Рэй перехватил руку Кайрена за запястье. Движение было резким, лишенным прежней плавности. Между Гончими повисло густое напряжение, и Ева, сидевшая все это время на кровати и слушающая перепалку с широко раскрытыми глазами, вдруг поняла, что если эти двое сцепятся, то ей лучше быть как можно дальше от эпицентра.
Девушка попыталась встать, но ноги не слушались - колени подгибались, словно чужие, а голова закружилась так, что комната плыла перед глазами. Ева сделала шаг, другой, ухватилась за край кровати, но рука соскользнула, и ее повело в сторону, совершенно нелепо, как тряпичную куклу на оборванных нитях. Она попыталась удержаться за стеклянный столик, стоявший у изголовья, но он оказался до обидного хрупким - тонкая столешница из закалённого стекла, которая, судя по всему, никогда не держала на себе ничего тяжелее бокала с виски, не выдержала. Раздался резкий, оглушительный звон, стекло лопнуло под весом руки, и острые осколки брызнули в стороны, рассекая Еве предплечье длинным, глубоким порезом.
Кровь выступила мгновенно - алая, она заструилась по бледной коже, капая на пол и оставляя за девушкой след, но она почти не заметила этого. Боль оставалась по-прежнему далёкой, приглушённой. В голове билась лишь одна мысль - спрятаться, оказаться как можно дальше от этих двоих, от голосов, странной ссоры, и этого чужого, слишком дорогого, давящего пространства. Пошатываясь, Ева рванула в сторону ванной, цепляясь окровавленными пальцами за стены, а по темному дубовому паркету тянулся прерывистый, кровавый след.
Кайрен и Рэй замерли одновременно. На мгновение в комнате стало так тихо, что было слышно, как на пол капает кровь, а затем хлопает дверь ванной.
- Твою мать, - выдохнул Кайрен, и вся его злость мгновенно испарилась. – Порезалась! Порезалась о мой стол, и теперь сидит в ванной, истекая кровью, пока мы с тобой выясняем, кто из нас больший ублюдок.
Оскальзываясь босыми ногами на густой, темной крови, Гончий рванул к двери ванной комнаты. Кайрен ударил ладонью по двери, злясь на себя за произошедшее.
- Ева! - рявкнул он, - Немедленно открой дверь! Ты слышишь меня? Открой, или я выломаю её к Бездне, и тогда ты точно пострадаешь сильнее! Клянусь, что не стану церемониться!
Из-за двери не доносилось ни звука - только тихое, прерывистое дыхание и едва слышный плеск воды.
1
2
3
4
