# Повар из привокзального кафе теперь готовит для драконьего короля (фрагмент)

Максим Городецкий

Артём жарил беляши на привокзальной остановке, пока портал не утащил его прямиком на кухню драконьего дворца. Здесь еду готовят заклинаниями, а вкус — дело десятое. Его беляши произвели фурор при дворе, и теперь придворный повар видит в нём конкурента, готового на любую подставу, лишь бы вернуть монополию на королевскую кухню.

# Повар из привокзального кафе теперь готовит для драконьего короля. Максим Городецкий

## Повар из привокзального кафе теперь готовит для драконьего короля

Артём жарил беляши на привокзальной остановке одиннадцатого маршрута три года подряд и знал наизусть, кому со сметаной, кому без, а кому погорячее, чтоб аж масло стреляло. Портал раскрылся прямо за прилавком, между кастрюлей с фаршем и термосом с чаем, и утащил его вместе с тем и другим — термос потом здорово выручил.

Очнулся он на кухне, которая размером превосходила весь его прежний вокзал: своды из тёмного камня, очаги на магическом огне, десяток поваров в белых колпаках, замерших посреди готовки при виде чужака с термосом в одной руке и сковородкой, вцепившейся в другую по случайной удаче — прихватил с собой заодно.

Здесь еду готовили заклинаниями: суп сам себя размешивал, тесто поднималось не от дрожжей, а от короткого заговора, вкус подбирали по формуле, как краску по каталогу. Артём в заклинаниях не понимал ничего, зато понимал тесто руками — с детства помогал матери на кухне, потом сам восемь лет крутил фарш и лепил беляши так, чтобы сок не вытекал раньше, чем откусишь.

Первым делом его хотели вышвырнуть как случайного бродягу, но термос с ещё горячим чаем заинтересовал слугу, а слуга оказался младшим поваром, тайком голодным после ночной смены. Артём, не найдя лучшего способа объясниться без знания местной магии, просто слепил при всех беляш из подвернувшихся продуктов и обжарил на первом попавшемся огне. Запах поднялся такой, что на кухню заглянул сам драконий король — не в человеческом облике, а частично, чешуя ещё проступала на скулах после утреннего превращения, — и потребовал попробовать первым.

Беляш произвёл фурор. Король, привыкший к изысканным блюдам на магическом вкусе, впервые за долгое время ел руками и обжигался, и, кажется, был этому рад больше, чем любому этикету. Артёма оставили при дворце — не пленником, поваром, с жильём и жалованьем, которое в переводе на его прежние деньги выглядело неприлично щедрым за жареное тесто.

Первую неделю Артём осваивался: учился разжигать местные печи, которые слушались не спички, а короткого щелчка пальцами определённой рукой, выяснял, где брать продукты, если половина названий в кладовой была ему незнакома, и на ходу придумывал замены — драконья мука вместо пшеничной вела себя иначе, зато оказалась даже удобнее, схватывалась быстрее и держала форму лучше привычной.

Придворный повар по имени мастер Эльвин воспринял это как личное оскорбление профессии. Тридцать лет он выстраивал репутацию единственного, кто может накормить короля, и появление чужака с улицы, покорившего вкус его величества жареным пирожком без единого заклинания, било по нему больнее любой критики. Первую неделю Эльвин просто игнорировал новичка. Вторую — начал вредить исподтишка: то забудет предупредить о смене продуктов, то подменит масло на прогорклое, то отправит помощника «случайно» унести с плиты то, что как раз должно было дойти.

Развязка началась на пиру в честь годовщины коронации, куда Артёма позвали приготовить блюдо для короля и высоких гостей — испытание, которое Эльвин организовал специально, зная, что Артём ни разу не готовил для банкета такого масштаба. За час до подачи из кладовой пропал весь запас фарша, заказанного заранее, а вместо него нашлась записка, что поставщик якобы не привёз товар. Артём, привыкший к перебоям на вокзале почище, чем «поставщик не привёз», не растерялся — обошёл кухню, собрал остатки овощей, немного рыбы, что нашлась у соседнего цеха, и вместо беляшей за час слепил нечто среднее между пирогом и котлетой, приправив тем же чутьём, каким когда-то спасал смены на вокзале без половины ингредиентов.

Артём подавал блюдо сам, лично, не доверив это ни одному из слуг, — стоял у длинного стола и следил за лицами гостей с тем же напряжением, с каким когда-то следил за реакцией пассажиров, впервые пробующих его беляш с непривычной начинкой. Блюдо гостям понравилось не меньше беляшей. Но короля больше заинтересовало не оно, а сама пропажа фарша — драконы чуют не только вкус, но и ложь, и от записки о «непривезённом товаре» разило подделкой за версту. Расследование, которое устроил лично король, быстро вывело на слугу Эльвина, признавшегося под пристальным взглядом монарха в чешуе за пять минут: фарш спрятали в кладовой самого мастера, чтобы подставить новичка.

Король, услышав признание, потребовал немедленного и показательного наказания — вплоть до изгнания мастера из дворца без права возвращения, что для повара его положения означало конец карьеры где бы то ни было в королевстве, потому что ни один уважающий себя дом не взял бы на службу человека, уличённого перед короной в подлоге.

Артём, вопреки ожиданиям дворца, не стал требовать для Эльвина показательной казни или изгнания — попросил вместо этого о другом: чтобы старого мастера не выгоняли, а поставили его учить приезжих поваров заклинательной кухне, пока сам Артём учит дворец готовить руками, без магии, потому что у обоих подходов, как выяснилось за банкетным столом, был свой вкус, и терять любой из них казалось глупостью, о которой Артём знал не хуже, чем о беляшах.

Это бесплатный фрагмент. Полная версия — на LibAuthor.ru