о турнире по мини-футболу памяти Михаила Плотникова в местной газете, и меня осенило…

В голову пришла мысль…

Мы ищем не там…

– Я просто поняла, и все…

– Понятно.

Мы вышли в центр поселка. Во дворе в тот момент никого не было – нас никто не мог видеть. Да и думать о ком-то еще не хотелось – в голове только мысли о Михаиле…

В этот день было оживленно. Люди ходили по улицам, дети бегали с громкими криками, а мы шли, не останавливаясь…

Открытые магазины…

Машины, что проезжали мимо…

Деревья стояли словно недвижимые охранники, разделяя дорогу на две части. Там тоже можно было спрятаться – чтобы обо всем подумать…

Но там бегали другие ребята, а мне к ним не хотелось…

По главной площади ездили автомобили с громким визгом колес.

Афиша стояла у Дворца культуры.

Ни одного нового плаката…

Голубенькая новая церковь…

Еще ворота не построили…

Я смотрела на все это с какой-то невероятной грустью…

Все это осталось в прошлом…

Счастье…

Радость…

Беззаботное веселье…

Почему мне так грустно в последнее время?..

Я завернула за угол дома, пройдя мимо очередной переполненной людьми автобусной остановки.

Открытые настежь магазины соблазняли войти внутрь…

Я на мгновение остановилась.

Как любому ребенку, мне хотелось войти и посмотреть на игрушки.

Но это желание быстро пропало.

Михаил…

Сначала его нужно найти…

Мы дошли до местного базарчика, и почти не разговаривали друг с другом. Каждая думала о своем. В основном, об этих проклятущих поисках…

Спустившись вниз, мы миновали детский садик, базарчик, вышли к панельным домам, пересекли их и оказались у частного сектора, охраняемого кленовым парком. За ним шло озеро, но купаться было еще рано…

Мы миновали и частный сектор, и оказались у гаражей. Несколько рядов оставалось пройти, прежде чем выйдем на дорогу в сторону кладбища. За ними шло поле, просто огромное поле, с редкими деревьями и линиями электропередач. Уже издалека можно было заметить и завод, и часть самого кладбища, и сосенки, что стояли сплошной стеной, будто разделяя мир живых от мира мертвых…

Пройдя еще немного, мы обошли кладбище и подошли близко к могилам.

– Так…

Мы остановились и осмотрелись.

– Ищем вон там. – Я показала на асфальтированную тропинку, на правом краю которой росло деревце.

– Ага…

Мы направились по этому пути. Останавливались у свежих могил, читали таблички и шли дальше.

– Мне кажется…

– Да?..

– Там должна быть фотография…

– Ну… Посмотрим…

Мы прошли несколько рядов. На наше счастье земля кое-где уже успела высохнуть. Вода отступила от могил. Они уже не плавали в ней, как маленькие островки…

Искать стало значительно проще.

По другую сторону было несколько свежих могил. На первой – само кладбище, и со второй оно постепенно разрасталось. Оно стало занимать большую часть поля, что находилось к нему впритык. До засыпухи – рукой подать, и от кладбища ее разделяло именно поле.

Сухостой покрывал не только поле, но и могилы, слава небесам, эти захоронения нам не были нужны.

Мы смотрели только свежие.

– Ну?

Я подошла к очередной свежей могиле.

– Он?

Я прочитала табличку.

– Неа…

– Может, тогда обойдем поле? Там тоже есть могилы. И свежие…

Я кивнула.

Мы сошли с асфальтированной тропинки и вышли на вполне обычную, протоптанную кем-то дорожку.

Сухостой закрывал нас с головой.

Мы останавливались у могил, читали надписи на таблетках и шли дальше.

– Ну-ка стой…

Ксюша удивленно остановилась.

– Это не он там случаем?..

Ксения побежала вперед.

– Он!.. Мы его нашли!..

Я свободно вздохнула.

Наконец-то…

Спустя столько времени…

Вот он…

Я подошла ближе.

Обычная металлическая белая оградка. Деревянный крест, на нем фотография и табличка:

ПЛОТНИКОВ

МИХАИЛ

СЕРГЕЕВИЧ

26.12.1984 – 16.01.2006

Венки украшали могилу. Под ними лежали уже пожелтевшие еловые и сосновые лапы. Свежие цветы уже завяли, искусственные – в каком-то хаосе, беспорядке. Пустая тарелочка у подножия креста. Кое-какие венки висели на оградке.

Сама могила находилась у дороги, что выходила на насыпь. За насыпью я заметила водоем. Дальше шла дорога в сторону поселка N.

– Ну?..

Я подошла ближе к кресту и, поднявшись на носочки, повесила на него брелок на веревочке.

– Наконец-то я тебя нашла…

Ксюша тем временем осматривала соседние могилы.

– Ого… Однофамилец…

Я подошла ближе.

– Что там?..

– Петр Плотников…

– Дедушка? Умер в две тысячи четвертом…

– Наверное…

Мы вернулись к могиле Михаила.

– Теперь я, – мне было очень сложно, так как чувствовала кожей живой взгляд с фотографии, и меня это вводило в краску, – я просто обязана…

Ксюша пристально на меня посмотрела.

– Я возвращаю тебе твою боль… Миша…

Я вытянула руку с сжатыми пальцами. Где-то читала, что именно так отдают что-то мертвым. Придают ему мыслеформу для пущей убедительности и потом разжимают кулак. Я представляла боль, что жила во мне несколько месяцев подряд…

– Забери… Мне это не нужно…

И почувствовала облегчение.

– Я больше не буду плакать по тебе… обещаю…

Я знала, что могу не сдержать эту клятву.

Но что-то во мне поменялось…

И мне захотелось смеяться.

Да, среди могил.

В не очень хорошей обстановке.

Смеяться до сумасшествия.

Словно что-то смешное мне сказали…

– Ты чего?..

Я и не замечала, что на самом деле смеялась…

Громкий смех разрывал тишину вокруг. Вороны закаркали и улетели. Залаяли собаки вдалеке.

– А-ха-ха!!..

Слезы брызнули из глаз.

Я ничего этого не замечала…

Ксения