Январь 2023 года

Январь 2023 года

…Я тяжело вздохнул. С улицы все еще доносился праздничный салют. Люди выходили из своих домов, радостно встречали друг друга и, конечно же, целовались и обнимались.

Как я им завидовал в этот момент…

Я не смел даже подойти к ней. Стоял и выглядывал из-за дверного косяка, будто провинившаяся собака.

Почему все так несправедливо?..

А она меня даже не чувствовала…

Я снова тяжело вздохнул.

За окном уже стемнело. Ярко светились вывески ближайших к ее дому магазинов, проезжали мимо машины, в какой-то из квартир играла музыка, а в подъезде кто-то громко хлопал дверями.

Я повернулся.

Настя прошла мимо…

Я проглотил застрявший ком в горле.

На ней была ночнушка. Короткая, едва прикрывая задницу. Белая, с какими-то кружевными розочками на верху, что закрывали грудь и открывали вид на декольте…

Она само совершенство…

Длинные слегка вьющиеся волосы распущены…

Голубые глаза…

Резинка для волос на запястье…

Руки, такие тонкие…

Ноги стройные…

Ее бедра забавно тряслись, когда она двигалась…

Большую комнату заливал свет верхней люстры…

Настя подошла к зашторенному окну и обняла себя за предплечья. С губ сорвался тяжелый вздох. Она опустила голову и постаралась свои мысли привести в порядок.

Отчаяние схватило ее по ногам и рукам.

Под глазами образовались мешки…

Лицо опухло от постоянных слез…

Она повернулась.

Я затаил дыхание.

Мне на секунду показалось, что меня видят…

Ее взгляд был направлен на то место, где я стоял…

Но она лишь поджала губы. Фыркнула про себя и села за стол, где стоял раскрытый ноутбук.

Включенное на экране видео разорвало тишину и окружающую ее пустоту…

Настя облокотилась о столешницу и уставилась в экран.

Руки тряслись…

Глаза бегали…

Разум не улавливал ни одного звука…

Сознание погрузилось в какой-то мрак подсознания…

Я тяжело вздохнул, сжал пальцы до побеления и вышел из своего укрытия. Свет меня не пугал. Да, мне все еще приходилось оставаться незамеченным, чем решил воспользоваться.

Я подошел к тому месту, где она сидела.

Может, все-таки почувствует?..

Может, все-таки поймет, что я тут и жду ее?..

Подойти-то я подошел, но не решился дотронуться до ее маленьких и хрупких плеч. Нужно всего лишь положить руки – а будет ли она этому рада?..

Она сейчас немного не в себе…

– Ты как?..

Я вздрогнул. Повернувшись, увидел вошедшую в комнату ее подружку, почти в такой же ночнушке. Светлые волосы были слегка прихвачены крабом. Пряди свисали на плечи…

Она закурила, а вторую сигарету протянула подруге.

– Да никак, – мрачно ответила та, – все никак прийти в себя не могу…

Настя потерла глаза руками.

– Надоела эта жизнь нечеловеческая!.. – воскликнула она. – Постоянно какой-то пиздец, изо дня в день!.. Не хочу больше уже ничего…

Ксюша положила ей руку на плечо.

– Все будет хорошо… Мы и не через такое проходили…

Настя не выдержала.

Слезы брызнули из глаз.

Она закрыла лицо руками и разрыдалась что было сил.

Ее крик отчаяния и какой-то невероятной боли заполнил комнату.

– За что?! За что?..

Губы ее тряслись.

– Сначала мама, потом дед… сестра… В декабре подруга… За что?! За что?..

Ксюша погладила ее по макушке.

– Так бывает… увы… Ты не одна такая…

Настя судорожно вытерла слезы.

– Я знаю. Но все равно…

Ксения пожала плечами.

– Я живу в каком-то кошмаре… и все никак не могу проснуться…

– Увы… Это реальность…

– Я знаю!..

Подруга решила с ней не спорить.

– Ты остынь, хорошо? Все наладится. Просто время надо…

– Да уж… Время…

– Я тебя понимаю. Мы просто не успеваем прийти в себя, а тут… снова…

Ксюша беспомощно всплеснула руками. Отвернулась, пытаясь скрыть текущие по лицу слезы. Опять развела руками, словно желая что-то сказать, да вот эти эмоции не позволяли…

Я стоял недалеко от них. Но вплотную к любимой. Смотрел на макушку ее темных волос и вздыхал.

Как мне вернуть ее обратно?..

Руки тряслись от желания дотронуться до нее.

Я понимаю, что я бесчувственный валенок, не обращаю внимания на ее боль и тоску…

Думаю только о своих чувствах к ней…

Но почему-то именно в этот момент хотелось прикоснуться к ней…

К ее коже…

К ее плечам…

Ощутить кончиками пальцев их гладкость…

И даже мазнуть легким поцелуем…

Все эти желания сводили с ума…

Почему?..

Почему она не хочет ко мне возвращаться?..

– Ладно, Настюх, и на нашей улице будет праздник, – Ксюша обняла свою подругу. В это время мне пришлось отойти, чтобы не мешать. – Просто надо потерпеть…

Настя ничего не ответила.

Она судорожно затушила сигарету и потянулась за другой.

Дым наполнил комнату. Он красиво взвивался в воздухе, создавая загадочную ауру, даже в некотором роде мистическую…

Я следил за этим невероятным зрелищем.

Чтобы хоть как-то отвлечься…

Подумать о чем-то другом…

Но в ее присутствии я просто сходит с ума…

Ее близость манила…

Заставляла чувствовать себя уязвимым, маленьким мальчиком, нуждающимся в ласке матери…

Хотелось смотреть на нее, не отрываясь…

Думать только о ней…

Гладить по рукам и плечам…

Вдыхать ее запах…

– Ну что, спать-то идем?

Я вздрогнул, приходя в себя.

Ксюша потушила свет.

– Я еще посижу… Спать… не хочу…

– Смотри. А то потом опять бессонница начнется…

Настя отмахнулась.

– Она и так у меня началась…

За окном все стихло.

Настя докурила сигарету и уставилась в экран.

Что теперь делать?..

Как дальше жить?..

И с чем?..

И ради чего?..

Настя тяжело вздохнула.

Эти стены давно надоели…

Она чувствовала себя, словно в клетке…

Я посмотрел по сторонам. Услышал, как подружка ложится спать – кровать скрипнула, – и решил попробовать еще раз. Еще раз подойти и сказать, что это я, ее любимый и милый Миша, которого она так обожала…

Я сжал пальцы до побеления.

– Настя…

Я принялся медленно к ней подходить.

– Настя… Зайка…

Она невольно повернула голову.

Неужели услышала?..

Я не хотел ее напугать…

Только лишь напомнить о себе…

Настя подскочила. Она заметила пульсирующее черное марево перед собой.

Увы…

Пока я был для нее только таким…

– Настя, прошу, не бойся меня!..

Мне хотелось кричать. Вцепиться в нее и не отпускать. Не дать ей сбежать. Она смотрела перед собой, застыв от шока и страха.

Снова эти черные силуэты, думала она в этот момент…

– Не бойся, прошу!..

Настя меня не слышала.

Глаза ее забегали в поисках выхода.

Ей хотелось сбежать из собственной квартиры…

Прочь…

Чтобы не видеть этого…

В тот момент она думала, что все, что с ней происходило в ту минуту, это проявление ее болезни…

Она же считала себя глубоко больной…

И при этом никому не нужной…

Я же видел все по-другому…

Видел ее вполне здоровой…

Просто она не понимала, что все это время я был рядом, и я пытался ее вернуть к себе…

Потому что до безумия ее люблю…

– Настя!..

Настя бросилась к выходу из комнаты. Их было два. Один вел в спальню, где спала подруга, второй – в коридор, на выход из квартиры.

Напротив второго выхода, на стене, был выключатель.

Я просто стоял и смотрел.

Потому что сделать ничего не мог.

Она боялась меня…

Настя включила свет.

Тот больно резанул по глазам.

Я зажмурился.

Свет ничем мне не мог навредить, но Настя чувствовала себя в безопасности, когда он горел…

Значит, я для нее опасен?..

Или она просто думала, что сходит с ума?..

Стало так горько…

И так тошно…

От самого себя…

От всего, что происходило…

Неужели я ничего не могу сделать?..

Неужели я не смогу ее вернуть?..

И останусь совсем один?..

Настя…

Мои губы задрожали.

Это имя всколыхнуло во мне все…

Я жил им…

Я дышал им…

Я чувствовал им все…

Я словно держал его на своей ладони…

И нежно гладил…

Мне так хотелось быть с ней…

А она этого не понимала…

Мне стало так невыносимо от мысли остаться совсем без нее…

И я решил уйти.

На некоторое время…

Я вернулся на свою могилу. Холодную. Одинокую. Занесенную снегом. Лишь ветер да мороз становились моими постоянными гостями до прихода лета…

Там уже не так одиноко…

Я обнял себя.

Слезы брызнули из глаз.

Я чувствовал себя таким немощным, таким беспомощным, совсем маленьким мальчиком, которого бросила мать…

А меня бросила моя любимая женщина…

Я с ума сходил по ней…

Я представлял ее в своих объятиях…

Неужели я не заслужил даже ее поцелуя?..

Неужели я настолько плох?..

Или настолько некрасив?..

Может, дело вообще в другом?..

Я ощущал себя брошенным и использованным…

Неужели моя любовь ничего не стоит?..

Боль переросла в обиду.

Правильно, что жизнь с ней так обошлась!..

Она этого вполне заслужила!..

Я ужаснулся.

Как я вообще мог так подумать?..

Она же…

Она же моя любимая…

Она моя любовь навеки…

Как я вообще так могу?..

Я схватился за голову.

Я действительно схожу с ума…

Схожу с ума без нее…

Она сидит в моей голове…

Каждый день…

Каждый час…

Каждую минуту…

И не выходит оттуда…

Я представляю себе, как целую ее, в губы, такие сладкие и соблазнительные, как нежно поглаживаю по плечу, окунаясь все больше в ее голубые прекрасные глаза…

И такая тоска берет…

И боль…

За что?..

Почему она меня бросила?..

Что я сделал не так?..

Разве я заслуживаю такого?..

Боль сменилась обидой. Обида – гневом. Я ненавидел себя. Я ненавидел ее. Ненавидел свои чувства и эмоции по отношению к ней…

Это все съедало меня…

Если бы можно было это прекратить…

Я бы давно прекратил…

А пока что над могилами повисла тьма. Тишина давила на уши и на голову. Здесь можно обо всем подумать и принять другое решение. Найти другой выход из ситуации…

Я тяжело вздохнул и сел на самого себя. Обхватил руками ноги, прижав их к груди, и уставился вдаль.

Мне было очень тяжело…

Следы продолжали катиться по лицу.

Я ненавидел себя за эту слабость…

Мое сердце разбито…

Пусть оно и не бьется давно, но все еще чувствует…

Все чувствует…

Я безнадежно влюблен…

Я не думал, что попаду в такую ситуацию…

Голова моя шла кругом…

Как мне ее вернуть?..

Что мне сделать такого, чтобы она наконец пришла?..

Я не знал…

Я просто болел этой любовью…

Я тяжело и одновременно прерывисто вздохнул.

Я жалел самого себя…

Я накрыл голову руками…

Как я ненавижу себя за эти чувства…

– Ты чего плачешь?..

Я поднял голову.

Маленькая девочка стояла близко ко мне. Белый бант украшал длинные темные волнистые волосы. Джинсовый комбинезон поверх белой рубашки. Рукава-рюши. Своими карими глазами она смотрела на меня, и в ее взгляде читалось беспокойство.

– Ты в порядке? – повторила она.

– Да. – Я через силу улыбнулся. – Да, Маша, все хорошо…

– Тогда чего ты плачешь?

Я поджал губы.

Поймет ли меня ребенок?..

Поймет ли, что чувства разрывают меня на куски?..

– Я очень сильно… скучаю…

– По маме и папе?

– Нет. Папа мой… тоже здесь…

– Это он? – Маша показала на памятник отчима, что похоронили рядом со мной.

– Нет. – Я покрутил головой. – Он там… через три могилы… от меня…

Я махнул рукой в левую сторону.

Маша кивнула.

– Ясно. – Она села рядом. – А мама твоя? Я ее видела…

– Она бывает, да. Но редко.

– Поэтому ты плачешь?

– Нет. Я жду… ту… девушку…

– А, я поняла! Свою любимую ждешь!

– Да, жду.

– А почему ты сам к ней не придешь?

Я отвернулся.

– Она не поймет…

– Понятно.

Маша прижалась ко мне и положила голову на плечо.

Я слабо улыбнулся. Обхватил ее руками, прижимая к себе. Иногда жалею о том, что не смог по-настоящему стать отцом. Хоть и возникали такие ситуации не часто…

– Не плачь. Она обязательно к тебе придет. Просто надо подождать…

Я погладил ее по предплечью.

– Как хорошо, что ты меня понимаешь…

– Ты для меня как папа. Разве я не смогу поддержать своего папу?

Я засмеялся.

– Все правильно, малышка…

Мы просидели так до самого утра. Маша почти заснула на моем плече, и я почувствовал на какое-то время облегчение. Я понимал, что совсем легче мне не станет, надо что-то решать, чтобы отпустило…

Или вернуть ее…

Но лучше последний вариант…

Ради нее я отдал самое дорогое…

– Я пойду к ней.

Маша удивленно приподняла бровь.

– А ты разве не говорил, что она не поймет?

Я тяжело вздохнул.

– Говорил. Но я попробую еще раз. Не могу без нее…

Маша взяла меня за руку.

– Все будет хорошо. Твоя девушка к тебе вернется. Обязательно.

Я благодарно улыбнулся.

– Спасибо тебе…

Я решительно направился к Насте домой.

Я чувствовал, что нужен ей.

Я понимал, что ей сейчас очень трудно. Она потеряла всех, кого любила. И только я один у нее остался…

Правда, она этого еще не поняла…

Я увидел ее гуляющую во дворе. Она была совершенно одна. Подруга, видимо, куда-то учесала, оставив ее наедине со своими мыслями и эмоциями…

Я решил подойти ближе. Не настолько, чтобы напугать, но чтобы можно было ее разглядеть. Чтобы любоваться ею хотя бы издалека – и позволять своим чувствам захватывать себя все сильнее…

Моя Настя…

Она абсолютно одна…

Ей нужен мужчина…

Ей нужен я…

Моя маленькая девочка…

Почему ты сейчас не со мной?..

Я прислонился к дереву. Нашел самое близкое к ней. Ее собака, черная и лохматая, не большая, но и не маленькая, бегала неподалеку от нее. Резвилась в сугробах, громко лаяла, бегала за другими собаками и кошками, в общем, отдыхала по полной.

Настя стояла недалеко от нее и курила. Одну сигарету за другой. На ней был темно-зеленый пуховик, чуть ли не до самой земли, лохматый воротник, шапка, шарф, перчатки в кармане.

Я тяжело вздохнул.

Мне так хотелось подойти к ней…

Обнять…

Поцеловать…

И не отпускать…

Почему она одна?..

Без меня?..

Мне было очень тяжело. Любовь затмила мои мысли, мой разум. Я мог думать только о ней, часами следить за ней и мечтать, мечтать без конца и остановки, думать, искать решение, как бы ее вернуть…

И все равно ничего не предпринять.

Мой ангел…

Мой любимый ангел…

Она стояла ко мне спиной. И ничего по-прежнему не чувствовала. Я понимаю, что этими действиями напоминаю обезумевшего маньяка, но по-другому не могу. Мне очень важно знать, что с ней. Чем она дышит, чем живет, пока я не рядом…

Эта тяжесть…

Иногда она кажется мне невыносимой…

Я облизнул пересохшие от волнения губы.

В глазах появились слезы.

Как она прекрасна в этом пуховике…

Настя тяжело вздохнула и выбросила окурок в сугроб. Она смотрела по сторонам в надежде встретить хотя бы кого-нибудь, но никого не было. И от этого ей становилось еще хуже…

Я заметил, как слезы появились в ее глазах, когда она повернулась в мою сторону.

Мое сердце дрогнуло…

Хотелось подойти…

Но я решительно стоял в сторонке…

У меня катились слёзы по щекам…

У нее тоже…

Еще минута, и я точно не выдержу…

– Ника!..

Я выплыл из своих мыслей.

Настя позвала свою собаку.

– Пойдем домой, а, Ника? Нас там Ксюша уже ждет…

Ника облизнула лицо своей хозяйки.

Настя засмеялась.

Но грустно так…

Я тяжело вздохнул и последовал за ней.

Настя вошла в подъезд.

Я – следом.

Она почти бесшумно поднималась по ступенькам, как и ее собачка.

На ее лице была усталость.

Усталость от всего…

Я бы мог подарить ей счастья… хотя бы толику…

Если бы она ко мне вернулась…

Подруги обнялись, когда Настя зашла в квартиру.

– Нагулялись?

– Ага…

Настя сняла с себя пуховик, оставшись в теплых штанах и толстовке.

Я решил укрыться в спальне. Чтобы дальше следить за ней…

Настя прошла в зал.

– Надо бы хоть что-нибудь написать…

Ксюша кивнула.

– У меня нет идей, – призналась Настя, – как только я закончила прошлую книгу, то все… хана…

– Это стресс. Тебе надо отдохнуть.

Настя пожала плечами.

– Не знаю. Я уже ни в чем не уверена…

Сердце больно кольнуло, стоило мне посмотреть в ее голубые и очень печальные глаза…

Я в них тону…

Мы будто встретились взглядами…

Она этого, конечно, не поняла и не почувствовала, как я смотрю на нее, свою единственную любовь…

Губы мои задрожали.

– Настя…

О, это имя…

Оно будоражит меня всего…

Я тону в нем…

Настя отвернулась.

С моих уст сорвался тяжелый вздох.

Я скрылся за дверным косяком.

Когда мы уже будем вместе?..

Почему все так?..

Разве мы не заслуживаем этой любви?..

– Я, наверное, сменю деятельность, – устало сообщила Настя. – На последнюю книгу ушли все силы, все идеи, у меня нет желания этим заниматься в принципе…

Ксюша положила руку ей на плечо.

– Я понимаю. Отдохни.

Настя кивнула.

Я тяжело вздохнул.

Я бы мог придать ей сил…

Если бы она ко мне вернулась…

Время шло, и вот уже стемнело. Улица погрузилась во тьму. Лишь фонари вдоль дорог прогоняли ее, не позволяя полностью закрыть собою все подряд.

Настя набросила на себя пуховик и вышла на балкон, прихватив с собой пачку сигарет. Вытащила одну, прикурила и посмотрела на соседний дом.

Я все это время стоял у нее за спиной.

Я любовался ее распущенными волосами.

Какая она все-таки красивая…

– Я, наверное, пойду прогуляюсь…

Ксения недоуменно посмотрела на нее.

Я – тоже.

– Ты че, с ума сошла? На улице темень…

– Все равно не могу сидеть дома… Мне пофигу, темно или светло, я лучше пойду… Я больше не могу здесь находиться…

Ксюша тяжело вздохнула.

– Хорошо. Я пойду с тобой.

Она кивнула.

– Хорошо…

С приходом темноты на улице становилось холоднее.

Только-только закончились морозы.

Настя и не думала, что ей будет настолько плохо, что она начнет сбегать с собственного дома. Ее ломало будто наркомана. Ночами не спала, сидела за ноутбуком, курила, смотрела сама не понимая что, и плакала.

– Может, таблеточки попить? – сказала она, лежа на диване под одеялом. – Иначе я так с ума сойду…

– Можно. – Ксюша пожала плечами. – Но ты знаешь причину своего состояния?

Настя покрутила головой.

– Я думаю, это моя болезнь…

– И только?

Настя привстала.

– Я не хочу жаловаться, всем бы на мое место, но…

Ксения пристально на нее посмотрела.

– Мне до ужаса надоела эта квартира. Мне до ужаса надоело сидеть в этих проклятущих четырех стенах. А куда идти, не знаю…

Ксюша хмыкнула.

– Хочу переехать… а смысл? Не будет ли на новом месте то же самое, что и здесь? Если я сама себя найти не могу…

Ксения молча ее слушала.

– Я до сих пор не понимаю, что происходит в моей жизни. Откуда эта болезнь? И почему мне до сих пор снятся эти сны?

– Ты про те, что на реальность похожи?

– Я уже не понимаю, что сон, а что явь…

– И ты думаешь, что это просто болезнь?

– А что еще может быть?

– Я не знаю. Может, давняя связь с кладбищем?

Настя тяжело вздохнула.

– Я об этом тоже думаю. Меня до сих пор мучает это предчувствие…

– Что ты туда вернешься?

– Да. Когда еще жива буду.

Ксения тяжело вздохнула.

– Да уж… Действительно… Хрен поймешь…

Я внимательно слушал их разговор.

Мне стало не по себе.

Они же могут все понять…

И тогда мне несдобровать…

А что мне еще остается делать?!

Как мне еще вернуть любимую?!

Она же и слышать про меня не хочет…

Рычит…

Ругается…

Ворчит…

Я задумчиво отошел от них.

Что если все заранее объяснить?

Рассказать все как на духу?

Обидятся ли на меня или простят?

Я повернулся и посмотрел на Настю.

Она выглядела уставшей и измученной. Лицо побледнело. Глаза слегка опухли от слез. Немного похудевшая. И еще постоянная бессонница или еще хуже недосып…

Разве оно стоит того?

Я тяжело вздохнул.

Если она вернется ко мне…

То сразу все прекратится.

Нужно лишь небольшое телодвижение, чтобы стало легче…

Но сможет ли она его сделать?..

Она же ещё и боится…

Боится моей матери…

Боится новых конфликтов…

Боится неприятностей…

Боится резких перемен…

Но я же буду рядом…

И уже ничего не страшно…

Я услышал, как Настя тяжело и одновременно устало вздохнула.

Она все еще хотела уйти из дома…

Побродить по пустым и темным улицам…

Спрятаться где-нибудь…

Переждать, пока боль утихнет…

Или не вернуться вообще…

Настя встала. Она спустила ноги с постели и надела тапочки. Собака подбежала к ней, словно читала ее мысли. Забегала, запрыгала, виляя хвостом и скуля.

– Пойдем…

Ника побежала следом.

Я грустно посмотрел Насте вслед.

Мне было очень тяжело на нее смотреть…

На ее страдания…

Пусть она вернется ко мне как можно скорее…

Я сделаю ее жизнь легче и счастливее…

Она тем временем принялась переодеваться. Сняла с себя ночнушку, оголяя поистине прекрасную фигуру.

У меня аж дыхание перехватило…

Губы пересохли от волнения…

Взгляд зацепился за красивую спину…

Волосы, что едва доходили до бедер…

Полные бедра…

Руки зачесались от желания коснуться их…

Я проглотил застрявший ком в горле.

Она соблазняла меня…

Будто завораживала своими легкими и одновременно полными грусти движениями…

Околдовывала с каждой минутой все сильнее…

Я не в силах был отвести глаза…

Под ночнушкой не оказалось лифчика. Она повернулась ко мне, уверенная, что ее никто не видит.

Я невольно потянул к ней руки…

Боже…

Эти два бугорка…

Как мне их хотелось…

Настя тем временем продолжила одеваться. Одевшись полностью, она взяла поводок, надела на собаку ошейник и вышла из квартиры.

Я пошел за ней.

Может быть…

Где-нибудь на улице…

Я смогу ее перехватить…

И поговорить…

Может, мне набраться для этого энергии и предстать во плоти?..

Смысл прятаться и при этом надеяться на что-то?..

Лучше показаться…

Возможно, она все поймет и примет меня обратно в свою жизнь…

Я решил затеряться среди деревьев во дворе дома. Прямо под окнами рос карагач – их было несколько, и все они старые, разросшиеся так, что за ветвями не видно ничего.

Слабый свет фонарей доходил до сюда и разбивал тьму.

Идеально…

Я поджал губы. Сжал пальцы, будто собрал ими всю свою волю и смелость. Спрятался за толстым стволом дерева у лавочки, что стояла напротив клумбы, а ту разбили у подъезда, где когда-то жил я, и живет Настя…

Она как раз вышла на улицу…

Запиликал домофон…

Собака выскочила во двор, словно ошпаренная. Побежала в самую глубь, оставляя хозяйку совсем одну…

Настя вытащила сигарету и поднялась к лавочке.

Я затаил дыхание. Досчитал до десяти.

Вот она…

Подходит…

– Настя?..

Я принял свою форму, свой прежний образ. Нет, я не какой-то там бесенок в образе сутулой собаки, я и так выгляжу как при жизни выглядел, просто другие видели меня безобразной тенью, скрывающейся во мраке…

Настя нахмурилась.

Услышала!..

Она огляделась и вдруг замерла.

Она меня увидела…

В ее глазах промелькнул ужас.

– Настя…

Шок не позволил ей сдвинуться с места.

Я решил подойти ближе.

– Это я, Миша… Помнишь?..

Она открыла рот.

В глазах читался настоящий ужас.

Неужели я такой страшный?..

– Ты только не убегай… хорошо?..

Она стояла с открытым ртом. И смотрела на меня так, словно я действительно был каким-нибудь привидением…

– Настя…

А что дальше?..

Что мне ей сказать?..

Признаться в чувствах?..

Или спросить как дела?..

Начать разговор с более легкого, и потом все объяснить?..

– Мы давно не виделись… Как ты? Как жизнь? Ты совсем меня бросила…

Я непринужденно улыбнулся.

В моих глазах были нежность и любовь.

Теплая улыбка могла ослабить это напряжение, что царило между нами…

Настя попятилась назад.

– Не подходи…

– Ты чего, милая? Я не причиню тебе вреда…

– Уходи! Не трогай меня!

– Не кричи, пожалуйста…

Я испугался.

Мне действительно стало страшно.

Неужели сейчас моя затея провалится?..

– Не кричи, умоляю, я хочу поговорить…

– Убирайся вон!!

Проходящие мимо люди остановились, услышав крики. Это были соседи с других подъездов, и я не всех их знал.

– Настя?.. Ты в порядке?..

Я понял…

Это был крах…

Моя мечта рухнула…

Я судорожно оглянулся и бросился наутек. Ничего другого мне просто не оставалось сделать.

Или…

Мне просто стоило подождать, когда все уляжется?..

И потом все объяснить?..

Но она так меня испугалась…

Я видел этот ужас в глазах ее…

Она будто увидела настоящее чудовище…

Я понимаю, что виноват в таком отношении к себе…

Но все же…

Я бежал так, словно за мной бежал сам дьявол.

Боль заставляла меня бежать без остановки.

Хотелось сбежать с этой планеты вообще…

Почему я такой неудачник?..

Я же красивый парень…

Что не так?..

Или все дело в том, что я бес?..

Покойник?..

Ничего не понимаю…

Я бежал через темные и уже опустевшие улицы.

Даже машин не было…

Тишина опустилась над поселком…

А я бежал и бежал…

Пересек поле у школы. Бросился в парк, где давно никто не гуляет. Пробежал мимо заледеневшего озера. Миновал занесенное снегом поле, разделяющее мир живых и мир мертвых…

Я остановился, завидев деревянные кресты.

Я почти дома…

Это гнетущее и проклятущее место давно стало моим домом…

Тьма закрывала собою все. Лишь едва можно было уловить силуэт памятника или крест, разбивающий темноту. Ветер тихо гулял среди могил, игрался с лентами на венках и шевелил цветы, торчащие из сугробов, что накрывали бугры…

Слезы брызнули из глаз.

Ноги подкосились, и я рухнул на снег. Не ощутил холодного прикосновения – этого давно не мог чувствовать, а если бы и почувствовал, то не придал бы значения. Потому что эмоции били…

Я почувствовал себя таким жалким…

Ничтожным…

Меня снова отвергли…

Я рухнул лицом в снег.

Если бы можно было бы умереть еще раз…

Я бы с удовольствием это сделал…

Вокруг меня кружилась темнота. Пустота давила пуще прежнего. Ветер игрался с моими волосами. Где-то там, вдалеке – или не вдалеке… – шумели сосны. Сегодня должна быть метель, и ночь уже пришла…

Ветер поднял в воздух горсть снега. Она разлетелась по всему полю, но ветер не остановился, подбрасывая снега все больше и больше. Совсем скоро он разошелся не на шутку, и принялся уже сдувать памятники, кресты и сосны, прижимая последние к земле…

Мне было все равно.

Ветер все равно не мог мне навредить.

Я же для него не существую.

Как и для всех…

И тут я почувствовал, как чьи-то руки вцепились в меня…

– Вставай!..

Я ощутил крепкие пальцы на своих локтях. Больше напоминали костяшки, чем сами пальцы…

Матушка?..

– Вставай, говорю! Ты умереть дважды все равно не можешь, нечего валяться тут!..

Я с трудом поднялся. Огляделся и увидел бледную как снег девушку. Длинные черные как ночь волосы распущены. Глаза таили в себе какую-то загадку, тайну, но при этом отпугивали…

Голову украшал венок из красных роз, надетый на манеры короны…

Она плела его из искусственных роз, что валялись по всему кладбищу.

Красное платье из тяжелого шелка…

На поясе черепа…

За поясом острый нож…

Она была без своей косы…

– Матушка…

– Да, я. – Матушка кивнула. – Прихожу сюда каждую ночь, чтобы проследить за порядком, и вижу – ты валяешься…

Я тяжело вздохнул.

– Что случилось-то?

Я отмахнулся.

– Я не хочу говорить…

– Ты опять выходил к живым?

Я нахмурился.

– Я знаю, что не должен был этого делать…

– Да брось. У тебя давно нет хозяина. Здесь давно нет хозяина.

– Я знаю… Он умер…

– Поэтому я скрываюсь. По ночам прихожу сюда, чтобы навестить мужа, и вновь ухожу. Дракон даже мою работу забрал. Я теперь безработная и бездомная. – Матушка всплеснула руками. – Дракон нарушил все, что мог, и забирает даже тех, кто должен еще жить. Это же не по правилам!

– А у нас кто-то правила соблюдает?..

Матушка хмыкнула.

– Соблюдали. Мы их даже чтили. А сейчас… и говорить нечего.

Я тяжело вздохнул и отвернулся.

Меня это все не интересовало.

– Ты до сих пор по ней тоскуешь, не так ли?

Я удивленно посмотрел на матушку.

– О чем ты?..

– О твоей любви.

Я нахмурился.

– Это мое дело!..

– Теперь, увы, да. Дракон все забрал. – Она кивнула на чудовище, что лежало, притаившись, в снегу. Оно даже и ухом не повело, хотя мы стояли почти вплотную к нему. – Нет у тебя хозяев. Свободный человек, что хочешь, то и делаешь. Нет у меня над тобой власти…

– А разве была?..

Матушка поняла мой укор.

– Разве семиотрядные, как и ты, не подчиняются одному богу? В звании-то тебя давно снизили…

– Я поняла тебя. Я просто неудачно пошутила…

Она неловко улыбнулась, но ее лицо, как и глаза, оставались по-прежнему холодными.

Я хмыкнул и отвернулся.

– Мы все что-то потеряли, когда пришел Дракон. Нашего батюшки больше нет. И это очень печально…

Я лишь хмурился в ответ.

– Скоро придет мое время, – в голове всплыло воспоминание, и я увидел спину, а затем и бледное лицо Хозяина, – и вы останетесь совсем одни… Что же вы будете делать, а, дети мои?..

Мне не хотелось об этом думать.

Я считал, что в тот момент он просто шутил.

Я до сих пор помню его падающее на могилы тело…

И испытал настоящую жуть.

Даже такие как Хозяин не способны избежать самой страшной участи…

Хотя…

Казалось бы…

Я нахмурился еще сильнее.

И так было противно до жути…

Еще и эти воспоминания…

– Держись. – Матушка положила руку мне на плечо. – Нам всем не сладко. Пока Дракон жив, придется как-то выживать. Навряд ли кто-то решится от него избавиться. Все-таки в нем живет наш батька…

И она ушла, оставив меня наедине со своими мыслями.

Я почесал переносицу.

Эмоции рвались наружу.

Я кусал губы, сдерживая рвущийся наружу крик отчаяния.

Я пошел в сторону своей могилы.

Каждый шаг давался мне с трудом. Хотелось снова упасть и не вставать. И ничего не чувствовать…

– Как твое свидание?

Я вернулся к самому себе. Вернулся к тишине, что гуляла на моей могиле и меня же сопровождала. Вернулся к пустоте и изматывающему одиночеству.

Силы оставили меня совсем.

Я пальцами слегка коснулся столика, что одиноко стоял в сторонке, словно чужой и ненужный…

Бросил взгляд на лавочку. И представил себе, как сижу на ней со своей любимой…

И стало так тоскливо невыносимо…

Я тяжело вздохнул.

Одинокая слезинка покатилась по щеке.

– Не очень, да?

Я повернулся и увидел Машу.

Она выглядела очень обеспокоенной.

– Ну, да. – Я кивнул. – Она меня… испугалась…

Голос мой на последнем слове дрогнул.

– Не могу я без нее… – шепотом сказал я. – Она ушла от меня еще одиннадцать лет назад… И я все жду… Я все надеюсь, что мы снова будем вместе…

Маша внимательно меня слушала.

– Я постоянно думаю о ней… Я зову ее в ее снах… Тоскую… невыносимо…

Снова голос мой дрогнул.

Тут уже я не выдержал и разрыдался, будто маленький ребенок.

– За что она так со мной?! Потому что я мертвый?..

Маша растерялась.

Она беспомощно развела руками.

– Я не заслуживаю, чтобы меня бросали! Я ведь хороший… красивый…

Я рукавом рубашки вытер слезы.

– Когда она ко мне вернется, а? Я даже не хочу думать, что это конец… что мы больше не будем вместе…

Я сел на могилу.

Маша подошла ко мне и обняла.

– Пап…

Я тяжело вздохнул.

– Папа…

Я повернул голову.

– Ну что?..

– Не сдавайся. Ты должен бороться.

Я устало усмехнулся.

– А если она меня не хочет?..

– Ты все равно борись. Я в тебя верю.

Я слабо улыбнулся.

– Хорошо…

На улице тем временем начало постепенно рассветать.

Сколько прошло времени я не знал, да и знать не хотел…

Ночь будто перед глазами прошла…

И исчезла…

Я тяжело вздохнул.

Мне же нужно ее как-то вернуть…

Но столько времени прошло…

И надежда постепенно умирает…

Что же делать?..

Как быть дальше?..

Зимнее солнце показалось из-за туч.

Январь…

Через пару дней моя новая годовщина перехода…

Как я мог об этом забыть?..

Да и нужно ли об этом помнить?..

Самая печальная дата…

Может, мне призвать Настю на свою годовщину?..

Чтобы она вспомнила и пришла?..

Мне не хотелось причинять ей боль, но, другого выхода для себя я не видел. Уж очень сильно по ней скучаю, и больше так не могу…

У нас с ней еще осталась связь, тоненькая ниточка, что продолжала держать нас вместе.

Если воспользоваться ею…

Снова…

Время медленно, словно издеваясь, шло.

Я ходил из стороны в сторону. Ноги словно меня не слушались. Не желали, чтобы я сидел. Мысли крутились вокруг одного – вернуть Настю…

Настя…

Моя девочка…

Я поднял голову к небу, остановившись.

Облака безжалостно плыли по серому зимнему фону.

Я тяжело вздохнул.

Боже…

Верни мне мою Настю…

Пусть мы наконец воссоединимся…

Я опустил голову и поджал губы.

Пора действовать…

Я представил веревку в своих руках. Длинную. Толстую. Прочную. Это наша с Настей связь. Я вытянул руки, и через пару мгновений она появилась на моих ладонях. Мыслеформа сработала…

Я обхватил ее крепко пальцами и натянул.

Веревка издала жалобный звук.

А потом и вовсе исчезла, превратившись в столп искр.

Я ощутил себя вне времени и пространств. Даже воздух замерцал – не выдержал напора энергий.

Я почувствовал, что пребываю в чужом сознании. Невидимые стены ходили ходуном. Воздух пульсировал и мерцал. Мелкие искры сыпались будто из ниоткуда…

Это было очень красиво…

Я ощутил, как дискомфорт окружает меня со всех сторон.

Боль…

Что-то беспокоило ее…

Я мог подсветить эту проблему, вытащить ее наружу…

Не для того, чтобы принести новую боль…

Чтобы помочь…

Или манипулировать ею для возвращения своей любимой…

И потом все равно помочь решить эту проблему…

Сейчас мне нужно было совсем другое…

Подействовать на центр…

На душу…

Именно она после смерти либо уходит, либо принимает форму низших и остается среди живых…

– Настя…

Я закрыл глаза.

Мысленно вытащил свою боль…

– Приди ко мне…

Боль в моей руке разрасталась. Стало еще невыносимее. Эта боль была и ее, и моя – одна на двоих…

– Приди… Умоляю!..

Боль в моей руке приняла форму шара.

Слезинка покатилась по щеке.

– Вернись ко мне… прошу…

Не знаю, сколько прошло после этого времени. Солнце то садилось, то вставало, освещая накрытые сугробами могилы. Кресты отбрасывали тень на белоснежное покрывало. Это создавало своего рода иллюзию – верующие бы поверили, что призваны богом…

Я тяжело вздохнул.

Я сидел на собственных костях и думал. Вернется ли любимая? Или же не поймет, что ее зовут? Или даже не вспомнит обо мне?..

Ведь столько лет прошло…

Я положил подбородок на сложенные на коленях руки.

Тоска…

Пустота…

Тишина…

Они все окружали меня со всех сторон…

Зимой редко кто ко мне приходил…

И даже летом я оставался одинок…

Но даже в компании родных я думал только о ней…

Да уж…

Сидеть и ждать смысла нет…

Да, сегодня важный для меня день. Здесь его называют переходом. Когда из состояния жизни ты переходишь в состояние смерти. Казалось бы, тело больше не функционирует, и все лично для тебя кончено, но нет…

Просто искра божья отходит в иной мир…

Или живет здесь…

Среди могил…

Здесь таких очень много…

Я старался ни о чем таком не думать.

День просто день.

Я подскочил. Почувствовал чью-то боль. Слёзы градом лились.

– Миша…

Тихо так…

Одиноко…

Я повернулся.

Будто тот, кто произнес мое имя, стоял у меня за спиной…

Голос женский…

Неужели…

– Миша…

Я застыл.

Она или не она?..

Как понять?..

Я совсем разучился отличать один голос от другого?..

Я тяжело вздохнул.

Да уж…

Года идут…

По мне они тоже стучат…

– Сынок…

Больно кольнуло сердце…

Слезы потекли по щекам.

– Как ты мог меня оставить… Я теперь совсем одна…

Это мама…

Какое разочарование…

Я сжал пальцы до побеления.

Больше ждать я не мог…

Мне нужно навестить любимую и понять для себя, что же все-таки сделать…

Меня никто не мог остановить.

Да даже если бы и попытались…

Я бы все равно пошел…

Я решительно направился к ней домой. Было еще светло. Серость дня давила – не столько на меня, сколько на живых. В этот день погода всегда отвратительная – потому что меня больше нет. Будто из жизни вычеркнули, как лишнюю букву, и забыли…

Я хотел, чтобы они, эти живые, ощущали себя так же погано, как мне приходилось чувствовать изо дня в день…

С неба срывались мелкие белые снежинки.

О да…

Это было легче простого…

Я стоял посреди площади и смотрел, как эти самые снежинки танцуют. Надо просто щелкнуть – и погода в твоей власти…

Эти снежинки как мои слезы, что проливаются каждый день…

Я тоскую…

Сердце, пусть и уже давно мертвое, разрывается на куски…

Да, это фигура речи, но как прекрасно она передает мои чувства…

Боль сковывает по рукам и ногам…

Каждый дом…

Травинка…

Кустик…

Лавочка…

Или даже качельки…

Напоминали мне о тех днях, когда я был жив, и все шло по плану…

Моя мечта звала меня вперед…

И тут…

Эта болезнь…

Рак…

Лейкемия…

Она все разрушила и забрала мою жизнь…

Да, я больше не чувствую себя немощным стариком…

Да, больше ничего не болит…

Нет тяжести во всем теле…

Но все равно…

Вернуться обратно очень сильно хотелось…

Я опустил руку. Посмотрел на прохожих – они все какие-то уставшие и грустные, несчастье жило в их взгляде…

Я поднял голову.

Дракон…

Он бдил…

Искал новую жертву…

Навис над поселком как самый настоящий исполин и ждал…

Я хмыкнул.

Не он мою жизнь забрал…

Значит, бояться его смысла нет…

Я пошел дальше.

В дом, где я когда-то жил…

И где все началось…

Во дворе никого не было. Пустота гуляла вместо бабушек и детей. Тишина нависла над всем домом…

Все замело снегом…

Во тьме этого, конечно, не видно…

Горка перед домом тоже пустовала…

Ребятишки больше не бегали и не кричали…

Не катались дружно с горки…

Эти времена давно закончились…

Такая тоска…

Я подошел к дому и прикоснулся до его стен рукой. Ощутил ладонью кирпич, уже старый и местами потрескавшийся. Исписанный всякими надписями, которые постепенно исчезали. Дожди смывали их с каждым годом все больше…

Домофонная дверь в подъезде стояла закрытой.

Я хмыкнул.

Я, конечно, не люблю это дело. Через всякие препятствия проходить. Легче и проще постучаться, чем вламываться в чужое жилище…

Я тяжело вздохнул и вытянул вперед руки. Закрыл глаза и пошел напропалую. Ощутил, как металл проходил сквозь меня, и захотел лишний раз проблеваться – если был бы жив, конечно…

Наконец это мучение закончилось.

Я встряхнулся и пошел дальше.

Подъезд пустовал.

Я на секунды остановился.

Стены недавно покрасили. Как и перила со ступенями. А еще поставили новые окна, пластиковые, как в квартире, где я жил…

Это напомнило мне о давнем прошлом…

Я сел на подоконник и взглянул на улицу.

Все белым-бело…

Как и тогда…

Семнадцать лет назад…

Я поставил ноги на белоснежный подоконник – все равно следы на нем не останутся – и бросил взгляд на двор. Пустые лавочки. Остов от качелей стоит одиноко рядышком. Это все что могло остаться от тех времен…

В подъезде хлопнула дверь.

Я нехотя повернул голову.

С третьего этажа опустилась соседка, совершенно мне незнакомая…

Я хмыкнул.

Это была не Настя…

Я решил подняться к ней.

Я знал, что она сейчас одна.

Я слез с подоконника и решительно поднялся на пятый этаж. Не останавливаясь на том этаже, где я жил, просто прошел мимо…

Меня интересовала только Настя…

Я остановился у ее двери. Тяжело вздохнул и занес руку, чтобы постучать, но…

Стояло раннее утро. Хоть и было еще темно, и людей мало. Кто-то уже успел разойтись по своим делам…

В любом случае, в подъезде, кроме меня, больше никого не находилось…

Тут дверь открылась сама. Распахнулась неожиданно, словно кто-то прочитал мои мысли.

Я испуганно отпрянул.

Настя – тоже.

Я предстал перед ней размытым пульсирующим черным пятном на мрачном фоне.

Я и не думал принять свой привычный образ.

Просто потому что не видел в этом смысла.

Я же просто прослежу за ней, и все…

А тут случилось внезапное…

Наши взгляды пересеклись… я так думал…

Она смотрела прямо мне в глаза…

Я увидел в них страх и испуг…

Она просто застыла на пороге, не зная, что делать и куда бежать…

За спиной квартира…

Я перед ней…

– Настя…

Слышит ли она меня сейчас?..

Или слишком напугана?..

Мне стало страшно. Такой момент, и упустить его было бы фатальной ошибкой…

– Настя… Ты слышишь меня?..

Секунда…

Две…

Настя резко захлопнула передо мной дверь.

На что я вообще надеялся?..

На тёплое приветствие?..

Или что мне бросятся в объятия?..

Глупо…

Глупо и наивно…

Я просто растерялся.

И что теперь мне делать?..

Как мне до нее достучаться?..

Как показать, что я не враг, а друг?..

Да и поверят ли мне…

Я тяжело вздохнул.

Мне стало так обидно… и тошно…

Очередная попытка…

И снова неудача…

– Я не пойду туда!..

Я услышал крики по ту сторону двери.

– Почему это?..

– Там… Там…

– Что?!..

– ОН!..

Я вновь тяжело вздохнул.

Вот за кого меня принимают…

А разве не я сам в этом виноват?..

Я нахмурился.

Я все равно добьюсь своего…

Я сжал пальцы до побеления. Отошел в сторону и решил подождать, когда она снова выйдет из квартиры, чтобы проследить за ней.

Куда она пойдет?..

Зачем?..

Ждать долго не пришлось. На улице стало немного светлее, но солнце еще не показывалось, когда дверь открылась, и Настя вышла в подъезд.

Она все еще выглядела напуганной.

Я поднялся со ступенек и отошел, пропуская ее вперед.

Руки ее дрожали, держась за перила.

Ей хотелось побыстрее покинуть этот злополучный подъезд.

И спускалась чуть ли не бегом…

Мысленно она винила себя.

Ведь ей это просто показалось…

Причем тут подъезд?..

Но успокоить себя не могла…

Я шел за ней тихо, незаметно. Стал ее второй тенью, чтобы не напугать…

Настя облегченно вздохнула. По улицам уже пошла куда спокойнее, стараясь не думать о том, что случилось. Поднялась к другому дому и вошла в обычный продуктовый магазин.

Я зашёл за ней следом.

Она подошла к банкомату и засунула в него карточку. Внесла деньги и, получив карту обратно, поспешила домой.

Ее охватило волнение.

Мне было очень интересно за ней наблюдать.

Как она живет?

Чем она живет?

Я последовал за ней.

Настя быстро поднялась обратно на свой этаж и вошла в квартиру. Села за компьютер, включила его и принялась оплачивать коммунальные услуги…

Я спрятался за дверной косяк.

Мне не хотелось, чтобы она меня почувствовала… или увидела еще как-то…

Внутри остался неприятный осадочек.

После того, как она ненароком со мной столкнулась…

Она так ничего и не поняла…

И что теперь делать, я ума не мог приложить…

Прошло еще пара дней.

Я ходил вокруг своего памятника и все думал, думал…

Чем бы привлечь ее внимание?

Как заставить ее вспомнить и вернуться?

Ответа не находилось.

Внутри все горело от чувств…

От неразделенной любви…

Фантазии сводили меня с ума…

А вдруг она опять кого-нибудь себе найдёт?..

Или уже нашла?..

Что же делать?..

Что же делать?!..

Меня тянуло к ней…

И я решил не идти против этого зова…

Я пришел к ней, когда уже было темно. Все уже спали. Луна высоко висела над головой, освещая бледным светом улицы. Снежинки медленно и красиво ложились на сугробы. Как завораживает…

Она наверное уже спит…

Или не спит…

Мне было сложно предугадать…

Или же она с кем-то…

Об этом мне думать не хотелось…

Я прошел сквозь дверь. Повторять одни и те же ошибки глупо. Зачем пугать? И так понятно, что это не работает…

Квартиру захватила темнота.

Свет не горел.

Даже ноутбук на столе отключен.

Собака спит, свернувшись клубочком, как и шоколадного цвета кот.

Настя лежала на диване в зале. Накрывшись одеялом, она отвернулась к спинке и тихо плакала.

Я застыл.

Я слышал ее тихие всхлипывания…

Она старалась никого не разбудить. Да и в квартире она была одна. Подруга в очередной раз куда-то ушла, оставив ее наедине со своими мыслями…

Я напрягся.

Чувство вины охватило меня.

Я отвернулся.

Это ведь моих рук дело…

Она плачет из-за меня…

Неужели я перестарался?..

А что мне еще оставалось делать?..

Как мне ее еще заманить к себе?..

Ведь она и не думала возвращаться…

Я тяжело вздохнул.

Смысл ее винить в чем-либо…

Люблю ее я, и хочу видеть рядом с собой тоже я…

Она, по сути, не виновата, что я очень сильно в нее влюбился…

Я слышал, как она плачет, и это разбивало мне сердце…

Я еще раз тяжело вздохнул и, сжав пальцы до побеления, подошел к дивану. Присел на корточки и прикоснулся к ней. Провел кончиками пальцев по плечу, что было не накрыто одеялом, и улыбнулся…

Какая кожа у нее гладкая…

Настя постепенно успокоилась.

– Прости меня…

И она заснула.

Я довольно улыбнулся и решил остаться до утра.

Утром мне все равно придется уйти…

Себя одного надолго не оставишь…

Прошло еще несколько дней. Все это время я следил за своей любимой, в глубине души надеясь, что она вернется ко мне. Надо просто подождать, думал я, незаметно следуя за ней. Мне еще очень важно было знать, что она действительно одна – и не нашла себе мужчину…

Я все равно его прогоню…

Когда мы подошли к подъезду, заметили скопление людей.

Настя удивилась.

– А… Извините…

К ней повернулись.

– О, Настя!.. – из толпы вышла молодая темноволосая женщина. Ее, кажется, звали Леной… – А мы звонили тебе и не смогли дозвониться…

Настя недоуменно на нее смотрела.

– Мы решили сегодня провести сорок дней…

– А почему не двадцать первого?..

Лена тяжело вздохнула.

– Да вот… Так получилось… У всех дела… дела… Ты проходи!.. – она встрепенулась.

Настя решила оставить сумки с едой дома и уже после спуститься вниз.

Сегодня проводили сорок дней моей соседки снизу…

Это было действительно странно…

Хотя проводить их заранее правилами не возбранялось. Запрещалось проводить их после…

Я задумался.

А теть Люда вообще ушла?..

Или осталась среди таких же, как я?..

С неба сыпался снег.

Я поднял голову.

Хмыкнул, уставившись в небо.

Получается, ушла…

Снег или дождь – символ перехода на тот свет, как его называют между собой живые…

Я тяжело вздохнул.

Я, конечно, не любитель поминок, но мне вдруг стало интересно…

Как и в прошлые разы…

Я зашел в маленькую квартиру вместе с Настей.

Здесь ничего не изменилось…

Разве что забрали кое-какие вещи…

Народу, как и в прошлые поминки, было много. Маленькая двухкомнатная квартира не вмещала всех желающих. Кто-то ел и освобождал место для новоприбывших. Кто-то полностью уходил, уезжая на машинах домой…

Когда Настя вошла, для нее сразу нашли место.

Я решил притаиться.

– О, моя девочка пришла!..

Я встрепенулся. И тут же расслабился.

Голос-то женский…

– Миша?..

Я аж подскочил на месте. Медленно повернул голову и остолбенел.

Тетя Люда слова прямо у меня за спиной…

– Ты чего тут делаешь, Миша?..

Она была искренне удивлена, увидев меня в своей квартире.

– А вы?..

– Пришла попрощаться. Ночью меня заберут.

– Кто?..

– Мама.

Я слабо кивнул.

– Ты так и не ответил, почему пришел…

Я отвел взгляд.

– Если честно, я не ожидала тебя здесь увидеть…

– Я понимаю. Вы, наверное, думали, что, раз я умер, то все…

– Да не в этом дело. Я заранее знала, что происходит после смерти. Настя мне все рассказала.

– Настя?..

Она понимающе хмыкнула.

– А, ну все понятно. Ты ее действительно любишь. А то мы думали, что она сошла с ума.

Я тяжело вздохнул.

– Твоя мама до сих пор плачет… Она не может отпустить тебя… до сих пор…

Я виновато опустил глаза.

Я и совсем о ней забыл…

– Я… знаю…

– Я не виню тебя. Я все понимаю. Ты ведь не ушел… верно?

– Не из-за нее…

– А почему же?

Я отвернулся.

– Ладно, если не хочешь, не говори. Не буду тебя мучить…

Она подошла ко мне и потрепала за руки.

Я был выше ее.

– Все равно какой ты красавец… несмотря на все… это…

Ну хоть кто-то это понимает…

– Тебе жить да жить… Я-то че… старуха… Эх…

Тетя Люда махнула рукой.

– Все нормально, теть Люд…

– Ну слава богу…

Я повернулся.

Настя сидела за столом и пыталась пообедать.

Настроение у нее и так было не самым лучшим…

Все больше и больше разворачивалась в ней пустота, напоминающая черную дыру, и отчаяние…

Разочарование во всем…

Всеми силами пыталась скрыть свои истинные эмоции, чтобы не вызвать к себе жалость и сочувствие…

Я тяжело вздохнул.

– Я рада, что у тебя все нормально….

– Угу…

Тетя Люда заметила, куда я смотрю.

– Бедная девочка… Одна совсем осталась…

Она покачала головой.

– Ей бы человека хорошего…

– Не надо.

Она удивленно на меня посмотрела.

– Почему?

– Я не хочу, чтобы она была с кем-то другим. Только со мной.

– Ага… Так ты из-за нее остался?..

– Да. Я знаю, что вы думаете. Что она плохая для меня, и нас ничего не связывает.

Она удивилась еще больше.

– Я ничего такого и не думала. Я просто удивлена. Да… – тетя Люда тяжело вздохнула. – Вот как бывает… в жизни…

Я поджал губы.

И смотрел только на Настю.

– Ладно, хорошего понемножку, – сказала тетя Люда, – я пойду… Пора мне…

Она хлопнула меня по руке, а после сжала мои пальцы в своих.

– Прощай. Возможно, мы еще увидимся. Я все же была рада тебя увидеть. Мы до сих пор тебя оплакиваем, ведь ты такой хороший мальчик…

Я тяжело вздохнул.

Я бросил на нее последний взгляд.

Тетя Люда прихватила свою трость и, развернувшись, пошла в сторону двери.

Я проводил ее грустным взглядом.

Слезинка покатилась по моей щеке.

Почему прошлое так безжалостно?..