Кто это читает: срез аудитории вместо догадок

Обычно советуют придумать образ идеального читателя. Это упражнение на воображение, а не на факты, и оно легко подгоняется под то, что вы уже написали.

Проще смотреть на тех, кто рядом. У нас на площадке при записи на курс люди отвечают на восемь вопросов о себе. Двадцать шесть живых анкет дают срез, который не выдумаешь: почти половина моложе двадцати пяти, у сорока шести процентов ни одной законченной книги, при этом четверть авторам за сорок пять и у них по две-двадцать книг. Это не одна аудитория, это три разные.

Первый срез: до двадцати пяти, книг нет, пишет год-два. Болит одно и то же: пишу медленно, сюжет разваливается, описания скучные. Дочитывает курс один из двенадцати.

Второй срез: двадцать пять-сорок четыре, одна-две книги, времени нет. Главная жалоба короткая: трудно начать.

Третий срез: сорок пять и старше, книг много, опыт двадцать лет. Хотят не научиться писать, а найти читателей и услышать честный разбор. Именно они доходят до конца.

Пятнадцать страниц медленного въезда в мир двадцатилетний читатель не простит, а пятидесятилетний может и оценить. Матерная реплика в первой главе одному даст ощущение живой речи, другому закроет книгу.

Отсюда практический вывод: сначала решите, для какого среза пишете, потом выбирайте темп, длину главы, лексику и объем. Не наоборот.

Когда вы ставите книге жанр, вы подписываете с читателем договор об ожиданиях. В детективе обещана разгадка, в романтическом фэнтези обещана пара, в попаданцах обещан рост героя. Нарушите пункт договора, получите не восторг от смелости, а раздражение.

Проверьте свое: какое обещание дает жанр, который вы поставили, и выполняет ли его ваша книга. Если не выполняет, честнее сменить жанр, чем ждать понимающего читателя.

Три вещи видно и по площадкам, и по нашим цифрам. Первое: главы читают с телефона в дороге, и глава на сорок тысяч знаков не дочитывается. Второе: серия работает лучше отдельной книги, потому что дочитавшему нужно куда-то идти дальше. Третье: аудиоверсия перестала быть роскошью, синтез стал неотличим настолько, что слушатели не спрашивают, кто читал.

Из этого не следует, что надо бросать большую форму. Из этого следует, что большую форму стоит нарезать так, чтобы ее можно было читать по двадцать минут в метро.

Автор боится ниши: кажется, что чем шире, тем больше читателей. На деле наоборот. Книга обо всем не находится ни по одному запросу и не рекомендуется ни рядом с чем.

Формула простая: жанр плюс одна конкретная особенность. Не просто фэнтези, а фэнтези, где магия работает на долгах. Не просто попаданцы, а попаданец без рук и ног. Особенность и есть то, что перескажут другу.

Все догадки об аудитории проверяются одним движением: дайте первую главу трем людям из того среза, для которого пишете, и спросите не понравилось или нет, а одно: на каком абзаце вам стало скучно.

Три ответа это уже не мнение, а факт. Один ответ можно списать на настроение, три совпадения списать не на что.