Нож у горла
Нож у горла был холодным, а голос над ухом слишком ласковым для того, что происходило, и от этого хотелось умереть еще быстрее.
— Кошелек, телефон и не дергайся, братишка, — произнес голос за спиной, и я почувствовал, как лезвие чуть сильнее прижалось к коже.
Подземный переход у депо в это время суток пустовал полностью, я знал это лучше многих, потому что сам сокращал через него дорогу с работы уже три года. Именно поэтому меня и выбрали.
Второй грабитель, пониже ростом, в надвинутой на лицо кепке, стоял впереди и держал руки в карманах так, будто там тоже что то лежало, острое и неприятное.
— Медленно, — сказал он, — телефон в правую руку, кошелек в левую, и клади все на асфальт. Дернешься, Слава тебе точно что нибудь порежет.
Слава, значит. Хорошо, что грабители иногда представляются, подумал я с той истерической ясностью, которая приходит в голову, когда бояться уже некогда.
Я потянулся за телефоном, медленно, стараясь не делать резких движений, и тут воздух вокруг вздрогнул, как вздрагивает вода, если по ней ударить плоской ладонью.
Прямо посреди перехода, в паре метров над бетонным полом, развернулась полупрозрачная панель, светящаяся холодным синим, будто кто то вырезал ее из неба и повесил здесь на невидимом гвозде.
Система: инициализация завершена. Начало первого дня.
Слава за моей спиной охнул, и нож у горла дрогнул, отодвинулся на полсантиметра, ровно настолько, чтобы я почувствовал разницу между жизнью и смертью.
— Это еще что за хрень, — пробормотал тот, что в кепке, задирая голову к панели, будто она вот вот сама объяснит происходящее.
Панель не стала ждать вопросов. Буквы побежали дальше, слишком быстро для чтения вслух, но каждое слово будто впечатывалось прямо в затылок, минуя глаза.
Обнаружены три участника инцидента. Оценка ситуации: агрессия, угроза жизни. Инициализация классов по итогам конфликта.
— Классов, — повторил я вслух, и звук собственного голоса показался мне чужим.
Кепка первым получил ответ. Над его головой вспыхнула короткая зеленая строка, видная, кажется, всем троим сразу.
Класс определен: Головорез. Выдано: Нож теней, редкость обычная, бонус к урону в спину.
Нож в его руке действительно потемнел, будто впитал в себя весь свет перехода, и лезвие вдруг стало заметно длиннее, чем минуту назад.
— Ты видел, — заорал он Славе, поднимая клинок к глазам с восторгом ребенка, которому подарили не игрушку, а настоящее оружие. — У меня теперь класс, братан. Настоящий класс.
Слава за моей спиной задышал часто, явно ожидая собственной надписи, и на секунду хватка на моем плече ослабла.
Этой секунды хватило.
Я дернулся вперед и вбок одновременно, вырываясь из захвата, и рухнул на бетон, ободрав ладони, но подальше от ножа, который тут же чиркнул по воздуху там, где секунду назад была моя шея.
— Куда, тварь, — прорычал Слава, и в его голосе я впервые услышал не браваду, а настоящую злость человека, у которого сорвался легкий заработок.
Панель над нами моргнула снова, и на этот раз строка появилась надо мной, но не такая, как у Кепки.
Класс не определен. Причина: недостаточно данных для классификации. Статус: под наблюдением Ядра.
Ни оружия, ни силы, ни бонуса. Просто пустая строка, будто система пожала плечами и решила разобраться со мной позже.
— У этого вообще ничего нет, — засмеялся Кепка, надвигаясь с потемневшим ножом. — Повезло тебе, братан, будешь первым, кого система спишет в расход прямо в первый день.
Я попятился, нащупывая спиной холодную стену перехода, и рука сама скользнула в карман куртки, туда, где весь день провалялся тяжелый разводной ключ, который я так и не донес обратно в подсобку после смены.
Работал я обходчиком на городской подстанции, и разводной ключ таскал с собой больше по привычке, чем по необходимости, потому что без него в узких технических нишах делать было нечего.
Кепка сделал выпад, быстрый и уверенный благодаря новому бонусу, и я вскинул руку с ключом не потому, что придумал план, а потому, что тело среагировало раньше головы.
Металл встретил металл с таким звоном, что заложило уши, и нож, вместо того чтобы войти в мое плечо, соскользнул в сторону, чиркнув по рукаву куртки.
В голове тем временем зазвучал новый, тихий и совершенно спокойный текст, будто система наконец решила, что данных достаточно.
Зафиксирован защитный рефлекс под угрозой смерти. Анализ: реакция выше нормы для базового уровня. Класс уточняется. Рекомендация: продолжить наблюдение.
— Уточняется, значит, — прохрипел я, отталкивая Кепку локтем и отступая вдоль стены. — Отлично, буду знать, к кому претензии.
Слава, пришедший в себя после падения на бетон, поднялся на ноги, и над его головой тоже вспыхнула строка, короче, чем у напарника, но заставившая его довольно оскалиться.
Класс определен: Разведчик теней. Выдано: ускорение в темноте.
Он метнулся ко мне сбоку, и я понял, что второй раз увернуться с одним разводным ключом против двоих с системными бонусами будет намного сложнее, чем в первый.
И тут переход вздрогнул по настоящему, не так, как вздрагивал воздух вокруг панели, а так, как вздрагивает земля перед тем, как что то очень большое решает выйти на поверхность.
С потолка посыпалась бетонная крошка, вентиляционная решетка в дальнем конце тоннеля выгнулась наружу с противным скрежетом металла, и из черного проема потянуло холодом, будто открыли дверь в погреб размером с целый город.
— Что за нафиг, — Слава замер на полушаге, забыв про меня, и уставился в темноту вентиляции с гораздо большим ужасом, чем секунду назад смотрел на мой разводной ключ.
Из решетки высунулось что то серое, длинное, с суставами, изогнутыми не в ту сторону, куда положено гнуться суставам, и над этим существом тоже загорелась системная строка, только уже совсем другого цвета, тревожно алая.
Существо: Порожденный Ядром, уровень один. Статус: враждебен ко всем формам жизни без класса выше третьего уровня.
Кепка, только что храбрившийся с новым ножом, попятился так резко, что впечатался спиной в противоположную стену.
— У нас же нет третьего уровня, — тонким голосом произнес он, глядя то на существо, то на панель, будто она могла передумать и выдать ему уровень прямо сейчас.
Существо развернуло голову в нашу сторону, и там, где полагалось быть глазам, оказались просто два ровных темных провала, будто кто то вырезал их ножом из плотной ткани.
Я понял две вещи одновременно, быстро и ясно, как понимают только на грани. Первое: бежать через вентиляцию поздно, существо уже перекрыло единственный удобный выход. Второе: втроем против одного порожденного шансов больше, чем поодиночке, даже если один из троих только что пытался меня зарезать.
— У меня план, — быстро сказал я, стараясь, чтобы голос звучал увереннее, чем я себя чувствовал. — Он идет на движение и на звук. Кепка, кинь что нибудь в дальний угол.
— С чего мне тебя слушать, — огрызнулся Кепка, но рука уже сама тянулась к мелочи в кармане, потому что альтернатива, стоять и ждать, нравилась ему еще меньше.
Он швырнул горсть монет в дальний угол перехода, они рассыпались по бетону со звонким дребезгом, и существо мгновенно развернуло безглазую голову на звук, отрываясь от нас на бесценные полторы секунды.
— Сейчас, — крикнул я и рванул вдоль стены к лестнице на другом конце перехода, туда, откуда начинался вход, и, к моему удивлению, оба грабителя рванули следом за мной, а не в разные стороны, будто выживание вдруг оказалось сильнее старой вражды.
Существо взревело, звук был низкий и скрежещущий, будто кто то одновременно тер напильником по кости и включил сломанную сирену, и бросилось не за монетами, а за нами, слишком быстро для того, кто минуту назад еще протискивался через решетку.
Слава, получивший бонус к скорости в темноте, вырвался вперед первым, и я на бегу успел заметить, как за его спиной вспыхнула новая короткая строка, отмечающая какое то системное достижение, слишком быстро, чтобы прочитать целиком.
Лестница была близко, всего десяток ступеней, но существо позади дышало уже почти в спину, и я чувствовал этот холод затылком так же ясно, как минуту назад чувствовал нож.
Кепка неожиданно развернулся на бегу, выставил перед собой потемневший клинок и полоснул наотмашь, не по мне, а по существу, догнавшему его почти вплотную.
Нож теней вошел в серую плоть с влажным звуком, существо взвыло, отшатнулось, и на месте раны на мгновение вспыхнула такая же алая системная строка, слишком короткая, чтобы понять, задело ли это его всерьез.
— Беги, придурок, — заорал Кепка мне, а может, себе самому, и рванул вверх по ступеням следом за Славой, не оборачиваясь больше ни разу.
Я выскочил из перехода последним, в холодный вечерний воздух города, который еще час назад казался абсолютно обычным, и первое, что увидел наверху, заставило меня забыть даже про существо позади.
Небо над крышами домов было исчерчено такими же полупрозрачными синими панелями, десятками, сотнями, каждая мигала своими цифрами и буквами над головами прохожих, которые метались по улице так же растерянно, как я сам минуту назад.
Кто то кричал, что нибудь горит, кто то просто стоял и смотрел на собственную ладонь, где, видимо, тоже высветилась системная строка, а из припаркованной у обочины машины доносился ровный механический голос радио, повторяющий одно и то же объявление на пугающе спокойных нотах.
Говорит экстренный канал городской системы оповещения. Просим сохранять спокойствие. Инициализация Системы затронула всю территорию города. До полной стабилизации первого дня осталось: двадцать три часа пятьдесят девять минут.
Двадцать три часа, значит. Целый день до чего то, что радио вежливо называло стабилизацией, а я почему то был уверен, что это слово скрывает куда более страшный смысл.
Слава и Кепка остановились в паре шагов от меня, оба тяжело дыша, оба явно забывшие на время про кошелек и телефон, которые еще десять минут назад казались им самым важным на свете.
— Слушай, — начал Кепка, глядя на меня с новым, незнакомым мне выражением, смесью благодарности и раздражения оттого, что приходится ее испытывать. — Это, ну, за переход извини. Не знал я, что так обернется.
— Замнем, — коротко ответил я, потому что сил на разговор о прощении не было совершенно никаких.
Внутри у меня тем временем снова зашевелилась система, и на этот раз строка появилась не тревожная, а какая то по деловому холодная, будто отчет из бухгалтерии.
Наблюдение завершено. Класс определен: Хранитель Контура, редкость: скрытая. Причина задержки классификации: конфликт протоколов Ядра.
Конфликт протоколов, повторил я про себя, и сердце застучало быстрее, чем во время погони от существа. Это не звучало как обычная задержка. Это звучало так, будто система сама не до конца понимала, что со мной делать.
Слава, стоявший ближе всех, вдруг напрягся и уставился мне за плечо, туда, где на асфальте, в полуметре от моих ботинок, тонкой рябью замерцал воздух, будто там открывалась дверь, которой минуту назад точно не было.
— У тебя там что то, — тихо сказал он, и впервые за весь вечер его голос звучал не как голос грабителя, а как голос человека, который тоже до смерти напуган.
Я обернулся, и рябь на асфальте свернулась в аккуратный, идеально ровный прямоугольник темноты, слишком правильный, чтобы быть случайной трещиной в реальности, и из этой темноты на меня уставилась пара глаз, знакомых мне до дрожи, хотя видеть их я не должен был уже три года.
Из темноты раздался голос, тихий, искаженный, но безошибочно узнаваемый, голос человека, чьи похороны я организовывал полтора года назад, потратив на них все сбережения.
— Игорь, — произнес голос из проема, — не открывай Контур раньше времени. Они уже знают про тебя.
Дверь темноты схлопнулась так же внезапно, как появилась, оставив после себя только запах гари и абсолютную, звенящую тишину на пустой вечерней улице.