31 октября; 22:20. Поезд Киото-Токио

В тамбуре поезда стояла полная тишина, Амай прислонилась к холодной стене электрички и смотрела на студентов напротив неё. Киотские ученики вместе с Утахиме выглядели подавлено, они молчали. Сама красноволосая уже давно искусала все губы до крови, она сжимала кулаки и пыталась успокоиться. Девушка даже представить не могла, что её вечер пройдёт таким образом.

Всё началось в середине дня. Она успешно справилась с проклятием, после чего позвонила Сатору. Тот сначала не брал трубку, а потом вообще отключил телефон. Звонки остальным шаманам тоже не увенчались успехом. Утахиме, которая встретилась с подругой, успокоила ту – связь в Киото иногда барахлит.

Девушки просидели в кафе до вечера. Их разговор от повседневного и непринуждённого вскоре перерос в мрачный. Иори считала, что предательство Мехамару – лишь начало, наверняка проклятия что-то затевают. Она боялась за учеников, за будущее. Считала, что грядёт война, которая заденет гражданское население, которые понятия не имеют о том, кто такие маги. Амай пыталась подбодрить подругу, хотя понимала, что в чём-то Иори права.

В девять вечера Амай уже стояла на платформе, ожидая поезд в Токио. Однако, по какой-то причине в столицу Японии перестали пускать электрички, ссылаясь на технические неисправности. Зато из Токио постоянно приезжал транспорт, полностью заполненный людьми. Кто-то был в карнавальных костюмах, с испуганными лицами они рассказывали, что в городе происходит что-то странное. Красноволосая вспомнила о своём утреннем предчувствии, дыхание перехватило, а на глаза почему-то навернулись слёзы.

– Что же у тебя там происходит, Сатору? – прошептала она в пустоту.

Девушка хотела вызвать такси, она не собиралась оставаться в Киото. Утахиме опередила Амай, позвонила ей и сообщила, что она вместе со студентами направляется на станцию. Уже встретившись с подругой, красноволосая узнала то, что повергло её в шок.

Мива, одна из учениц Иори, держала в руках небольшое устройство, похожее на миниатюрное лицо робота. В нём Амай узнала Мехамару. Тот говорил роботизированным голосом, он сообщал новости из Сибуи.

– Годжо Сатору был запечатан.

– Что?

Она не поверила своим ушам, Амай машинально схватилась за плечо Иори, перед глазами всё поплыло, а к горлу подступил ком. Казалось, её сейчас вывернет наизнанку. Увидев, что подруге нехорошо, Утахиме посадила её на скамейку.

– Дыши, Амай, – тихо повторяла Иори. – Сохраняй спокойствие и холодный рассудок. Помни, его не убили. Он просто в тюремном царстве. Его наверняка можно освободить.

– Как он мог позволить запечатать себя? – красноволосая в один миг поменялась Её цвет кожи побледнел, спина осунулась, а глаза не мигая смотрели на подругу. – Я не верю. Я должна увидеть это сама. Это шутка какая-то?

– Это не шутка, – ответил робот. – Я активируюсь только в случае, если Годжо Сатору запечатают или убьют.

– Он шпион! Как ему можно верить? – огрызнулась красноволосая. – Может, он заманивает нас в ловушку.

– Боюсь, что это правда, – заключила Иори.

– Я не рекомендую вам ехать сейчас в Токио, вы не справитесь с врагами, которые сейчас в Сибуе. Только Такацудзи-сенсей может отправиться, чтобы помочь остальным. Шанс на её выживание составляет 99,7 процентов.

– Мехамару, что ты такое говоришь? – Мива держала в руках гаджет и не верила своим ушам.

– Амай, нам нужно ехать, спасать остальных, – Иори игнорировала речи бывшего ученика. Она хотела только одного – помочь людям и товарищам-шаманам.

– Эй, железяка, – стальной голос красноволосой дал понять остальным, что она настроена серьёзно. – Что с остальными? Что происходит в Сибуе?

– Я располагаю информацией о том, что некий шаман, использующий личность Гето Сугуру, запечатал Годжо Сатору. Проклятия сражаются с шаманами. Больше сказать не могу, связь с моими наушниками пропала. Я остался один.

– Что же там творится? – Момо сжимала в руках деревянную рукоятку метлы.

Вскоре к студентам присоединился Камо Норитоши, он сообщил о том, что в Токио их довезёт электричка. Шаман сумел договориться с руководством станции и скоро им пригонят поезд. Амай почувствовала облегчение, так как поезд доставит их до Сибуи за час.

Погрузившись внутрь вагона, шаманы временно вышли в тамбур, так как Мехамару попросил оставить их с Мивой наедине. Амай не доверяла роботу, но ей пришлось исполнить просьбу. Сейчас они молча ожидали, когда подростки поговорят друг с другом. Было ясно без слов, что между ними что-то было. Первая любовь явно недолжна заканчиваться смертью одного из детей. Красноволосая сложила руки на груди и отвернулась к окну.

Японию накрыла ночь, только яркие огни мерцали вдалеке и быстро пролетали мимо. Выглядело это размыто, но красиво. Амай возвращалась мыслями к Сатору, она вспомнила сегодняшнее утро. Девушка наивно верила, что они могут провести праздник вместе, когда она приедет из Киото. Но всё обернулось катастрофой. Отчасти Амай винила себя в этом, она не досмотрела, не поняла, кто враг. Её беспокоило имя Сугуру, о котором упомянул Мехамару. Сатору убил его почти год назад, каким образом мятежный шаман мог воскреснуть? Она не верила, что Гето, даже будучи злодеем, стал бы запечатывать бывшего друга. Что-то тут не так.

"Эй, Амай! Береги моего непутёвого братца! Хорошо?" – слова Саеми, словно нож, пронзили сердце Амай. Она считала, что сильнейший может сам себя защитить, никогда бы не подумала, что его могут запечатать. Она подвела его сестру и не выполнила обещание. Амай тряхнула головой, отгоняя негативные мысли. Вряд ли бы Сатору одобрил такое поведение, поэтому красноволосая решила, что освободит его. Её задача, как шамана – защищать людей от проклятий, а заодно спасти своих учеников и Годжо.

Внезапно из вагона послышался громкий плач Мивы, у девчонки случилась истерика. Кажется, Мехамару перестал работать. И так мрачные киотские студенты стали ещё угрюмее. Короткий разговор между ними дал понять красноволосой, что все настроены скептически. Она согласилась с Утахиме, которая считала, что дальше будет только хуже.

В чёрных широких брюках девушки завибрировал телефон, она судорожно вытащила его, чуть не уронив. Связь вернулась – на экране высвечивались пропущенные звонки и сообщения. В основном, от Иэйри, но Сатору тоже звонил несколько раз.

– Связь вернулась, – обрадовалась девушка.

Первым, кому она позвонила, был Годжо. Но шаман не отвечал на звонок, постоянно включался автоответчик. Тревога в душе Амай нарастала с новой силой. Потеряв всякую надежду на то, что беловолосый ответит, она набрала номер Сёко. Та ответила не сразу. Голос подруги был ниже обычного, она говорила прерывисто и постоянно отвлекалась. Кажется, Сёко была взволнованна.

– Куда ты, чёрт побери, подевалась!? –кричала девушка из динамика. – Ты вообще в курсе, что у нас происходит?

–Да. Иэйри. Скажи мне, его действительно запечатали?

В трубке воцарилось молчание, Сёко не ответила сразу. На другом конце Амай слышала чьи-то крики и приказы, кажется, это директор Яга. Где бы сейчас Иэйри ни была, там много людей. Красноволосая догадывалась, что подруга в госпитале.

– Запечатали, – спокойно ответила Иэйри. – Это правда, да.

– Как это случилось?

–Я не знаю, Амай. Меня там не было. Но, не время впадать в отчаяние. Ты нужна нам. Здесь происходит чертовщина, много раненных шаманов. Мне нужна твоя помощь, Амай.

– В городе сражаются заклинатели и проклятия, верно?

– Да.

– Я иду туда.

– Нет, Амай. Твоя обратная техника нужна мне здесь. От тебя больше пользы будет в госпитале. Бойцы пока держаться.

– Я должна найти мерзавца, который запечатал Сатору.

– Не буду указывать тебе, что делать, – Сёко вздохнула. – Но подумай, что бы сказал тебе Сатору.

Девушка повесила трубку, она не собиралась уговаривать красноволосую шаманку, ведь у той есть своя голова на плечах. Амай посмотрела на Утахиме, она рассказала о разговоре. Подруга советовала посетить госпиталь. Они понятия не имеют, где Сатору и что происходит в Сибуе. А раненные шаманы нуждаются в помощи и не должны умереть.

– Чёрт бы вас побрал, –выругалась Амай.