Глава 3

Мой коварный план был прост – заставить Яра чувствовать себя круглым дураком во всём, что касается работы. Но когда до конца рабочего дня остался час, стало очевидно, что задумка моя накрылась медным тазом. Что бы я ни показывала, что бы ни говорила и ни спрашивала, на всё у бывшего находился верный ответ.

Как же это бесит! Если он пройдет стажировку и будет ежедневно мозолить мне глаза, я просто не выдержу. Ума не приложу, как же получилось, что он вернулся сюда. С его знаниями и харизмой устраиваться в нашу фирму просто грех. Да его с руками и ногами заберут в любую классную компанию в крупных городах.

Ничего не понимаю. Но градус напряжения не позволяет мне пока задавать личные вопросы. Да и то, как близко ко мне Яр, сбивает с мыслей.

– Надо же, судя по плану, у тебя уже выполнены все задачи аж до лета, – задумчиво говорит Ярослав, просматривая файл на мониторе.

Он сидит рядом, придвинулся вплотную, и я рада, что нас разделяют подлокотники офисных стульев. Увы, они не могут устранить невероятный парфюм бывшего, который погружает в странное состояние.

– Ну вот, а вы, Ярослав, говорили, что тут никто не работает, – произношу я самодовольно. – Надо бы еще внести сюда те задачи, что на меня навесили за других, – добавляю уже хмуро.

– Теперь понятно, почему тут тебя некоторые не особо жалуют. Далеко не у всех есть такое рвение работать. Но разве не проще тянуть с одним заданием до последнего, как они? – спрашивает он, будто проверяя меня. – Зарплата от твоего трудолюбия всё равно не изменится.

– Мне это для опыта нужно, для развития. И мне всё равно, что могут подумать обо мне остальные. Ещё буквально годик и уеду отсюда.

– И куда же ты уедешь? – спрашивает, не скрывая интереса.

– Работать в фирму моей мечты, конечно. Слышал про “Стратегию”? Они хоть и молодые, но очень перспективные, уже несколько филиалов по стране имеют и активно развиваются. Уже не одну премию получили в качестве лучшей ит-компании. И методы используют прогрессивные, и сотрудники пишут только положительные отзывы о работе там. Мне кажется, в их головной офис скоро экскурсии водить начнут, раз уж репортаж даже сняли. А то, какие они методы используют в организации работы сотрудников… Одним словом – мечта. Но если туда не попаду, поищу что-нибудь подобное. Но здесь точно не останусь.

Бывший тихо смеется, и вдруг поворачивается ко мне. Скользит взглядом по лицу, и мне становится не по себе. Он слишком близко. И зачем  это делает? И что не так? Хочется отстраниться, но из упрямства остаюсь на месте.

– Про фирму, конечно, наслышан. А вообще, Поля, на самом деле я в тебе и не сомневался, – говорит он как-то слишком ласково, и даже будто с гордостью. – И уверен, что у тебя всё получится.

– Правда? По вам и не скажешь, Ярослав. Вы так подначивали меня, – говорю с ноткой обиды, слегка ошарашенная от такой перемены в его голосе.

– Это от неожиданности. Не думал, что встречу тебя здесь, – отвечает Яр тихо, и вдруг закладывает прядь моих распущенных волос мне за ухо. Я замираю, забыв как дышать. – Знаешь, Полина…

Раздается стук в дверь и в следующую секунду она распахивается. Яр сразу отодвигается и делает вид, что разглядывает бумаги на столе. Я же вновь начинаю дышать и чувствую, как горит лицо. Вот же ж…

– Полина! О… Это новый стажер? – подходя к моему столу спрашивает Артём и обменивается рукопожатием с Яром.

С этим парнем я училась в универе в одной группе, а потом нас двоих по результатам стажировки пригласили работать сюда.

– Ага, – говорю я, приходя в себя.

И что только возомнил себе Гордый? Злюсь на себя, что не треснула ему по руке, что вслушивалась в его слова. Глупая! Нет ему веры! Он ведь при расставании даже причин толком не объяснил. Просто перед тем, как уехать, забежал ко мне и сказал, что переезжает и что нам нужно расстаться. И всё. Никаких пояснений, звонков или сообщений. Ни-че-го. Это было очень больно. И несправедливо.

И сейчас он смеет распускать руки…

– Поля, ты чего? Убивать кого-то собралась? – удивлённо спрашивает Артём.

Я бросаю мимолётный, полный ненависти взгляд на развалившегося в кресле Ярослава и глубоко вздыхаю.

– Ну что ты? Просто задумалась, извини. Так зачем ты пришел? Я, кажется, что-то пропустила.

– Да вот, в кино тебя зову, Поля, – повторяет Артём терпеливо, опираясь ладонями на мой стол по другую сторону монитора. – Новинка вышла, сегодня начало показов. Что скажешь?

– Уже? Это же замечательно!

Обычно я отказываю всем, кто обращается с такими предложениями. Моё положение на работе довольно шаткое в плане репутации. Стоит ответить хоть одному на предложение, как поползут сплетни, которые непременно выйдут мне боком. Мужской коллектив в этом плане совсем не лучше женского, а порой кажется, что и хуже. Особенно если учесть, что начальник вечно придумывает, к чему придраться. И при этом не забывает раздевать меня взглядом, бррр. Вот под его-то началом и работает Артем, а Петр Васильевич, пользуясь положением, периодически выпытывает у Артема какие-либо подробности о моей жизни. По-крайней мере, пытается.

Ловлю на себе взгляд Ярослава, и он не предвещает ничего хорошего. Не поняла, он что, сердится? Да ну. На зло ему нестерпимо хочется согласиться.

– Ну так что, идём?

– Слушай, Артём, – начинаю неуверенно, раздумывая, как всё же лучше поступить. Не хочется его в это втягивать.

– Полина, может, обсудите это в свободное от работы время? Мы так-то заняты, – вклинивается Яр, забирая у меня мышку.

Столько всего хочу ему высказать, но лишь приторно улыбаюсь. Заняты, говоришь? Что ж. 

– Артём, давай спишемся позже, ладно? У нас и правда много дел, боюсь, ещё и после работы придётся задержаться, – отвечаю другу и обращаюсь к стажеру: – Вы ведь никуда не торопитесь, Ярослав?

Одногруппник уходит, а Гордый кивает в сторону второго монитора.

– Тебе там принесли что-то, – говорит недовольно.

– Ух ты, – отвечаю я, высматривая, что же оставил Артём.

Забираю плитку молочного шоколада с фундуком, которую раньше не заметила. Распаковываю шелестящую обертку, отламываю кусочек и предлагаю бывшему.

– Нет уж, спасибо, – морщится он, хотя помню, что раньше любил сладкое.

– Ну, как хотите, – отвечаю и прикрываю глаза, откусывая.

Не успеваю как следует насладиться вкусом. Гордый вновь придвигается слишком близко, так, что наши колени соприкасаются. Ошарашенно распахиваю глаза.

– Ты так сильно хочешь побыть со мной подольше, что даже решила задержаться на работе? – спрашивает бархатным голосом, впиваясь взглядом в мои губы.

– У вас слишком завышенное самомнение, – бросаю я, и возвращаюсь к работе. – Не отвлекайтесь. Мне не улыбается заниматься дома тем, что можно сделать в офисе.

– А жаль, – с непроницаемым видом отвечает бывший.

Пропускаю это мимо ушей и вникаю в код, который мы написали для заказа из бухгалтерии. К счастью, заканчиваем мы как раз к концу рабочего дня, и еще подмечаю с радостью, что, оказывается, Яр умеет вовремя замолчать.

А как только наступает время идти домой, как можно скорее выпроваживаю Ярослава из кабинета, запираю, и пулей несусь на остановку, не оставляя бывшему шансов на разговоры.

Хватит с меня на сегодня. Какой смысл говорить о прошлом? Только ворошить глубокие, едва зажившие раны. Конечно, меня до сих пор мучает вопрос, почему Яр так поступил. Но, может, это как раз тот случай, когда тайному лучше оставаться тайным?

Спустя час добираюсь до квартиры, открываю дверь и слышу родное мяуканье. Эту кошечку я нашла в день, когда Ярослав сообщил мне, что нам нужно расстаться. Я тогда половину дня просидела дома в слезах, потом в одиночестве бродила по парку до тех пор, пока не грянул ливень и я не промокла до нитки. Бабушка тогда допоздна задержалась на работе в местном театре. И когда я возвращалась домой, под стихающим дождём, услышала громкое мяуканье в кустах. Тогда и увидела её. Маленького, серенького, исхудавшего дрожащего котёнка. Её, видимо, бросили, так же, как и меня. И я просто не смогла пройти мимо. Спрятала дрожащий комочек под кофту и закрыла руками от ветра, осторожно поглаживая, на что кошечка всю дорогу не прекращая, очень громко мурлыкала.

С тех пор мы и живём вместе. Только бабушка несколько лет назад уехала в поселок, сменив жизнь в квартире на уютный домик с садом.

– Привет, Мурлыка, ну как ты тут? Соскучилась? – глажу между ушек свою кошечку, а она без конца вьётся, трется об руку и громко мурчит. – И я скучала по тебе, милая. Денек выдался насыщенный. Представляешь, мой бывший вернулся, – шепчу я, чувствуя страшную усталость. В глазах собираются слёзы. – Ну ничего, это всего на пару недель. Потом всё снова станет как прежде.

Мурлыка понимающе моргает и мурчит, подставляя под ладонь тепленький бочок.

Пытаюсь убедить себя в этом, но получается не слишком хорошо. И вскоре мне придется понять, что это действительно самообман.

Ведь как прежде уже не будет никогда.