Покачиваясь

Было больно, но дни
На удивление прытки.
Они скачут галопом, спотыкаясь о миг.
Когда падают - бьются.
Кровоточат коленки.
И на дрожащих ногах возвращаются в клин.
Они стянуты прочно, задний с передним,
Толстый канат из тоненьких струн.
Обовьется удавкой вокруг беленькой шейки,
И порвётся, лишь качнется под ножками стул.
Что дни, что канаты - трусливы до дрожи.
Их большие глаза и дерганный пульс
Очевидны для каждого, кто продположит
Что не сдвинется с места этот каменный стул.
Приколоченный к полу каким-то прохожим
(человеком ли, тварью - поди разбери),
Он стоит намертво перед праведным божьим
Суровым надзором. Отцовским почти.
Под взглядом распят ты. Уже и не больно,
И все равно, что струны впились под плоть.
Шевелиться нельзя. Он не позволил.
Когда отвернется - стул упадет.